Чтение онлайн

Утверждать, что наука ничего не может предложить лучшего, чем набор теорий физикализма, для опровержения которых требуется даже меньше доводов, чем само их изложение довольно оскорбительно для науки. Особенно уничижительно это звучит от ученого.

На самом деле наука изобилует различными концепциями сознания. Не претендуя на уникальность, но лишь токмо чтобы как-то заступится за науку, я осмелюсь предложить ещё и свои гипотезу возникновения сознания. Называя данную гипотезу своей, я лишь констатирую тот факт, что мне не удалось обнаружить аналогичных рассуждений, что не значит, что десятки и, даже может быть, сотни умных людей до меня не высказывали нечто подобное или, что более вероятно, существенно полнее обоснованное и продуманное.

Начнем с того, что ограничим понятие сознания до значения, которое дает Большой энциклопедический словарь (2000), где сознание определяется как «высшая форма психического отражения, свойственная общественно развитому человеку и связанная с речью».

Низшими формами сознания, существующими на чувственном или биологическом уровне, обладают большинство живых существ, почти не замеченных в борьбе за свободу. Во всяком случае не будем унижать это понятие до того, чтобы приравнивать его к непокорности или стремлению вырваться на волю, каковые демонстрируют почти все дикие и некоторые домашние животные.

Если мы подразумеваем под свободой в большей степени свободу воли, которая проявляется в способности человека без принуждения делать осознанный выбор между различными возможностями, то пытаясь включить в стремление к свободе желание бизона проломать изгородь, чтобы вырваться на волю или рвущуюся с поводка таксу, учуявшую запах леса, то мы должны будем перейти к обсуждению либерализма в терминах науки, изучающей инстинкты и физиологические рефлексы, что неизбежно заведет нас в тупик.

Никоим образом не пытаясь оскорбить бизонов и такс, а тем более отнять у них право на субъективные переживания, всё же предположу, что их порывы не связаны с осознанным выбором.

Вернемся к людям. Считается, что сознание стало результатом труда и коммуникации древних людей друг с другом. С ходом времени человек приобретал способность выделять и обобщать различные предметы и явления окружающей природы, и затем фиксировать в конкретном слове (знаке, сигнале, звуке) для того, чтобы передать его другим людям. Предполагается, что становление сознания происходило параллельно с формированием языка.

Вот как предположительно это происходило: мышление возникло и развивалось благодаря манипуляции с предметами. Занимаясь примитивной деятельностью, вроде оттачивания камня или совместной охоты при помощи острых палок, человек думал, а усложнение труда благоприятно сказывались на развитии сознания древнего человека.

Несколько замечаний. Во-первых, сознание проявляется по большей части во внутреннем диалоге, львиную часть времени которого занято рефлексией – осмыслением произошедшего, оценивания своей роли во взаимодействии с другими людьми и реакцией окружающих.

Как часто вам требовался внутренний диалог при забивании молотком гвоздей или распиливании ножовкой доски? Когда в последний раз вы рефлексировали, готовя еду на кухонной плите или используя миксер с тостером? Большинство из нас даже управляют автомобилем на уровне автоматизма, переключая свое сознание с прослушивания новостей по радио на общение с попутчиком и обратно.

В большинстве случаев даже для непростых манипуляций с предметами и сложной деятельности участие сознания не требуется, а зачастую даже вредно как в известном парадоксе с сороконожкой, которую муравей глупым вопросом вынудил задуматься над процессом хождения, что вызвало для данного процесса и самой сороконожки катастрофические последствия. Мы не задумаемся над тем, как и в какой последовательности использовать конечности при ходьбе, как это не делают все обладатели аналогичного или большего чем у нас числа ног.

Для манипуляции с камнем или палкой не требуется внутренний диалог. Множество наблюдений за животными, эксперименты с приматами и лабораторными крысами фиксируют использование ими различных предметов для получения пищи или вознаграждения. Если это и является определенным уровнем сознания, то оно совершенно точно не подкреплено речью и почти наверняка лишено рефлексии.

Во-вторых, для более-менее приличного внутреннего диалога нужен развитый словарный запас. «Вначале было слово».12 В связи с этим более вероятно, что сознание развивалось не параллельно с речью, а с некоторым отставанием.

Могло ли развитие сознания быть связана с совместной деятельностью наших предков, такой как охота и собирательство. Безусловно, переживание личного вклада в успех или провал совместной охоты – это сильный эмоциональный импульс, вполне способный вызвать рефлексию, но тогда мы должны признать, что и другие животные, замеченные в коллективной охоте или собирательстве так же имеют все предпосылки для развитого сознания. Что мешает, например, волкам или львицам, вернувшись с неудачной охоты на зебр или антилоп углубится в переживания о своем месте под солнцем и несправедливостях судьбы? Или тем же зебрам и антилопам, наевшись досыта сочной травы, обратить взгляд к звёздам и …

Поскольку сознание – это совместное знание индивидуумов, предположим, что и пробуждаться, и развиваться оно должно в состояниях двойственности, то есть таких ситуациях, когда индивидуум внезапно ярко осознает свою отдельность, но при этом испытывает неразрывную связь со своим сообществом.

Охота и собирательство не совсем для этого подходят. В такой совместной деятельности немного места для двойственности: все либо вместе охотятся, либо по отдельности поедают собираемые ягоды и плоды. Для обмена информации мимики и зачатков речи более чем достаточно в то время, как внутренний диалог требуется для общения с самим собой, гипотетическим Alter ego или высшим судьей о сокровенных вопросах, не подлежащих огласке.

Это же внутренний диалог! Он потому и ведётся неслышно, что не желает публичной огласки. Этот диалог, как правило, индуцируется эмоциональным взаимодействием с другими людьми и при этом не предназначен для их ушей.

Причинами такой конспирации могли быть как определенные табу, накладывающие запрет не только на сами действия, но и разговоры о них, так и банальный страх быть непонятым. Вообще, переход на внутренний диалог, скорее всего, был связан с нежеланием негативного отношения к себе или боязнью инициировать в коллективе разногласия и распри, подрывающие общую сплоченность, что довольно тяжелых условиях всегда сопряжено с угрозой жизни.

Известно, что у людей верхнего палеолита мозг был заметно больше, чем у современного человека. Процесс «усыхания» мозга ещё десять тысяч лет назад продолжалось вполне ощутимо, но вскоре сошло на нет.

Вопрос: связано ли это как-то с неолитической революцией? Мог ли повлиять на размер мозга переход от небольших кочевых групп охотников-собирателей к более крупным сельскохозяйственным поселениям и ранней цивилизацией.

Считается, что больший чем у нас размер мозга мог быть связан с тем, что древние люди были умнее нас. Они «жили в гораздо более сложных условиях, чем мы сейчас. К тому же они были универсалами. В одной голове один человек должен был хранить сведения обо всём на свете: как делать все орудия труда, как добыть огонь, как построить жилище, как выследить добычу, как её поймать, выпотрошить, приготовить, где можно добыть ягодки-корешки, чего есть не следует, как спастись от непогоды, хищников, паразитов, соседей. Ещё помножьте всё это на четыре времени года. Да ещё добавьте мифологию, предания, сказки и прибаутки. Да необходимость по возможности бесконфликтно общаться с близкими и соседями. Поскольку не было ни специализации, ни письменности, ВСЁ это человек носил в ОДНОЙ голове. Понятно, что от обилия такой житейской премудрости голова должна была "пухнуть" 13 .