Чтение онлайн

Чернокожий мужчина размеренно шёл по раскалённому асфальту. Под его босыми ногами камни трескались, покрываясь инеем, и замерзали, создавая странный контраст с бушующим вокруг огненным адом. Его тело было закутано в белоснежную ткань, которая представляла собой нечто среднее между тогой и ритуальным одеянием, а голову покрывал синий платок.

Его бездонные чёрные глаза смотрели вдаль, а по радужке плясали разряды молний, пробегавшие до зрачка и обратно. Он остановился у самой кромки воды, там, где волны Чёрного моря лениво накатывали на песок, и посмотрел на пылающий за его спиной город.

— Всё, что вы забрали у природы, я вернул обратно, — произнёс мужчина гулким голосом.

На его лице не было ни сожаления, ни радости, лишь холодная сосредоточенность человека, выполняющего то что должно. Он вскинул руки вверх, обратив ладони к небу, и в воздухе начала материализоваться энергия — чистая, яркая, пульсирующая в такт его сердцебиению.

Между ладонями возник бубен. Диаметром сантиметров сорок, сотканный из молний и пламени, слившихся воедино в причудливой гармонии. Обод бубна светился синим, мембрана — красным, а по окружности плясали крошечные символы — рунические знаки. Мужчина начал медленно и ритмично бить в бубен правой ладонью, и каждый удар эхом разносился по округе, заглушая треск пламени и шум волн.

Он пританцовывал, двигался в такт своим ударам, совершал плавные движения телом, которые казались одновременно примитивными и невероятно сложными. Из его горла вырвалась протяжная гортанная песня на языке, который знал лишь он один. Каждое слово было заклинанием, каждый слог — призывом к силам природы, дремлющим в глубинах мироздания. Он пел о льде и холоде, о буре и шторме, о гневе океана и ярости небес.

Небо откликнулось на его призыв первым. Над головой человека появились плотные чёрные тучи, нависшие так низко, что казалось, будто до них можно дотянуться рукой. Ветер усилился, превратился в ураган, свистящий среди руин горящего города, разносящий во все стороны пепел и искры.

Температура воздуха начала стремительно падать: с двадцати градусов до нуля, затем до минус десяти, минус двадцати, минус тридцати — и всё это за считанные секунды. С неба посыпал снег — крупными хлопьями, которые таяли, едва коснувшись раскалённых руин, но замерзали на холодном песке у берега.

Из-под ног чернокожего во все стороны начала расползаться ледяная корка, захватывая всё на своём пути. Лёд пополз к морю, коснулся волн и начал замораживать их, слой за слоем, метр за метром, расширяясь во все стороны с невероятной скоростью. Чёрное море, тёплое и спокойное, на глазах превращалось в ледяную пустыню, покрываясь коркой толщиной в несколько метров, способной выдержать вес многоэтажного здания.

Горящий город за спиной шамана тоже замерзал. Пламя гасло, здания покрывались инеем и превращались в ледяные скульптуры, мрачный памятник во славу природы.

Шаман продолжал бить в бубен, пританцовывая, и его движения становились всё быстрее, всё яростнее, а песня превратилась в вопль, обращённый к небесам. Лёд распространился на сотни метров вокруг, образовав огромную платформу — плавучий остров посреди моря — и шаман ступил на него. Пройдя немного, он остановился в центре и резко хлопнул в ладоши, уничтожив бубен в яркой вспышке света.

Хлопок разнёсся по округе с силой грома, оглушительный, мощный. Создавший ударную волну, которая прокатилась по льду, заставив его содрогнуться и затрещать. Звук был настолько громким, что его услышали за тысячи километров. Море откликнулось на зов шамана, словно живое существо, подчиняющееся воле повелителя стихий.

Вода начала подниматься, формируя гигантскую волну, на вершине которой расположилась ледяная платформа во главе с чернокожим шаманом. Волна росла, становилась всё выше, всё мощнее, достигла пятидесяти метров в высоту. Волна с лёгкостью оторвала кусок от замёрзшего моря понесла его вперёд, быстро набирая скорость.

Шаман стоял неподвижно, раскинув руки в стороны, наслаждаясь моментом, ощущая мощь стихии, подчинившейся его воле. Платформа неслась с бешеной скоростью точно к берегам Адлера. Туда, где местные жители спокойно жили, не понимая, что уже мертвы.

Шаман усмехнулся, и молнии в его глазах заплясали ещё ярче, предвкушая, как он вернёт матушке природе ещё немного земли, которую люди отняли у неё. А когда на землю придёт его господин…

Адлер. Берег Чёрного моря.

Двое гвардейцев стояли на песчаном берегу, укутавшись в тёплые шинели, защищавшие от пронизывающего ветра, дувшего с моря. Волны лениво накатывали на песок, оставляя после себя белую пену, которая быстро исчезала. Воздух пах солью и водорослями. Небо стремительно темнело из-за туч, надвигающихся с юга.

— Слышал новость? — спросил гвардеец — парень лет двадцати пяти, с рыжими волосами и россыпью веснушек на носу. — Император сменился. Говорят, Архаровы пришли к власти. Как думаешь, станет лучше или хуже?

— Я думаю, что нашему брату класть на всё это, ведь мы и так по уши в дерьме, — буркнул мужик сорока лет, с седеющими висками и шрамом, пересекающим левую бровь. — Тебе не всё равно, за какую власть дохнуть?

— Я так-то помирать вообще не планирую. Э-э-эх! — протянул парень, потянувшись. — Хочется стабильности. Хорошую зарплату, домик свой на берегу, бабёнку. Понимаешь?

— Стабильности, — усмехнулся старший, закуривая папиросу. — Мечтать не вредно.

Рыжий не ответил, продолжая смотреть на море. Небо с каждой минутой становилось всё темнее. Это было неестественно, слишком быстро, слишком резко, как будто кто-то специально затягивал небесный свод тучами, закрывая солнечный свет. Воздух стал холоднее, появилось ощущение, как будто атмосферное давление резко подскочило, вызывая лёгкую головную боль.

— Проклятье, похоже, будет шторм, — пробормотал рыжий, потирая затылок. — А во время шторма подводных тварей сложно заметить. Они любят такую погоду, выползают на берег и пытаются полакомиться человечиной.

— Спасибо за то, что просветил, — усмехнулся седой и добавил. — Но вообще, ты верно говоришь. Нужно доложить командиру, пусть усилит патрулирование на побережье. И народ пре…

Он не успел договорить, потому что рыжий внезапно замер, вытянул руку, указывая дрожащим пальцем в сторону горизонта, и начал заикаться, пытаясь выдавить из себя слова:

— Т-т-там! Там! Т-там что-то есть!

Старший гвардеец резко обернулся, посмотрел, куда указывал напарник, и кровь застыла у него в жилах от увиденного. На горизонте, где небо сливалось с морем, поднималась чёрная стена. Огромная, высотой с пятиэтажное здание. Гигантская волна неслась в их сторону с невероятной скоростью, рассекая море и поднимая водяную пыль на десятки метров в высоту.

— Чёрт! Тревога! Немедленно тревога! — заорал старший, раздавив в кулаке папиросу и бросился к сторожевой вышке, где была установлена сирена.