Чтение онлайн

Концепция вечности (стационарного состояния) жизни состоит в предположении, что виды животных существовали всегда, хотя некоторые из них вымерли, некоторые изменились, переместились или заняли новые биологические ниши. Как и креационизм, эта концепция опирается на некоторые нерешённые проблемы научных исследований, в частности, отсутствие в палеонтологии сколько-нибудь систематических сведений о переходных формах между различными видами живых организмов.

Отсутствием данных палеонтологии о промежуточных звеньях развития видов пытаются подкрепить свои взгляды и сторонники креационизма. На эту проблему впервые обратил внимание палеонтолог Дж. Гоулд, а Н. Элдридж доказывал, что промежуточные звенья между видами не просто не удалось найти, а их просто не было и в принципе не могло быть. Однако, во-первых, некоторые такие переходные звенья хорошо известны. Это кистепёрые и двоедышащие рыбы, археортерикс – первоптица, сохранившая черты ящера, виды обезьянолюдей, хранящие в себе черты обезьяны и человека. Вместе с тем эволюционные трансформации чаще всего происходили, по-видимому, с изменениями целой системы признаков, а не прямолинейно, путём плавного изменения одного из признаков, что отнюдь не подкрепляет ни версию о вечности видов, ни версию об их формировании Создателем. Соответственно, концепция стационарного состояния видов также является антиэволюционной, а значит, и антинаучной мировоззренческой концепцией. Жизнь не может быть вечной, поскольку не вечной (а возникает в процессе эволюции) явилась исходная предпосылка жизни – планета Земля и её природа.

Концепция самопроизвольного зарождения живого из неживого, как уже отмечалось, предшествовала эволюционной теории и была опровергнута работами Ф. Реди, Л. Спаланциани, Л. Пастера. Однако и в наше время проводятся опыты экспериментаторов, пытающихся доказать возможность получения живого из неживого, биологических существ из химических веществ. В какой-то мере эти опыты полезны, поскольку отрицательный результат в науке – тоже результат. Однако в целом данная концепция также по своему направлению антиэволюционна, поскольку живое из неживого могло возникнуть эволюционным путём только в сложившейся системе, и ареной порождения живого могла быть только очень значительная часть Земли или же вся Земля за очень и очень большой промежуток времени.

Сторонники же концепции самопроизвольного самозарождения жизни пытаются зародить жизнь в пробирке в отдельном произвольно взятом куске материи в чрезвычайно ограниченное время и без соответствующего перебора вариантов. В этом они напоминают средневековых алхимиков, и тех же креационистов, только чудо сотворения они не перекладывают на внеземного Создателя, а хотят произвести сами. В то же время очевидная несостоятельность подобного чудотворения не означает абсолютной невозможности формирования живых организмов биотехнологическими методами.

По существу, двойная спираль ДНК и РНК также является «техническим» устройством, произведённым эволюционным путём на микроуровне жизни. А белки – тоже полимерные материалы, хотя и другие, чем те, что используются на химических фабриках для производства искусственных материалов. И, быть может, не так уж далеко то время, когда человек научиться создавать искусственные ДНК и белки, конструировать из них живых существ с заранее определёнными признаками. Но и тогда откроется возможность не самопроизвольного зарождения жизни «алхимическим» путём, а биотехнологического конструирования жизни эволюционным путём. На помощь эволюции природы придёт эволюция техники и творческого гения человека.

Концепция панспермии была разработана выдающимся шведским химиком С. Аррениусом и поддержана позднее одним из первооткрывателей структуры ДНК Ф. Криком и известным астрофизиком Ф. Хойлом. Собственно, в первоначальном варианте эта концепция была сформулировала немецким врачом Г. Рихтером, который предположил заполненность межзвёздного пространства космическими зачатками – космозоями, переносимыми звёздным «ветром» с одной планеты на другую. Рассуждения о космической природе жизни можно найти у таких известных естествоиспытателей, как Либих, Кельвин, Гельмгольц, Вернадский и др.

