Чтение онлайн

Хотя на сегодняшний день УНА-УНСО больше походит на организацию ветеранов украинского националистического движения, её члены, влившись в ряды «Правого сектора», попытались оказать максимальное влияние на его идеологию. Это выражалось и в бесконечных беседах «бывалых» ветеранов с «молодыми бойцами», и в распространении своих, надо сказать, весьма специфических, пропагандистских материалов.

Вот лишь один пример заявления, размещенного на сайте УНА-УНСО. Оно очень наглядно демонстрирует отношение этих «избранных» к представителям иных национальностей: «Совершенно невероятные изменения табелей о рангах мировой элиты и иерархии мы видим на наших глазах. Запад так безумно напуган расширением Орды, что даже впустил хохлов в УЗЕНЬКИЙ круг наций, которые имеют право апеллировать к национальным инстинктам. В природе нет более сильных и взрывоопасных стимуляторов. На сегодня в высшей лиге этносов, которым позволена такая вольность, всего несколько игроков. Это евреи, армяне, WASP[290], вот и все. Есть еще десяток этносов, у которых есть лимитированная форма этих прав, и это всё! Русских в этом списке нет. Потому что такой нации, как «русские», еще нет. Как точно заметил Жариков, на сегодня «русские» — это те, кто не входит ни в одну асабию (этнос или клан). И с позиции мировых сил, русские — это сброд без корней и национальной идентичности. Или просто рабы, которые не знают, от кого они происходят, или то, что называется «манкурт». Украинцам разрешили считаться украинцами не по принципу «политической нации», то есть граждане или подданные одной юрисдикции, а дали им мировой статус, как например евреям или армянам. Это НЕВЕРОЯТНЫЙ прорыв».

Отметим, это написано не в 1941 году на немецком языке, а 1 февраля 2014 года на сайте «мирных демонстрантов», которых так уважают и поддерживают в толерантной и политкорректной Европе.

Хотя «Белый молот» не может сравниться с УНА-УНСО ни по «историческим заслугам», ни по численности, в контексте событий на «Евромайдане» его нельзя обойти стороной.

«Белый молот» — несомненная элита погромов! Он состоит из постоянных «боевиков», объединенных идеями неонацизма, ненавистью к «жидам», «черным» и «мусорам». Здесь все по-честному, без лукавства и невинного хлопанья глазами «гденамайданефашисты?»: свастики, «зиги», 14/88, White Power и т. д.

Члены группы известны в украинской националистической среде как наиболее агрессивные и неадекватные бойцы, которые готовы на проведение любых акций в отношении любых категорий лиц (подавляющее большинство группы — это бывшие осужденные за тяжкие преступления). Именно этой группе «не понравилось», что на «Евромайдане» официально выступают представители еврейских общин Украины и совершают молитвы раввины. В результате, несмотря на указания лидеров «Евромайдана», «молотками» был осуществлен ряд нападений на членов еврейской общины на Майдане, на Крещатике и на территории синагоги на Подоле (она же синагога Розенберга).

Лидером «Белого молота» считается Олесь (Александр) Вахний, фигура во многом знаковая. Этот человек широко известен в националистических кругах с начала 90-х годов прошлого века. Тогда он был одним из руководителей киевского отделения «Союза украинской молодёжи». Эта организация была создана украинскими эмигрантами после окончания Второй Мировой войны и весь период «холодной войны» финансировалась западными спецслужбами.

Прославился Вахний во время первой в истории современной Украины войны с «памятниками тоталитарного прошлого». В частности, 8 февраля 1993 года члены Киевской СУМ во главе с Вахниём на станции «Боярка» совершили частичный демонтаж памятника Ленину, 3 февраля 1995 года разрушили памятник «вождю мирового пролетариата» в посёлке Клавдиево-Тарасово Киевской области.

Одно время Вахний даже возглавлял киевское отделение Социал-национальной партии Украины (СНПУ), где отличился широким привлечением в партийные ряды скинхедов и откровенных нацистов.

