Чтение онлайн

первую половину средневековья; начиная же с двенадцатого

столетия евреи владеют землей почти исключительно лишь в

качестве залога. Исключение представляют только испанские

евреи, среди которых не только землевладение, но и земледелие встречались до позднейшего средневековья. Однако и в

жизни испанских евреев ни то, ни другое не являлось типичным или господствующим родом экономической деятельности.

Преобладающим родом деятельности евреев в Испании и, в

особенности, в Италии являлись ремесленная промышленность

и различные интеллигентные профессии, торговля же и денежные операции, на почве которых евреи почти с самого начала

описываемого периода встречались с могущественной конкуренцией со стороны туземного населения, стояли на втором

плане. Напротив, в странах средней и северной Европы - во

Франции, Германии, Англии - именно торговля и денежные

92 Кеннингэм. С. 171. Джекобе полагает даже, что при вступлении

во владение поместьями, так же как и при занятии всякой общественной должности, требовалось формальное признание христианства и

принесение присяги (Jacobs. Jews in Angevin England. P. XI).

313

операции, в области которых евреи здесь в течение долгого времени почти не имели конкурентов, оказывались если, быть может, и

не исключительно распространенными, то, во всяком случае, наиболее типичными для туземных евреев профессиями.

В том и другом случае деятельность евреев оказывалась в

описываемое время одинаково полезной и необходимой. В Италии евреи-ремесленники заняты были преимущественно, как

мы видели, в новых родах ремесла, мало еще распространенных и частью даже вовсе незнакомых местным ремесленникам, именно, в шелкопрядении и красильном деле, либо работали в

различных отраслях промышленности и обслуживали более

широкие круги населения в местностях с малоразвитой местной промышленностью, например, в Сицилии и частью в южной Италии и Сардинии. Не менее полезной и ценимой со стороны населения была, как мы видели, и деятельность итальянских

евреев в качестве врачей, переводчиков и представителей иных

свободных профессий. Как в Италии деятельность евреев-ре-

месленников, так в других странах роль их в качестве пионеров

торговли и впоследствии в качестве менял и банкиров оказывалась также необходимой на тех начальных стадиях экономического развития, на каких находились еще в то время государства средней и северной Европы. Значение и роль евреев в первоначальном развитии торговли и городской жизни средневековой Европы в достаточно определенных и недвусмысленных выражениях констатированы были, как мы знаем, еще в конце одиннадцатого столетия в грамоте шпейерского епископа, имевшей

целью привлечение евреев в епископский город.

В противоположность тем условиям, в каких началась еврейская диаспора в древности в эллинистическую эпоху, когда поток еврейской эмиграции в пределы эллинистических

государств сталкивался с таким же встречным потоком, стремившимся из Греции, и когда результатом явилась ожесточенная конкуренция на почве торгово-промышленной деятельности между евреями и греками, легшая, как мы видели, в основу позднейших враждебных отношений и взаимной ненависти, евреи при своем проникновении в страны Западной

Европы в течение почти всей первой половины средневековья

либо не встречали конкуренции со стороны туземного населения, либо, сразу же вынужденные отказаться от такой конкуренции в одних родах экономической деятельности, избирали

себе такие профессии, в которых они не имели бы конкурентов. Таким образом, экономическая деятельность евреев За314

падной Европы в описываемое время либо протекала параллельно с производительной деятельностью туземцев, не сталкиваясь с нею, как это было в Италии, либо еще не успела

прийти в столкновение с аналогичной деятельностью местного населения вследствие того, что эта последняя получила свое

развитие значительно позже, лишь к самому концу описываемого периода. Почвы для взаимных столкновений, благодаря

этому, еще не существовало, и мы действительно в течение

всего описываемого периода времени так же, как и в предшествовавшую меровингскую эпоху, не только не видим той

ожесточенной вражды, какая отличала собою отношения нееврейского населения к евреям в древности и в эпоху позднейшего средневековья, но, напротив, нередко наблюдаем

даже совершенно обратные отношения. Одна только церковь, в лице отдельных своих представителей, продолжала восставать против всякого общения и сближения с иудеями, однако

ее запреты не находили в это время ни малейшего сочувствия

в среде более широких слоев населения и оставались гласом

вопиющего в пустыне.

Обращаясь к фактам, характеризующим взаимные отношения, существовавшие в описываемую эпоху между христианами и евреями, мы прежде всего можем констатировать почти полное отсутствие данных о каких-либо открытых враждебных выступлениях против евреев, за исключением немногих отдельных духовных лиц, вроде Ратерия Веронского, Аго-

барда и Амулона, епископов лионских. Напротив, почти все

современные данные рисуют нам совершенно обратную картину, свидетельствующую в большинстве случаев о благожелательных, а в отдельных случаях даже о дружественных отношениях между христианами и евреями. В Италии, например, отношение к евреям в десятом веке в общем было настолько благоприятным, что, как мы видели, епископ веронский, представлявший в этом отношении как бы исключение, вынужден был специально оправдывать свои враждебные

чувства в отношении евреев93. Тот же положительный характер сохранили взаимоотношения итальянских евреев с окружавшей их христианской средой и в течение последующих

столетий94. Мы не говорим уже об Испании мусульманского

времени, в которой евреи находились не только в благоприят93 Ratherii. Opera. P. 335 sq.

94 Gudemann. Geschichte… der Juden in Italien. S. 72.

315

ном, но можно сказать даже в привилегированном положении. Однако не только в Италии и Испании, странах, где положение евреев и в последующее время продолжало долгое