Чтение онлайн

Несколько позже, именно в 1809 г. была основана в Касселе французскими актерами ложа Les arts et l'amiti'e, в которой работали многие евреи [77] .

В 1808 г. при содействии ложи Napoleon Josephine возникла во Франкфурте-на-Майне под авторитетом Великого Востока еще одна ложа, соединявшая под своим кровом евреев и христиан, ложа Восходящей Зари (Zur aufgehenden Morgenr"othe или L'Aurore Naissante); здесь религиозный элемент несомненно был вовсе исключен; имевшееся же в виду основателями ложи сближение евреев с просвещенными христианами должно было носить тот характер, какой был свойственен всему, что выходило из рук современных реформаторов немецкого еврейства [78] . Одним из основателей ложи Восходящей Зари был еврей, франкфуртский купец С. Гейзенгеймер, которому в масонской энциклопедии посвящены теплые строки [79] . Сын бедных родителей, получивший лишь первоначальное образование, Гейзенгеймер достиг высокого общественного положения благодаря своим нравственным качествам. Посвященный в масонство в одной французской ложе, Гейзенгеймер пришел к заключению, что масонство может значительно посодействовать духовному возрождению единоверцев, a потому с помощью некоторых просвещенных, евреев и христиан он учредил ложу Восходящей Зари, в которой и стал первым мастером стула.

Открытие ложи состоялось 12 июня 1808 г. [80] при самой торжественной обстановке. «В двенадцатый день четвертого месяца 5808 года в месте тайном и укрепленном, где царят тишина, мир в милосердие — гласит официальный отчет ложи — в полдень ложа Св. Иоанна, под особым названием Восходящей Зари, на востоке Франкфурта, правильно созданная, братски соединилась под геометрическими фигурами, известными лишь настоящим масонам, для освящения Храма и празднования дня ордена [81] ». — На торжество открытия прибыли депутации от различных французских и немецких лож. После речей, которые держали как высшие должностные лица ложи, так и депутаты, все присутствовавшие сели за трапезу в празднично убранной зале; по обыкновению начались тосты, сопровождаемые звуками оркестра; первый бокал был поднят в честь Наполеона и Жозефины, последующие за других власть имущих; четвертый тост был провозглашен в честь Гейзенгеймера, восьмой в честь Cerf Berre Lippmann, депутата этой ложи при Великом Востоке в Париже [82] .

Политические события в эпоху освободительной войны принудили ложу Восходящей Зари порвать связь с Великим Востоком; франкфуртские ложи не пожелали вступить с ней в сношения, тогда она обратилась за конституцией к ландграфу Карлу Гессенскому. Ходатаем ложи явился просвещенный христианин, масон Молитор [83] , одновременно преподававший как в еврейском училище Philantropine, так и в католической гимназии; достигнув третьей степени, он занимал в ложе разные должности и был представителем ложи Les amis r'eunis. В одной из своих речей, при посвящении нового масона в ложу, он вполне определенно высказался по вопросу о задаче масонского союза, считая его всечеловеческим; к сожалению, впоследствии он изменил свой взгляд. При содействии Молитора Карл Гессенский дал ложе конституцию, снабженную, так называемой, «шотландской» директорией; и таким образом, ложе, большинство членов которой были евреи, пришлось принять систему храмовников, менее всего годную для евреев; вместе с шотландской директорией в ложу проникли неудовольствия и недоразумения. Последовавшее требование, чтобы мастер стула и оратор выбирались только из числа христиан, заставило большинство братьев подумать о том, как избавиться от подобного порядка; но в это время (в 1817 г.), ландграф сообразил, что шотландская директория неуместна в ложе Восходящей Зари и объявил дарованную им конституцию уничтоженной. Тогда Молитор вместе со многими христианами удалился из этой ложи и учредил новую, недоступную евреям, ложу Карла к Восходящему Солнцу. Остальные же братья, в виду того, что немецкие ложи стали обнаруживать вражду к ним [84] , обратились за конституцией к Великой английской ложе, великим мастером которой в то время состоял герцог Сюссекский [85] . Без согласия находившейся во Франкфурте провинциальной английской ложи нельзя было учреждать в ее округе английских лож, но так как провинциальная ложа стала враждебно относиться к евреям, (раньше она принимала y себя и мастера стула ложи Терпимости, и членов майнцской ложи Les amis r'eunis, теперь же закрыла доступ к себе членам ложи Восходящей Зари) герцог, не запросив провинциальной ложи, утвердил Карла Гольдшмидта, С. Гейзенгеймера и И. Герсона в качестве мастеров и надзирателей ложи [86] . Это благоприятное отношение к евреям было тем важнее, что герцог соединил с Великой английской ложей так называемую Великую ложу старых масонов, работавшую в высоких степенях, и таким образом все английские ложи должны были признать принцип всеобщности союза.

