Чтение онлайн

Победу богов над титанами в тяжёлой битве, описанную Гесиодом, можно рассматривать как победу носителей порядка над могучими, но неразумными олицетворениями хаоса. Описав низвержение титанов в подземный мир, Гесиод стремится предложить «физическое» описание расстояний от неба до земли и от земли до подземного царства. Эти расстояния, по Гесиоду, в точности равны. Он определяет их по скорости падения физического тела. По Гесиоду, если взять медную наковальню и сбросить её с неба, то Земли она достигла бы за девять суток. И столько же она летела бы с поверхности земли до подземного царства Тартара.

В отличие от богов, возникших «естественным» путём в процессе формирования Космоса из Хаоса, людей создали боги ещё при царствовании на небесном престоле Кроноса. Так начался золотой век, райский период в жизни человечества. Люди жили как боги, не трудились и проводили всю жизнь в пирах, земля сама давала им обильные урожаи, и они собирали, сколько хотели и занимались полезной деятельностью, сколько им было угодно, по желанию. У них были обильные стада, т. е. возможность сбалансированного сочетания растительной и животной пищи. Перед нами типичные первоистоки европейских утопических идей в виде идеализации присваивающего хозяйства и изображении общества, свободного от труда как экономической необходимости и сохраняющего труд лишь как естественную жизненную потребность.

Однако впоследствии, по мере утраты непосредственных связей людей с богами золотой век сменился серебряным, а затем и железным, под которым Гесиод разумеет современное ему общество. Если люди золотого века не знали тяжких трудов, жили со спокойной душой, не знали старости, всю жизнь были полны сил, а умирали, как засыпали, то люди железного века всегда находятся под гнётом тяжкого труда, забот, горя и несчастий, беспрерывных конфликтов между людьми, войн и насилия. Стыд пропадает, злодеям воздаются почести, а сила определяет право. Налицо один из вариантов объяснения истории, весьма схожий с библейской картиной изгнания из рая. Отсюда недалеко и до представления о гибели мира и его возврата в Хаос.

У древних германцев, как и у греков, представления о начале мира содержали идею о том, что оно произошло до рождения богов, т. е. не включали сообщений об акте творения и носили одновременно и материалистический, и антропоморфный характер. Первичный хаос представлял собой Мировую бездну, бездонную пустоту, которая по необъяснённой причине стала заполняться растущим телом космического первопорядка, великана Имира. Будучи двуполым, Имир оплодотворил сам себя, забеременел и стал рожать разнообразных могущественных существ. Вначале родились могучие великаны – олицетворения разнообразных природных стихий. Затем в мир пришла корова Аудумла (видимо, отголосок воспоминаний о временах, когда основным занятием ариев был выпас крупного рогатого скота). Далее родился Бури и дочь Имира, Бури породил Бора, который, женившись на этой дочери, дал жизнь трём великим богам – Одину (в общегерманском варианте – Вотану), Вили и Ве.

Творческий процесс создания мира у древних германцев начинается с убийства. Объединив свои силы, Один и его братья убили Имира, разрубили его тело и создали из плоти землю, из костей – горы, из крови – воды, моря, озёра, реки, из волос – лес, из черепа – небосвод. Они отделили тьму от света, день от ночи. Им удалось победить великанов (аналог греческих титанов) в тяжёлой битве, после чего они изгнали их в отдельный мир. Далее они занялись созданием людей. Из твёрдого ясеня боги сделали мужчину, из гибкой ольхи – женщину. Такова картина формирования мира в скандинавском варианте, описанная в «Старшей Эдде» исландским поэтом Сэмундом Сигфуссоном и в «Младшей Эдде» Снорри Стурлуссоном.

Положительные боги, руководимые Одином, поселились в Асгарде (городе асов), куда стремятся привлечь всех доблестных существ и людей-героев после их ухода из земного мира. Павшие в бою попадают в чертоги Одина, где пируют за широкими столами и помогают асам сражаться с врагами асов – великанами и коварными богами-ванами. Борьба асов и ванов – аналог борьбы асуров с дэвами в индоиранской мифологии. Весьма характерно, что авторы северогерманской мифологии проводят идею множества миров. Таких миров они насчитывают семь: мир асов, великанов, карликов, троллей и т. д.

