Чтение онлайн

От таких метаморфоз Володе стало нехорошо под ложечкой, и вино, выпитое недавно, пожелало вырваться наружу. Но он удержал его внутри себя, продолжая с тем же любопытством рассматривать местность, которая словно в кино на экране стала мгновенно меняться. Он внезапно оказался в городе посреди больших освещенных домов, стоящий на тротуаре под одним из множества столбов, которые вереницей тянулись вдоль улицы. Пустая несколько секунд назад улица неожиданно начала наполняться грузовыми машинами, легковыми автомобилями и трамваями, а по тротуарам вдруг побежали пешеходы, выныривающие из двориков и закоулков, словно тараканы, выползающие на кухню из щелей.

Просто очень быстро пошла, как обычно перемещаются пешеходы в больших промышленных городах, где народ всегда спешит на работу или обратно домой. Они же не умеют и не хотят гулять и рассматривать великолепие зданий. Им нужно куда-то успеть, а времени, как всегда и всюду катастрофически не хватает. Хорошо, что Володя немножко в стороне стоял от этих потоков возле своего столба, подпирая и без него прочно стоящую конструкцию. А то сшибли бы за милую душу, как внезапное препятствие на пути к намеченной цели. Никто особого внимания на него не обращал. Им было совершенно не до ошарашенного и слегка хмельного юнца. Стоит себе, как и должен стоять в их сумасшедшем мире.

Лишь какой-то милиционер остановился метрах в двух и внимательно изучил живую подпорку столба. Не заметив в нем ничего примечательного, милиционер пошел на другую сторону улицы, удачно лавируя между несущимися автомобилями. Город явно на Витебск не походил. В Володином родном городе таких столпотворений из народа и транспорта не бывает. Лишь по двум государственным праздникам, как Первомай и седьмое ноября. Но в те дни на улицах лишь толпы народа с транспарантами и дикими криками, как: "Ура"! "Слава КПСС"! "Миру мир"! Войне войну. Это Володя уже от себя добавил. К тому же город больно нарядный был, словно к празднику готовился.

Нет, шарами и флагами не красовался. И транспарантов не видать нигде. Но Володю поразила масса цветных витрин магазинов с изобилием товаров, каких у них даже по праздникам не выбрасывают. А его столб как раз аккурат напротив некоего продовольственного магазина расположился. И чего только не увидел Володя через светящееся стекло. Одних только мясных изделий, как колбас и прочих непонятных кругляшек, не менее сотни сортов. Ну, если и меньше, то самую малость. А прочих разнообразных продуктов, так от одного их вида в голове туман образовался. Точно, Володя по некоторой неизвестной причине оказался в буржуазной стране. И название магазина абсолютно нерусское: "WESTER".

Но внизу очень русскими буквами написано: "Колбасные и мясные изделия всего мира". Странно. Володя покрутил головой по сторонам и окончательно запутался. Масса противоречий возникло в мозгах. Пятьдесят на пятьдесят. Поровну. Заграница вперемешку с Россией. Но народ сплошь наш, родной, отечественный, поскольку милиционер самый, что, ни на есть российский. Наш, родной. А вдруг он так же с Володей вместе попал в этот неясный мир? Нет, хозяйничает уж больно по-домашнему. Вон на той стороне дороги со своими ментами встретился и жестикулирует во всю, как сигнальщик на корабле флажками.

Но машины явно не нашего происхождения, но с нашими номерами, только написанными по-иному, не так, как обычно привык он видеть. Видать, у Володи был такой неправильный вид, что еще один милиционер подошел к нему и уже хотел задать пару вопросов, как вдруг все это движение стало замирать и таять прямо на глазах. Или затягиваться густым, словно молоко, туманом, словно в парной в бане, когда кто-нибудь плеснет в жерло раскаленной печи большую порцию воды. Очнулся Володя вновь под своим деревом. А по бокам мирно сопели и храпели трое его товарищей. И такими милыми и родными показались они ему, что захотелось немедленно растолкать и всех расцеловать.

Однако не стал этого делать лишь потому, что в ответ только нахамят и нагрубят, поскольку единственное, что сбылось из этой картинки, так это факт темной ночи и ярких звезд на небе. Да все тут ясно, как белая ночь. Вина выпито много, от того крепко уснули, а остальное все пригрезилось в пьяной сонной башке. И эти пешеходы с милиционерами, и автомобили с импортными буквами на капотах, и колбасно-мясное изобилие. Вот об одном лишь пожалел Володя, что тот магазин, где всего вкусного навалом, не вернулся с ним из сна в эту темную явь. А сколько всего там было, так словами пересказать невозможно. Очень многого еще в русском языке не придумано, чтобы назвать его.

Жаль, очень жаль. Ведь если все это приснилось, то, стало быть, с головой у него полный порядок. Во сне и не такое привидится. Однако при более тщательных воспоминаниях легкий холодок подкрадывался к желудку. Уж больно натурально и естественно выглядело все окружающее в этом сне. Даже шумы и запахи, словно его легкие естественно вдыхали автомобильные выхлопы, а женщины, пролетавшие мимо, обдавали запахами сильной, но приятной косметикой. Даже сейчас до сих пор он помнит эти ароматы. И колбаса ужасно натурально выглядела. Не могла она во сне так аппетитно и красиво смотреться.

Володины мечтания и воспоминания неожиданно прервал ревущий звук громаднейшего автомобиля, вылетевшего из глубины леса, освещающего их поляну яркими фарами. Скорость его была не очень большой, поскольку рельеф местности и деревья не позволяли ему разогнаться. Но даже этой небольшой скорости было предостаточно. Он же несся прямо на них, готовый вот-вот раздавить своими огромными колесами. Нужно было срочно испугаться и будить друзей, чтобы спрятаться за толстый ствол этого дерева. Но, во-первых, испугаться не получилось, поскольку Володю не покидало ощущение нереальности происходящего, а во-вторых, его поражала реакция крепко спящих друзей.

Если они не просыпаются и не пугаются всего этого шума и движения, то с чего бы Володе суетиться. Ясно, как белая ночь, что сон продолжается. Просто он еще до конца не проснулся. А во сне, насколько он помнит и понимает, никогда ничего страшного не случается. Ну, бывают легкие испуги от кошмаров и ужасных видений. Однако все и всегда заканчивается просыпанием и возвращением в безопасную явь. Вот и в этот раз автомобиль пронесся сквозь них и это толстое дерево, слегка обдав запахом бензина и металла, и скрылся в лесу за деревьями на другой стороне поляны. Так что, последующие технические средства, как чудные трактора, один пароход и пару самолетов, пытающихся проехать, проплыть и пролететь через их компанию и пушистое дерево, Володя воспринял спокойно и без излишней нервотрепки. Пусть себе творят, чего хотят и как им угодно. Ему абсолютно нет до них никакого дела.

Сон. Все это снится во сне, но никак не может быть на самом деле. Хотя и имеются некоторые нестыковки. Володе слегка прохладно, хочется пить, а еще весь его организм ощущает себя вполне реально. Но не во сне. Володя на всякий случай перещупал своих друзей, затем зачем-то ущипнул себя и убедился, что в данную секунду он бодрствует. Больно ведь. А стало быть, не во сне. Глупости. Если бодрствуешь, то, как обозвать эти видения со звуками и запахами. Между прочим, этот пароход даже слегка обрызгал его вполне мокрой водой. Во сне эти глюки не должны быть такими мокрыми и прохладными.