Стремясь под авторитетом Великой английской ложи лишь к духовному возрождению братьев, ложа Восходящей Зари [87] привела своих членов к тому истинному масонству, к которому английские и другие евреи приобщились за сто лет тому назад.

Кроме вышеприведенных имен мы встречаем в этой ложе за разные годы: Крейценаха, Габриеля Риссера, видней-шего борца за эмансипацию немецких евреев, историка Иоста, Бертольда Ауэрбаха, Франкфуртера, (1840 г.) проповедника в новой гамбургской синагоге, много поработавшего в пользу эмансипации евреев в масонстве [88] , a также Готгольда Саломона, проповедника (с 1818 по 1857 гг.) при гамбургской храмовой общине, о котором один историк еврейской литературы говорит, что вооруженный современным образованием и ораторским искусством, он выступал в защиту иудейства перед образованными евреями, стыдившимися своей веры и соплеменников, и сумел вызвать в них религиозное чувство. Саломон был также почетным членом ложи Georg zum silbernen Einhorn в Нинбурге, что в то время являлось редким случаем [89] .

2 декабря 1832 г. во Франкфурте-на-Майне начала функционировать еще одна ложа, соединившая в братском единении евреев и христиан, ложа Франкфуртского Орла; она была основана евреями и работала под авторитетом Великого Востока Франции [90] .

Об отношении масонства к евреям в других странах мы имеем сведения более скудные, чем о немецком масонстве; вероятно потому, что только в Германии этот вопрос, приняв острый характер, вызвал специальную литературу. Во Франции существовали ложи, не принимавшие евреев (напр., Великая ложа Франции), но это отрицательное отношение далеко не было господствующим; так, были ложи, в которых религиозный элемент был вовсе исключен, и которые, почитая себя обыкновенными собраниями, принимали евреев [91] . Некоторые данные свидетельствуют, что уже с середины 18-го века евреи не только имели доступ во французские ложи, но и получали патенты на учреждение лож в других странах. Так в 1761 г. парижский еврей Стефан Морин получил от Совета Императоров Востока и Запада в Париже патент, которым он назначен был Депутатом и Великим Инспектором для Америки и был уполномочен распространять по ту сторону океана 25 степеней, что он и исполнил с успехом, посетив С. Доминго, Ямайку и др. места [92] . Вообще французское масонство во многом способствовало привлечению евреев к союзу; так, мы видели выше, что первая гамбургская ложа, принимавшая евреев, была учреждена французом; венский еврей Гониг был снабжен французским патентом; азиатский орден также имел, по-видимому, какую-то связь с французским масонством — немецкие книги по поводу принятия туда евреев сейчас же по выходе в свет переводились на французский язык. Далее мы видели, что и майнцская ложа и ложа Восходящей Зари обязаны своим возникновением Великому Востоку Франции [93] . Французские же масоны, a именно артиллерийские офицеры, будучи в 1796–1797 гг. в Тоскане, образовали ложу в Ливорно Les amis de l'union parfaite, в которой работали и евреи [94] .