Вахний неоднократно арестовывался за различные преступления. В частности, он был арестован по обвинению в нападении на офис Комитета избирателей Украины (КИУ), организации, которую он считал «группой молодых приспособленцев», виновных в манипулировании общественным мнением. Провел в заключении более пяти лет. Отбывал наказание в Черкасской исправительной колонии № 62. Сотрудничал с администрацией учреждения, заведовал клубом.

В 2005 году получил второй срок заключения. Наказание отбывал в Лукьяновской тюрьме.

В последние годы был активным участником ряда массовых акций, в частности направленных против иностранцев и проведения в Киеве «конопляных маршей».

22 марта 2007 года во время пресс-конференции, посвященной «Маршу против расизма», бросил связку бананов в Сандея Аделаджу[291] после того, как последний не дал ответа на вопрос, почему среди торговцев наркотиками так много его соотечественников — нигерийцев. Аделаджа написал заявление в правоохранительные органы, и этот хулиганский поступок стоил Вахнию 15 суток административной ареста. Отметим, что многие представители других организаций — участниц «Правого сектора» также имеют богатый криминальный опыт.

Едва проявившись на Майдане, руководители «Правого сектора» абсолютно недвусмысленно обозначили свою позицию по отношению к Российской Федерации, Таможенному союзу и вообще любым формам российско-украинского сотрудничества. В подтверждение этого на Майдане ими стали активно распространяться плакаты и листовки антироссийского и антирусского содержания, а также на глазах стало увеличиваться количество красно-чёрных флагов ОУН-УПА.

«Евромайдан», в отличие от «оранжевого» Майдана 2003–2004 гг., очень быстро перерос из народного Вече в поддержку евроинтеграции и общеевропейских ценностей в нескончаемый агрессивный националистический фестиваль. И произошло это из-за присутствия на нем невиданного доселе на Украине количества украинских националистов и фашистов, которые довольно быстро подчинили «Евромайдан» своей воле и своей повестке дня. Причём, что характерно, — не встретив практически никакого сопротивления.

С началом сползания «Евромайдана» от демократического протеста к националистическому, тон там задавала «Свобода». Её флаги доминировали над символами других партий, но со временем на Майдане стали появляться гораздо более радикальные силы, стали звучать всё более и более радикальные лозунги. Тон на Майдане стал задавать никому ранее не известный «Правый сектор».

Бенефисом боевиков «Правого сектора» стала атака на бойцов Внутренних войск и подразделений «Беркута» на улице Банковой 1 декабря 2013 года. Тогда их посчитали провокаторами и довольно долго критиковали. Не пришлось по вкусу многим жителям Киева и участникам Майдана и участие членов группировки в разрушении памятника Ленину на Бессарабской площади.

Однако настоящий серьезный успех пришел к боевикам «Правого сектора» 19 января 2014 года, когда они приняли активное участие в столкновениях с милицией, которые переросли, в отличие от драки 1 декабря, в затяжные уличные бои на улице Грушевского.

Участники Майдана вспоминают, что утром 19 января, еще до намеченного на день «Народного вече», они видели выстроенных в колонны радикалов на ул. Крещатик и в «трубе» (переход метро «Майдан Незалежности»), Это может говорить о том, что акция по силовому противостоянию с милицией планировалась заранее вне зависимости от результатов веча и того, пропустит милиция протестующих на улицу Грушевского к правительственному кварталу или нет.

Иными словами, руководство «Правого сектора» не интересовал переговорный процесс или достижение каких-либо договоренностей. В их задачу входила дестабилизация обстановки при любом исходе переговоров. Руководители организации и их кураторы определились на тот момент со своей стратегической задачей — силовым захватом власти в Киеве.

Узнать «секторян» на Майдане было просто. Они были серьезно и надежно экипированы: в основном носили металлические каски, в то время как подавляющее большинство остальных участников протестов довольствовались или мотоциклетными шлемами, или строительными касками, или совсем уж экзотическими защитными приспособлениями, сделанными из обычных кастрюль.

Вооружены нацистские боевики были в основном тяжелыми дубинками, цепями и арматурой, в последний месяц противостояния обязательной частью амуниции стал щит. Многочисленные наблюдатели отмечали необыкновенную слаженность действий «Правого сектора». Они атаковали организованно, часто небольшими группами, а затем резко отходили назад, не давая спецподразделениям времени для контратаки.