Еврейский синдром-2,5
Шрифт:
Для великого северного племени нет больше ни денег от евреев, ни симпатии с их стороны… а вместо этого, беспощадное противодействие. И Россия постепенно начинает понимать, что означает такая война».
В Первой мировой войне Рука Абрама использовала финансовый шантаж на полную катушку. В 1915 году как западные, так и российские банки, находившиеся под еврейским контролем, одновременно отказались предоставить России кредиты, без которых страна не могла продолжать воевать.
Наиболее тяжёлым ударом был отказ из США, которые выступали в качестве основного «банкира» воюющей Европы (напомню, что на тот момент «долларовый» печатный станок уже оказался в руках Федеральной резервной системы).
О том, какую силу к тому времени набрало финансовое господство еврейства, даёт представление стенограмма обсуждения царским правительством в августе 1915 г. еврейского ультиматума об отмене ограничений прав иудеев.
Министр А.В. Кривошеин предлагал просить международные еврейские круги об ответных услугах: «Мы даём вам изменение правил о черте оседлости… а вы… окажите воздействие на зависимую от еврейского капитала (т.е. почти всю - Авт.) печать в смысле перемены её революционного тона».
Министр иностранных дел С.Д. Сазонов: «Союзники тоже зависят от еврейского капитала и ответят нам указанием прежде всего примириться с евреями».
Министр внутренних дел князь Н. Б. Щербатов: «Мы попали в заколдованный круг… мы бессильны ибо деньги в еврейских руках и без них мы не найдём ни копейки, а без денег нельзя вести войну»
[16].
Правительство Российской империи было вынуждено пойти на уступки…
Поскольку в подготовке Февральской революции интересы масонства и еврейства совпадали, не удивительно, что её совместно финансировали и Яков Шифф, и Великий Надзиратель Великой Ложи Англии, видный политик и банкир лорд Мильнер.
Говоря об активности Мильнера в Петрограде накануне Февраля 1917-го, один из представителей британского парламента прямо заявил: «Наши лидеры… послали лорда Мильнера в Петроград, чтобы подготовить эту революцию, которая уничтожила самодержавие в стране-союзнице»
[17].
Своя причина для поддержки революционеров была у Германии и Австро-Венгрии - ставка на разложение воевавшей против них российской армии. Но и в этом случае решающую роль сыграли деньги еврейских банкиров, особенно Варбургов - родственников и компаньонов Шиффа.
Сразу же после своего формирования Временное правительство подготовило декрет о равноправии евреев.
Процесс подготовки проходил в постоянном контакте с беспрерывно заседавшим еврейским Политическим Бюро, которое, в итоге, «скромно» попросило не делать в декрете акцент на евреях, а придать документу общий характер - отменить «вероисповедные и национальные» ограничения.
После публикации декрета Политбюро отправилось с депутацией к главе Временного правительства и в Совет рабочих и солдатских депутатов - «но не с тем, чтобы выразить благодарность, а с тем, чтобы поздравить Временное правительство и Совет с изданием этого декрета» (так гласило постановление Политического бюро).
Весьма показателен и публичный обмен телеграммами, когда Яков Шифф «как постоянный враг тиранического самодержавия, беспощадно преследовавшего моих (Шиффа - Авт.) единоверцев», поздравил нового министра иностранных дел России, кадета-масона Милюкова с победой революции, на что тот ответил:
«Объединённые в ненависти и отвращении к свергнутому режиму, будем также объединены в проведении новых идеалов…».
Помните, «Новый порядок на века»? Ну что ж, еврейские денежки были потрачены не зря…
Итак, Февраль 1917-го завершился вожделенной для антихристианских кругов победой над Православной Монархией.
Но одновременно из бутылки был выпущен большевистский «джин», которого «авторы» февральской революции поначалу недооценили: и международное еврейство, полагавшееся на кровную связь с евреями-интернационалистами (неоправдавшаяся ставка на Троцкого) и атеистическое масонство, надеявшееся на идейную родственность с большевиками.
Октябрь не только победил Февраль, но пошёл гораздо дальше в своей антиправославной борьбе. Марксизм-ленинизм был не столько прагматически-политическим явлением, сколько утопической «религией» с отрицательным знаком.
Именно этой фанатичной «религиозностью» можно объяснить стойкий иммунитет большевиков к западным либеральным влияниям. Их еврейство модифицировалось в особую интернационалистическую ипостась.
Но это не помешало международным финансовым кругам верно сориентироваться в «миссии» большевиков и с их участием полностью обезопасить себя от реставрации православной монархии.
Стоит также отметить, что тогдашняя большевистская верхушка была составлена по двум разным линиям: из кадров Ленина (которых финансировали и перебросили в 1917 г. в Россию немцы) и кадров Троцкого (их финансировала и тогда же переправила в Россию американская сторона).
Но весь фокус в том, что в обоих случаях деньгодателями выступали шиффы-варбурги - еврейская финансовая элита.
Свои благодарные восторги в адрес американских «друзей» Троцкий выразил в воспоминаниях:
«Я оказался в Нью-Йорке, в красочно-прозаическом городе капиталистического автоматизма, где на улицах торжествует эстетическая теория кубизма, а в сердцах - нравственная философия доллара. Нью-Йорк импонировал мне, так как он полнее всего выражает дух современной эпохи…
Цифры роста американского экспорта за время войны поразили меня. Они предопределяли… решающую мировую роль Соединённых штатов после войны… Я уезжал в Европу с чувством человека, который только одним глазом заглянул внутрь кузницы, где будет выковываться судьба человечества…»
[18].
Эх, знал бы Лев Давидович, насколько пророческими окажутся его слова! Вот только, в настоящую «кузницу», где выковывается судьба человечества, ему не суждено было заглянуть: чужих к станку не допускают…
Разумеется, принимая щедрое «спонсорство» еврейских финансовых воротил и Троцкий, и Ленин искренне считали, что банкиры, космополитизируя мир, «бессознательно» содействуют мировой коммунистической революции.
На самом же деле, последние безошибочно всё просчитали. Сделав ставку на большевиков, они прекрасно понимали, что революционеры, разрушая мир христианских ценностей, работают на установление всемирной власти «кузнецов».
Последующие события подтвердили точность расчёта: православная монархия была окончательно растоптана, Помазанник Божий распят на Поверженном Кресте, а само Имя Бога предано дьявольской анафеме.