Некоторую роль во французском масонстве сыграл в свое время Мартинес де Паскуалис, по происхождению португальский еврей, принявший христианство «подобно гностикам первых веков». В 1754 г. он основал в Лионе мистическую секту Des elus Co"ens (Избранные когены — моё прим.), которая впоследствии довольно широко распространилась во Франции. Тайны Паскуалиса состояли, как говорят, из смеси гностицизма и иудаизма, сдобренной каббалой. Паскуалис не принадлежал к числу многочисленных в то время шарлатанов, отдававших свои тайны взамен золота; это был честный человек, искренне преданный своему мистическому учению; его ученики относились к нему с глубоким уважением, из них особенную известность получил Сен-Мартен [95] . В 1806 г. во Франции возник новый обряд Ecossais ancien et асcept'e, состоявший из 32 степеней, учрежденный пятью евреями: John Mitchel, Friedrich Dalcho, Emil de la Motta, Abraham Alexander и Isaac Aulb, которые из чисто коммерческих видов присвоили себе места Вел. Командора, наместника Вел. Командора и т. д., и захватили в свои руки всю администрацию [96] .

В начале XIX в. авиньонский купец, еврей Michel B'eddaride (интендантский инспектор в Италии) насадил и распространил во Франции, при помощи своих двух братьев, систему Мизраим, существующую поныне [97] .

Касательно Австрии мы нашли лишь одно указание, a именно y Ведекинда, который говорит: «советую еврею, желающему стать масоном, обратиться в Австрию, где со времени царствования Иосифа союз никого не должен выключать из-за еврейского происхождения», но в действительности в конце ХVIII в. масонство было там совершенно запрещено.

Что же касается России, то русское еврейство, судя по его культурному уровню, вряд ли могло выдвинуть из своей среды много масонов; лишь отдельные личности могли обнаружить стремление сблизиться в масонстве с русским обществом; к тому же в России была распространена «шведская» система, считавшая масонство христианским союзом. Устав Великой ложи Астреи (§ 162) категорически говорил, что в союз имеет доступ лишь «преданный какому нибудь из терпимых в государстве христианских исповеданий», хотя основные законы «Книги Уставов» были известны Астрее и в ее Уставе они были приведены, снабженные примечанием, что они достойны уважения, «яко священные памятники древнего общества вольных каменщиков». Впрочем, есть известие, что одна петербургская ложа приняла около 1797 г. в свою среду еврея [98] .

В царствование Александра I последовало закрытие всех лож в России.

Вражда, которую встретила ложа Восходящей Зари в немецком масонстве, ясно показала, что Краузе, Шредеру и др. вне удалось в корне уничтожить предрассудки и преднамеренные искажения, в изобилии накопившиеся в братстве за его столетнее существование; но важно уже было то, что своими исследованиями они подготовили почву, на которой дальнейшие защитники принципа всеобщности союза могли бороться за евреев, вооруженные научными данными о масонстве; в связи с этим, разрешение еврейского вопроса получило новое направление. Если в 80 гг. XVIII в. на сторону евреев в литературе стали масонские сектанты— азиатские братья, a противниками их выступили братья из иоанновых лож, то теперь картина борьбы совершенно изменилась: боролись за евреев те, кому было дорого истинное масонство, a вражеские стрелы пускались теми, кто охранял искаженное искусство. Одновременно с уходом христиан из ложи Восходящей Зари появились сочинения, жестоко обрушившиеся на евреев в масонстве, но братья-евреи могли утешиться тем, что эти нападки встретили отпор со стороны таких писателей, как напр., Ведекинд, Албанус и др.

