Эверест
Шрифт:
Как горько ощущать себя одинокой после того, как многие годы считала, что моя жизнь налажена, и меня ждет спокойная старость в окружении близких! Осознавать, что лучшие годы были отданы тому, кто забрал их, ничего не оставив взамен…
Почему-то сильно хотелось курить, хотя я, так толком и не научившись, бросила это занятие лет двадцать назад. Но решила не поддаваться слабости, продолжая без остановок двигаться дальше.
Вот так в своих воспоминаниях я и приехала в столицу, где, настроив навигатор, легко добралась до нужного адреса. Оставив машину во дворе, поднялась на второй этаж.
Дверь открыла маленькая сухонькая старушка с короткой пышной прической и помадой на губах.
— Здравствуйте, я — Лера, ваша постоялица.
— Входи, Лерочка, а я — Мария Ивановна.
Я внесла сумки, а она, проверив паспорт, показала мою комнату, где было все необходимое. Мариванна, как я сразу про себя стала называть ее, очень располагала к себе, но не была навязчивой. Она показала мне, где что находится в квартире, провела ликбез на тему «никого не приводить, ночевать не оставлять» и мы разошлись по комнатам. Она — смотреть сериал, я — раскладывать вещи.
ГЛАВА 6
Проснувшись утром, не сразу понимаю, где я. Но, окончательно вынырнув из сладкого сна, привожу мысли в порядок, и направляюсь в сторону ванной. Мариванна уже на ногах, и зовет меня завтракать.
Вчера я не потрудилась купить что-либо съестного, но старушка ставит передо мной высокую чашку чая, блинчики и варенье.
Мы очень легко находим общий язык, и я совсем не чувствую неловкости, поедая приготовленный ею завтрак, все же делая зарубку забить холодильник. Но с утра у меня очень важное дело, поэтому все остальное — потом…
И это дело — продажа моей «ласточки»…
Когда я привожу ее на авторынок, представляющий собой огромное поле, обнесенное забором, долго не могу никуда приткнуться. Все настолько забито машинами, что я начинаю сомневаться, что вообще найду свободное место, радуясь в душе, что, возможно, это послужит предлогом оставить свою «девочку» у себя. Но нет, — в конце длиннючего ряда, почти у самого забора я вижу окошко, куда с успехом притуляюсь, и, выйдя из машины, жду.
После отъезда из дома я уже не была уверена в выполнении Леонидом своего обещания. В любом случае, мне, человеку действия, невыносимо было ждать больше двух месяцев, находясь в неведении, его решения. Поэтому я предпочла не сидеть, сложа руки, а действовать…
Машин и людей на рынке было так много, что я начала сомневаться в успехе своего предприятия, в глубине души надеясь на то, что ничего не выйдет, и я не смогу упрекнуть себя в том, что, хотя бы, не попыталась…
Да не тут-то было…
Прямо передо мной останавливается жующий жвачку молодой парень, и, обойдя вокруг «клипсы», интересуется:
— Что, и крыша раскладывается?
— Да!
— Покажи! — «Тыкает» мне он, вызывая жуткое раздражение, но я вспоминаю, для чего здесь, и молча выполняю его просьбу.
За 10 секунд моя «малышка» складывает крышу, превращаясь в кабриолет, и это бесплатное шоу привлекает множество прохожих, двое из которых целенаправленно направляются в мою сторону.
Это — парочка из молодой красивой девушки, как сейчас говорят, «модельной внешности» и мужчины постарше. Они о чем-то переговариваются в сторонке, а затем он подходит ко мне и интересуется ценой. Услышав сумму, предлагает подписать договор, даже не торгуясь.
Я удивилась тому, что он так легко согласился. Ведь, насколько я знаю, покупатели обычно не то, что под капот лазят, проводя тщательный осмотр, а чуть ли не в выхлопную трубу пытаются заглянуть, выискивая только им одним известные изъяны, и торгуются потом за каждую копейку! А тут так просто — «подпишем договор»…
Молодой со жвачкой пытался что-то сказать о порядке очередности, но после красноречивого взгляда мужчины молча ретировался.
Сидя в машине, мы заполнили бланки договора купли-продажи, пересчитали деньги, и я, в последний раз окинув взглядом родной и до боли знакомый салон, вышла оттуда уже не хозяйкой, а простым автолюбителем…
Модельная барби кинулась на шею этому мужчине, и что-то защебетала, а я молча прошла мимо них в сторону выхода, сдерживая слезы, заставляя себя не оборачиваться.
Моя палочка-выручалочка, моя связь с прошлым, моя радость теперь уже была не моя и мне не принадлежала. Я передала все права на нее чужим людям, хотя и не совсем по своей воле, но все-таки…
Снова захотелось курить, но я, сцепив зубы, словила такси, чтобы поскорее покинуть это место, и, продиктовав адрес клиники, направилась туда.
Я знала, что денег от продажи «клипсы» хватает лишь на половину операции, но все равно внесла часть оплаты, чтобы запустить последующий процесс…
А через час безо всякого предупреждения уже стояла перед дверями ДусяВани и давила на кнопку звонка.
Открыли мне не сразу. Я, уж было, подумав, что никого нет дома, прикидывала, что делать, — созваниваться с ними, ехать к Мариванне или подождать у порога. Достав телефон, рылась в контактах, когда услышала характерный щелчок.
До невозможности смущенная Варя стояла на пороге, удивленно уставившись на меня.
— Привет! — Подняла я глаза от телефона, — пустишь?
— Да, да, конечно, — неловко подвинулась она, пропуская меня в квартиру.
«Что это с ней?» — подумала я, пока не выцепила взглядом в прихожей обувь Мишани.
Его нигде не было видно. А Варя, явно не в своей тарелке, не знала, куда деть глаза, нервно теребя рукава свитера.
— Расслабься, Варь, — начала я, — я все знаю.
— Что — все? — Осторожно поинтересовалась девушка.
Она недоверчиво уставилась на меня, а потом в глазах промелькнуло что-то горькое, и я поспешила ее уверить:
— Ты не думай, не от сына.
— А откуда тогда? — С надеждой спросила она.
— Я видела вас, когда приходила к Мише в институт.
Девушка отвела глаза и залилась смущенным румянцем, а я задала вполне резонный вопрос:
— Только чего вы шифруетесь, не понимаю!
— Ну… — начинает Варя, а я ору на всю квартиру:
— Миша, выходи! — И поворачиваюсь к ней как ни в чем не бывало.
Варя предлагает кофе, чай, и пока занимается посудой, на кухню подтягивается сын.
— Привет, — чмокает меня в щеку и усаживается за стол. — Какими судьбами?
— Привет-привет, партизан. За вами соскучилась. А ты чего девочку одну отдуваться оставил? И что за тайны? Ну встречаетесь, так встречайтесь открыто, кому нужны эти шпионские игры?