Чтение онлайн

Тишина в камере стала густой, как патока. Даже бомжи перестали дрожать - их запавшие глаза теперь следили за мной, а я наблюдал за дежурным. Тот уткнулся в бумаги, не замечая, что в его "обезьяннике" теперь томится нечто страшнее всех зэков вместе взятых. Плевать. Угрозы ноль - можно и отдохнуть. Я плюхнулся на скамью, но тут в голове щелкнуло: а ведь в тех идиотских комедиях...

Вскочив, я изобразил на лице панический ужас и заорал так, что даже зэк аж подпрыгнул:

– Дежурный! Да он же дохнет!
– голос сорвался на визг.
– Паралич какой-то! Сейчас захлебнётся в собственной блевотине!

Щекастый мент даже не поднял глаз:

– Да заткнись ты! Знаем мы этих симулянтов!

Я не сдавался, выдавливая из себя истерику:

– Да вы посмотрите! Ну пожалуйста! Вам ж надо потом труп убирать!

Для убедительности я резко пнул зомби сапогом по ребрам. Раздался противный хруст - у всех в камере рефлекторно передернулись плечи. А "пациент" только заурчал глубже, будто злобный пес на цепи.

Дежурный наконец оторвался от бумаг. Его лицо исказилось в гримасе раздражения:

– Ну всё, уродец... Если это пранк - я тебя так по статьям размажу, что внуки отсиживать будут!

Он швырнул папку на стол и схватил ключи. Металл звякнул зловеще - как кандалы перед долгой ходкой. Я еле сдержал ухмылку.

Дверь камеры со скрипом распахнулась, но дежурный оказался не дурак – перед входом наставил на нас пистолет, заставив всех отползти в самый угол. Я пристроился чуть в стороне, мышцы напряжены как пружины, но этот толстый мент оказался хитрее, чем выглядел – одним глазом изучал дергающегося бомжа, другим не выпускал нас из виду. Сердце колотилось где-то в горле – просчёт. Теперь придётся прыгать на вооруженного мента и молиться, чтобы его трясущиеся от жира руки промахнулись...

В этот момент оглушительная сирена взрезала воздух, заполнив коридоры пронзительным воем. Дежурный на мгновение отвлёкся – рот открыт, глаза округлились.

– Какого чёрта?!

Этого мгновения хватило. Я рванул вперёд, схватив его за руку с пистолетом как раз в момент выстрела. Грохот оглушил, пуля впилась в потолок, осыпая нас штукатуркой. Мы рухнули на пол, я сверху, всей массой вдавливая его в бетон. Кулак со всей дури обрушился на его лицо – раз, другой. Но жирдяй оказался крепким – здоровенная лапа вырвалась из моей хватки, ствол снова зашатался в мою сторону...

Из угла метнулась тень – зэк с размаху пнул мента в голову. Пистолет со звоном откатился в сторону. Ещё один удар – и тело подо мной обмякло.

– Ты его, кажется, убил, – я отполз, вытирая окровавленные костяшки.

Зэк осклабился:

– А ты разве не к этому шёл?

Он ловко подхватил пистолет, проверил обойму и удовлетворённо хмыкнул. Сирена выла, за стенами слышались крики и топот.

– Пора валить, – бросил он, выскальзывая в коридор.

Я ехидно фыркнул:

– Ага, прямиком через переполненный копами участок. Гениально.

Но зэк уже шёл вперёд, не оборачиваясь:

– Думаю, у них сейчас проблем выше крыши.

Зэк скрылся в коридоре, бросив нас на произвол судьбы. Если верить конвоирам, тот самый автобус с "демонстрантами" уже здесь что значит, мертвецы пошли в атаку. Через полчаса в этом участке будет ад кромешный, и у меня считанные минуты, чтобы свалить.

— Эй, пацан! — хриплый окрик за спиной. — Открой клетку, Христа ради!

Я обернулся. Десяток камер, битком набитых людьми. Человек сорок, не меньше. Если оставить их тут — сожрут. Или сдохнут от голода. Но с какой стати мне их спасать? Среди них наверняка есть настоящие ублюдки — насильники, убийцы...