Мы уже говорили выше о том, как Ведекинд устранил внешние препятствия, возникавшие, казалось, пред евреями на масонском пути; здесь же мы остановимся лишь на тех строках его сочинения, которые уничтожали преграду, исходившую из самого еврейства и делавшую, по мнению иных масонов, невозможным участие евреев в союзе. — Христианин, вступая в масонство, должен был признать людей всех религий равными пред лицом Бога, что несомненно противоречило практическому учению церкви, каравшей «еретиков», последователей «лжеучений» в проч.; со своей стороны, и евреи должны были также признать равенство всех людей и отказаться от взгляда на своих единоверцев, как на «избранный народ», взгляда несогласного с духом масонства. По-видимому, это «антикосмополитическое» выражение служило серьезным аргументом против принятия евреев. Уже Краузе остановил свое внимание на этом вопросе в своем труде «Die drei "altesten Kunsturkunden der Freimaurerbr"uderschaft». Замечая, что законы евреев вменяют им в обязанность быть справедливым в отношении каждого человека независимо от его национальности, Краузе прибавляет: «однако нельзя отрицать, что религиозное учение и законы евреев вместе с тем, если взглянуть на них во всей строгости, в некоторых пунктах несогласны с человечностью, противоречат идее о человечестве, соединенном в Боге; и к этому относится преимущественно взгляд, будто евреи единственно избранный народ Божий, a также многие предписания, которые неприязненно отделяют евреев в общежитии и в союзах от других народов. Но надо помнить, что этот недостаток присущ всем религиозным сообществам, которые смотрят на постановления своего вероучения, как на единственно спасительные, вследствие чего пришлось бы исключить из ложи всех сочленов этих сообществ. Но помимо сего уже встречаются многие евреи, которые выбросили из своего сердца и мысли эти противные человечеству учения и предписания, и при этом вовсе не присоедивились к тем убеждениям и внешним формам, которые требовали бы от них отречения от еврейства» [99] .

Ведекинд также коснулся вопроса об «избранности» еврейского варода: «Правда, — говорит он, — наши евреи не только в общем, но, к сожалению. почти все являются антикосмополитическим народом, и это не в силу их отношения к другим народам, a в силу требования их церкви, и таковыми они были во все времена. Иегова любит только их самих и ненавидит другие народы. Евреям предписана нравственность лишь в отношении одних евреев, по отношению же к другим еврей может действовать согласно своим видам». «Возмутительно!» восклицает Ведекинд, разделяя превратное ходячее представление о еврейской морали, но тут же он ставит вопрос: «все ли, однако, евреи придерживаются таких талмудических поучений? И разве многие последователи папской церкви и сами папы не придерживаются еще более нечеловеческих поучений? A вздумалось ли кому-либо исключить честного человека из-за того, что он исповедует католическую религию? Я полагаю, что каждый образованный человек покинет ложу, которая не приняла бы в союз Маймонида, Спинозу, Мендельсона и др. из-за их еврейства; но я также полагаю, что масоны могут добиваться порядка и с величайшей осторожностью стараться, чтобы каждый еврей, который придерживается антикосмополитических тенденций и проводит их на деле, был исключен из нашего филантропического союза. Такие евреи столь же мало годны в ложе, как те католики, которые думают о братьях протестантах, будто они навсегда прокляты Богом; в обоих случаях принятие соответствующих мер предосторожности возможно, но если ложа и тогда была бы обманута, то это было бы все же гораздо лучше, чем согрешить против достоинства масонства, приняв за основное правило: исключать всех евреев!» [100] . A в другом месте Ведекинд восклицает: «Наш возвышенный орден именно устроен так, чтобы каждый брат мог, согласно убеждению, исповедывать свою положительную религию, как бы она ни называлась, дабы не нужно было закрывать дверей перед каким-нибудь честным, образованным человеком из-за формы его церковного исповедания; из этого и вытекает, как уже сказал Лессинг, — и это совершенно соответствует природе учреждения, — что союз видит свое возвышенное достоинство во всеобщности и в том, что он совершает нечто такое, что до сих пор не были в состоянии совершить ни правительство и, вообще, никакой союз; если масонство что-нибудь делает, чтобы просветить евреев, исправить их и уничтожить пропасть между христианами и евреями, созданную иудейским законом и нашим пренебрежением к ним, то делать нечто такое значит действовать в духе космополитизма» [101] .