Чтение онлайн

Кроссман поясняет, не поднимая глаз от экрана, на котором он просматривает данные Вальдеса:

– Дон Габриэль не меценат и не мальчик из хора. Он крестный отец крестных отцов коза ностры, неприкосновенный и священный, как реликвия. Эмлиано Казано, глава каморры, его двоюродный брат. Вместе эти двое держат в своих руках восемьдесят процентов сицилийских, неаполитанских и калабрийских кланов. Я думаю, что ваши банкиры из «Новус Ордо» стали залезать в их огороды и что именно поэтому дон Габриэль вам помог. В ином случае вы не прошли бы по мальтийской земле больше тридцати метров после того, как высадились на берег.

Кроссман закончил читать информацию о ветвях сети «Новус Ордо», поднимает голову и несколько секунд смотрит на площадь. За десять минут он словно постарел на десять лет.

– И что теперь?

– Ваше преосвященство, чем меньше вы будете знать об этом, тем безопаснее для вас.

– Синьор Кроссман! Я кардинал и князь Церкви, а Церковь сейчас, несомненно, переходит в руки братьев Черного дыма. И я думаю, что дело обстоит как раз наоборот: чем меньше я знаю, тем больше опасность для меня.

– Вы сами этого захотели, – соглашается на его просьбу Кроссман.

Тишина. Затем директор ФБР начинает рассказывать:

– Я буду говорить коротко, ваше преосвященство. Сеть «Новус Ордо» в ее современном виде так велика, что из-за этого ее контуры утратили четкость. Это гигантское скопление организаций, куда входят масонские ложи, группы давления, клубы миллиардеров и сферы влияния.

– Но у нее все же есть ячейки, которые можно определенно отнести к ней?

– Конечно, есть.

– Какие?

– Например, группа «Миллениум». В нее входят те, кто отвечает за финансовую сторону деятельности «Новус Ордо». Это они занимаются размещением капиталов сети, офшорными банками, пенсионными фондами, долгосрочными инвестициями и публичными предложениями о покупке акций и облигаций. Так они незаметно берут под контроль предприятия, которые еще не находятся во власти этой сети. Члены этой группы внедрены в большинство крупных международных учреждений. Это крупные банкиры, бизнесмены, финансисты и министры. Раз в четыре года они собираются в крупных отелях то в одной, то в другой части мира. Это похоже на балет: лимузины с тонированными стеклами подъезжают и отъезжают, вертолеты садятся и взлетают. Последнее собрание группы «Миллениум» проходило в Версальском замке, средь бела дня и у всех на глазах. Замок, разумеется, был закрыт для посторонних, и его охраняла целая армия охранников. Но целая толпа фотографов сумела сделать снимки, когда члены группы подъезжали к нему на своих лимузинах.

– Вы хотите сказать, что их лица известны?

– Лица некоторых – да. Они не скрываются, прежде всего потому, что они – не мозги сети «Новус Ордо», а также потому, что чем старательнее они будут прятаться, тем упорнее будут пытаться их найти. Поэтому они встречаются средь бела дня, но, разумеется, наружу не просачивается ни капли информации о том, что говорилось на собрании. Именно такая мнимая прозрачность позволяет истинным мозгам «Новус Ордо» скрываться в тени. Вот их никто никогда не видел и никогда не увидит.

– Это знаменитые иллюминаты?

– То же самое, что иллюминаты, но с той разницей, что мозги сети «Новус Ордо» действительно существуют. Только никто не пытается узнать, кто они, потому что никто не верит в их существование.

– Что еще известно?

– Чем выше ступень иерархии сети, тем более закрытые сообщества находятся на этой ступени. Следующий уровень над финансистами – военно-научный. В эту часть «Новус Ордо» входят, например, Группа Сириус, Ядерный Консорциум и общество «Кондор». На этом уровне в руках членов сети находятся производство вооружений, атомные электростанции, некоторые крупные фармацевтические лаборатории и сверхсекретные городки, где разрабатывают ядерные, химические и бактериологические технологии.

– О господи! В это едва можно поверить.

Кроссман улыбается.

– Именно это и есть главная проблема, ваше преосвященство. Именно поэтому никто не верит в существование «Новус Ордо».

– А что дальше?

– Дальше – еще один уровень иерархии, чуть выше военно-научного. На нем находятся тайные общества, например «Круг Беттани», «Клуб Голиафа», «Ученики Андромеды». Он занимаются отбором и вербовкой элиты. Это эзотерическая часть структуры «Новус Ордо». Общества этого уровня объединяют сатанистов, оккультисты и мистиков. Их члены – самые опасные или, во всяком случае, самые фанатичные.

– А дальше?

– Еще выше находятся Часовые, Сторожа и Наблюдатели. Они образуют третье кольцо вокруг мозгов «Новус Ордо». Они запутывают следы и занимаются отношениями между сетью и средствами связи – вернее, обеспечивают отсутствие таких отношений. Они одурманивают и средства массовой информации, распространяют слухи, создают легенды и распускают сплетни, то есть создают дымовую завесу, которая скрывает первый уровень. Согласно схемам Вальдеса, Часовые косвенным образом контролируют восемьдесят процентов газет, радио и телевидения в мире.

Кардинал Джованни вытирает лоб.

– Кардиналы из братства Черного дыма – второй круг. Они контролируют международные секты, параллельные церкви в Южной Америке и Азии, организации сатанистов и неонацистские группы во всем мире – «Новый рейх», «Хаос», «Армагеддон» и другие. Их задача – дестабилизировать религии. Проникнуть внутрь религий и развить в них метастазы, как делают раковые клетки. И непосредственно над ними находятся мозги сети «Новус Ордо». Великий магистр братства Черного дыма, несомненно, входит в их число. Мы полагаем, что этих руководителей высшего уровня не больше сорока и что они раз в шесть лет, соблюдая величайшую секретность, собираются вместе, чтобы определить стратегию сети. О них ничего не известно. Даже Вальдес смог собрать только слухи и дезинформацию.

– А почему, черт возьми, они нападают на Церковь?

– Потому что разрушение Церкви привело бы к большим беспорядкам, а хаос всегда кормил людей из «Новус Ордо».

Валентина весь остаток ночи искала лицо отца Карцо в толпе безымянных паломников, среди бесчисленного множества осунувшихся лиц с блестящими от влаги глазами и бледными щеками, на которых смешивались слезы и капли дождя.

На рассвете песнопения прекратились и все замерло. Ни одного движения в толпе, ни одной птицы в небе, ни одного звука в воздухе. Один из людей Кроссмана, затерявшийся в этой массе людей, что-то докладывает по радио. Должно быть, говорит, что у него нет новостей. Валентина поворачивается в его сторону и видит его сквозь лес капюшонов. Он стоит прислонившись к столбу. Не сводя с него глаз, она поднимает руку с передатчиком и знаком сообщает, что ей тоже нечего сообщить.

Вдруг колокола базилики начинают позвякивать на своей опоре. Из дымохода Сикстинской капеллы поднимается толстый столб белого дыма и растворяется в римском небе. Толпа паломников издает оглушительный крик. Застекленная дверь, она же окно, на балконе базилики Святого Петра открывается. Тысячи рук протягиваются к ней, и крик мгновенно смолкает. Из громкоговорителей звучит голос кардинала-камерлинга, который объявляет на латыни, что у Церкви есть новый папа.

– Annuntio vobis gaudeum magnum! Habemus papam!