Уже разворачивался к выходу, как вдруг спрашиваю сам у себя с удивлением. Олег, ты чего творишь? Ты сам только что сидел в этой конуре за то, что спасал человека, убив парочку мертвецов! Когда успел таким засранцем стать? Со стоном раздражения подошел к трупу дежурного. Пока шарил по карманам, в нос ударил тот самый сладковатый душок — точь-в-точь как во дворе... Два бомжа на скамье замерли, будто мыши перед удавом.

— Сваливайте нахер! — рявкнул я так, что оба вздрогнули. — Не исчезнете за пять секунд убью!

Они рванули к выходу, но я схватил одного за грязную куртку.

— Стоять! — сунул ему в руки ключи. — Открывай все камеры. Быстро!

Старик схватил ключи дрожащими руками, будто получал последнюю милостыню перед казнью, и бросился открывать камеры. Толпа встретила его восторженными воплями - для этих людей он внезапно стал мессией. А я... я уже не слышал их благодарностей, да и не нужны они мне были. Не хотелось, чтобы какой - то насильник сказал мне спасибо.

Мои пальцы сами потянулись к разбитой голове дежурного. Кости хрустнули под ударами, обнажая розовато-серую массу. Когда я вырвал первый кусок мозга, ладонь снова ожила - этот мерзкий рот распахнулся, сжирая плоть с ненасытностью голодного пса. Мир вспыхнул. Цвета стали ярче, звуки - четче, а в жилах заструился жидкий огонь. Я уже набросился на парализованного, разрывая его череп с какой-то животной яростью. Второй "перекус" исчез еще быстрее. Но после розовая масса перестала меня привлекать, возвращая привычную брезгливость.

"Куда это все девается?" - мелькнула мысль, но ее тут же смыла волна эйфории. Так, наверное, чувствуют себя наркоманы после долгого перерыва. Грохот выстрелов снаружи вернул меня к реальности. Пора было бежать. Но едва я сделал шаг, как кисть пронзила адская боль - будто кто-то вогнал раскаленный гвоздь прямо в кость.

На коже, прямо поперек запястья, вылезла... капсула? Три сегмента, розовых и пульсирующих, словно под кожей притаился какой-то инопланетный жук.

– Что за херня?
– вырвалось у меня, но неожиданно ответ последовал незамедлительно, но не такой, какой я хотел бы.

Тихий, шелестящий, будто сквозь толщу воды, но отчетливый:

– Развивайся... Эволюционируй...

Я замер, дико озираясь - кто сказал? Потом понял. Это звучало у меня в голове.

– Похоже, я окончательно поехал кукушкой - хрипло рассмеялся я, глядя на свою изменившуюся руку.
– Ну хоть теперь все объясняется. И мой внезапный аппетит, и...

– СТАНЬ СИЛЬНЕЕ!

Голос в голове булькал, словно утопленник в ледяной воде. "Эволюционировать"? Серьёзно? Для этого нужны миллионы лет, а не щелчок пальцев! Если уж сходить с ума, так с размахом - пусть руки метают снаряды на моих врагов, как у того человека паука! Мысль не успела оформиться, как "батарейка" на руке резко потускнела. Кожа зачесалась, потом загорелась адским пламенем. Кости с хрустом начали ломаться и перестраиваться - звук, от которого даже у меня, успевшего натерпеться, вырвался душераздирающий рёв.

Пять минут чистейшей агонии, от которой меня штормило и ломало как последнюю тварь, время тянулось как улитка, хотелось просто отключиться, но сознание требовало моего присутствия. Когда кошмар закончился, я поднялся на дрожащих ногах, вытирая слюну с подбородка. Рука... выглядела почти нормально. Только кожа была розовее, мышцы рельефнее - будто я годами качал исключительно эту конечность, а вторую использовал лишь для того, чтобы подносить ко рту бутерброды.

– Ну и что это было?
– спросил я пустоту.