Боги-созидатели, отстаивающие созданный ими миропорядок в беспрерывных сражениях, держат сверхъестественных представителей злых сил, воплощений хаоса, либо в заточении, либо в узах (связанными), либо в изгнании (в особых мирах), либо в подземном царстве, куда отправляются души никчемных и злых людей. Тем самым они сохраняют в состоянии относительного порядка и наш земной человеческий мир.

Порядок в Асгарде был серьёзно нарушен, когда один из асов, коварный и непостоянный бог огня Локи, наделенный хаотичным характером, подобным бушующему пламени, убил бога весны и плодородия, светлого Бальдера. Асы не поняли значения этого события в их судьбе и судьбе мира, и продолжали охранять порядок во Вселенной.

Но если мир возник из ничего и далее был кем-то создан, то он должен иметь и свой конец. Гибель миропорядка Сэмунд описывает в первой главе «Старшей Эдды» – «Прорицании Вёльвы» (пророчицы). В ней же содержатся и другие космогонические мифы. Германоскандинавское светопредставление называется «рагнарёк» («судьба богов»). Побеждённые богами силы хаоса готовятся к последней битве. Вновь соберутся с силами великаны, сыны Имира. Освободятся из заточения в подземном царстве всемирные чудовища – волк Фенрир, сторожевой пёс входа в преисподнюю Гармр, исполинский дракон Фафнир. Вслед за ними грядёт мрачная богиня смерти и подземного царства Хэль, ведя за собой полчища злых мертвецов, за ней приближается страшный корабль мертвецов, которым правит предатель асов Локи. И тогда всё начнёт рушится: люди станут нападать друг на друга с оружием в руках, в кровавой распре брат будет убивать брата. Солнце почернеет, звёзды станут срываться вниз с вышины, всюду заполыхает огонь и запышет пар, наконец, все земли канут в море и исчезнут в морской пучине.

Но за гибелью мира начнётся новый цикл создания порядка: светлый Бальдер вырвется из царства мёртвых, куда его заперла богиня Хэль, он породит новое поколение богов и людей, после чего начнётся возрождение мира на новой и лучшей, чем нынче, основе.

Такова версия северогерманской группы племён, переселившихся в Скандинавию и отделённых от остальных германцев Балтийским и Северным морями. К тому же эта версия – результат поэтического упорядочения и систематизации, происходившего под влиянием христианства уже в эпоху раннего Средневековья.

Несколько иные варианты сохранились в незначительных фрагментах в трудах Тацита, Павла Диакона, Беды достопочтенного, эпосе «Песнь о нибелунгах» и др. По сообщению Тацита, в его время германцы славили Туистона, судя по происходению имени, двуполого бога, рождённого Нертой (Землёй). Лангобарды чтили Нерту как богиню плодородия. Туистон, по-видимому, совокупившись сам с собой, породил бога-сына Манна, которого многие германские племена чтили как своего прародителя. Туистон явно напоминает великана Имира из северогерманской мифологии.

Отрывочность сведений о древнегерманской космогонической мифологии свидетельствует не только о фрагментарности наблюдений античных авторов, но и о самом характере этой мифологии. До покорения ими Западной Европы в ходе разрушения Римской Империи германцы были варварами, то есть не имели своей цивилизации, веками находились в предцивилизационном состоянии. Соответственно, они не имели письменности, не нуждались в регулярной фиксации религиозных представлений и их систематизации в виде составления их сводов – священных писаний. Разные племена, расселившиеся на огромном пространстве, создавали и пересказывали устами сказателей свои версии происхождения богов и создания космического порядка. Обосновавшись на территории Римской Империи, они стали принимать христианство и быстро утрачивать исконные мировоззренческие представления о начале мира, рождении и гибели богов.