В начале XX века С. Аррениус выступил с теорией так называемой радиопанспермии (от греч. «радио» – излучение, «пан» – весь, «сперма» – семя). По мнению Аррениуса, рассадниками «семян жизни» во Вселенной являются населённые планеты, с которых вырываются и уходят в межзвёздное пространство частицы разнообразных веществ, пылинки и живые споры микроорганизмов. Гонимые давлением света, они мигрируют в Космосе повсеместно, и когда попадают на планету с подходящими условиями, дают начало новой жизни, т. е. как бы «оплодотворяют» безжизненное космическое тело.

Отметим, что такая теория лишает планеты, на которых возникает жизнь, в том числе и Землю, внутренней жизнепорождающей активности, мобилизационной способности к жизнесозиданию, они рассматриваются как пассивные объекты воздействия космических доноров. И хотя В.И. Вернадский, будучи приверженцем идей русского космизма, склонялся к поддержке теории космического происхождения жизни, эта теория противоречит учению о биосфере, поскольку в соответствии с ней жизнь могла возникнуть только в системе, в системном разнообразии, в примитивной протобиосфере, а не в результате проникновения неких внешних изначальных «зёрен».

Весьма сомнительна и космическая направленность теории панспермии. По своей сути она представляет собой космический антиэволюционизм, отвергает жизнепорождающую роль биохимической эволюции с участием всей системы геологических, физических, химических, астрономических характеристик космического тела, на котором возникает жизнь. А ведь они на Земле очевидны. Подобная форма космизма весьма примитивна и по сути своей близка креационизму, связана с верой в чудесное зарождение жизни, только чудо уже исходит не от Всеблагого Создателя, а от внешних мигрантов, которые проникают неведомо как и неведомо откуда. Такая теория, в сущности, ничего не объясняет, а только отвергает поиск эволюционных объяснений, порождает лень мысли, её демобилизацию перед лицом сложной проблемы. Это, по существу, не космизм, а псевдоэволюционный геоцентризм, поскольку жизнетворение в космосе он трактует по аналогии с Землёй.

Развивая теорию Авенариуса, Ф. Крик и Л. Оргел пытались обосновать предположение, что передача форм жизни с одной планеты на другую могла происходить через транспортировку генетического кода не какими-то спорами микроорганизмов, а посещениями космических кораблей из других звёздных систем около 4 млрд. лет назад. Здесь перед нами встаёт фигура небезызвестного Эриха фор Деникена, который в своих многочисленных книгах, обогативших его материально, культивировал миф о пришельцах, якобы внесших решающий вклад уже не в возникновение жизни, а в развитие человеческой цивилизации.

При сопоставлении с книгами Деникена хорошо виден не научный, а паранаучный, мифологический характер теории панспермии. Простая и вульгарная подстановка космических пришельцев на место религиозно-мифологических символов древних цивилизаций вполне идентична подстановке космических пришельцев на место эволюционных процессов при объяснении зарождения жизни на Земле. К сожалению, такой серьёзный учёный, как Ф. Крик, в своей теории направленной панспермии прибегает к паранормальным, а не научным объяснениям и аргументам.

Другой серьёзный учёный, астрофизик Ф. Хойл уже в конце XX века на основе анализа оптических свойств частиц межзвёздной пыли сделал вывод о том, что не менее 80 % этой пыли состоит из клеток бактерий и водорослей. А так как в соответствии с расчётами астрофизиков масса межзвёздного вещества в Галактике приблизительно в 5 млн. раз больше массы Солнца, жизнь на Земле оказывается не более чем периферией космической жизни. Сенсационный вывод Хойла о заселённости газопылевых облаков живыми клетками был мгновенно подхвачен журналистами и выдан массовому читателю, слабо знакомому с системой наук, за последнее достижение научной мысли. А ведь с точки зрения биологической науки это полный абсурд! Предположить существование огромной массы живых организмов во взвешенном состоянии в космическом пространстве, начисто лишённом каких-либо системных средств жизнеобеспечения, мог лишь человек, совершенно незнакомый с основами биологической науки. Жаль, что столь уважаемый астрофизик и автор ряда блестящих произведений научной фантастики поддался искушению выдать подобную ненаучную фантастику за науку.