Чтение онлайн

– Вестница, я могу узнать, почему такое пожелание? – поинтересовался староста.

Пока никто не видел моего лица, я позволила себе скривиться от омерзения, хотя теперь руки пылали. Уничтожить бы все тут! Не оборачиваясь, громко ответила:

– Она не сбежать хочет, а повеситься!

Они никогда не покорят ее. Только не так.

Я прошла мимо нескольких загонов, ощущая душевное метание. Почувствовав облегчение, резко остановилась. Вспыхнувшие переживания вмиг улетучились. Дышать стало легче, но, к сожалению, свежего воздуха не прибавилось. Я услышала за спиной шаги и повернулась к нужной клетке.

– Совсем молодая самочка, – проговорил надзиратель. – Из последнего отлова. И пяти периодов у нас не пролежала.

Желто-зеленая голова оторвалась от пола, раздвоенный язык показался из приоткрытой пасти, в глазах песочного цвета отразилось любопытство. Лиертахон проворковал, но стоило только надзирателю зазвенеть ключами, как воркование перешло в шипение.

– Подарите мне ее, – попросила я. Поводок Айссии затрепетал, и мягкая улыбка сама растянулась на лице.

Надзиратель объяснил, как приручают опасных зверей. Я слушала, поглаживая холодные прутья решетки, и боролась с Ксанджами. Их поводок натянулся до раздражающего звона в ушах, дрожал от напряжения, выворачивая чувства наизнанку. Однако я понимала всю необходимость метода «кнута и пряника». Выбранная самочка, раздувая капюшон и демонстрируя в оскале острые зубы, шипела на нас.

– Потом вам придется встретить с ней два-три рассвета.

Итенсиль снова спешил успокоить:

– Не волнуйтесь, Вестница, к тому времени зелья перестанут дурманить ее. Она будет воспринимать вас другом. Скажите, когда будете готовы приступить.

– Прямо сейчас.

Зачем медлить? Быстрее приручим – скорее вернемся к Елрех.

Мужчины переглянулись, и Итенсиль, тяжело вздохнув, кивнул.

Кейел подошел ближе и, убрав волосы за уши, требовательно произнес:

– Я должен быть рядом с Вестницей.

– Торвурд, ты славный человек, – Итенсиль взял Кейела под локоть и повел на выход. – Тут есть гамак для сторожей и пристройка. Я покажу. Но вашим друзьям надо-что-то сказать, чтобы они не беспокоились.

Наши с лиертахоном мучения начались не сразу. Надзиратель вернулся не один и принес мне табурет. Щуплый мужичок зашептался с полупрозрачными духами.

– Скулят громко, – поставив ведро с мясом у двери, пояснил надзиратель. – Духи спрячут звуки внутри.

Одноглазый фангр, в одной руке сжимая мешок и воронку с длинной трубкой, подтянул штаны. В клетке стало совсем тесно, когда вошел еще один здоровяк и отдал надзирателю кольчужные варежки. Точно такие же были на его руках.

Я шаркнула соломой, убрав ноги под табурет и обернулась. Кейел стоял в проходе, скрестив руки на груди, и с беспокойством наблюдал за подготовкой. Заметив мой взгляд, ободряюще улыбнулся.

– Жалко зверюг, – шмыгнул носом фангр. Убедился, что я смотрю на него, покосился на верзил, подступающих к лиертахону, и добавил: – Мы столько не живем, сколько они. Приручаем, а потом дохнем. Сколько отговаривал Итенсиля, а он все заладил о подлых искателях…

Махнул рукой, а я нахмурилась. Сколько живут лиертахоны?

«Я не смогу баловать тебя так, как баловал Волтуар»…

Может, это не просто вынужденная мера, а подарок Вольного? Губы задрожали, а на глазах выступили слезы.

Иногда мечты не удается остановить, и тогда в них мы с Кейелом находим какой-нибудь чудесный способ остаться вместе и забыть обо всех обязательствах. На берегу озера, в глухом лесу, стоит наш дом, а мы сидим под навесом и наслаждаемся ливнем… Эти мечты рушились в тот момент, когда я видела Кейела стариком, но сама оставалась молодой. В Фадрагосе не знали духов, способных остановить время или продлить жизнь. Только мудрецы научились менять одни тела на другие.

Визг расколол размышления. Цепи зазвенели, удерживая подвижный хвост. Я закрыла уши руками, наблюдая за происходящим. Громилы, обступив лиертахона, насильно раскрывали ему пасть. Зверюга выгнула шею, стараясь выкрутиться, царапала морду о варежки и хрипела. Фангр отдал мешочек щуплому мужику, приблизился к ней и вставил трубку в глотку. Послышались неприятные звуки – самка пыталась отрыгнуть. Уголки ее глаз заблестели. Лиертахоны тоже плачут.

Челюсти заныли, и я постаралась разжать их и расслабиться.

Мужичок нашарил флакончик, быстро влил мутное зелье в воронку и отскочил. Фангр поспешно ушел, а верзилы, удерживая лиертахона, ждали, когда он проглотит все и задышит спокойнее. Когда они отпустили девчонку, ее голова просто рухнула на землю.

Кейел присел на корточки у моих ног и заглядывал в лицо. Я не сразу заметила, но как только посмотрела на него, он сразу спросил:

– Вам принести воды?

Кивнула и выдавила:

– Спасибо.

Мне нельзя было отходить от зверя, но я и не хотела. Руки тянулись погладить, успокоить. Айссия просила вернуть ему силу, и несколько неизвестных духов рвались защитить. Когда девчонка приоткрыла глаза, я набрала воздуха побольше и, сжимая подол платья, заговорила:

– Ты поправишься, и я заберу тебя отсюда, – зажмурилась, унимая дрожь в теле. – Соскучилась по лесу? Духи считают, что твои мышцы ослабли. Они хотят помочь, и я тоже…

Я говорила долго. Когда темы исчерпались, описывала все, что видела вокруг. Кейел это время простоял, вцепившись в решетку, и внимательно следил за тварью. Казалось, он готов был убить ее в любой момент, если заметит малейшую опасность.

Укротители, как тут называли надзирателей, вернулись и попросили подойти к лиертахону. Лысый Радг протянул ко мне кинжал.

– Немного отступите. После зелья у нее зверский аппетит.

– Зверский? – нервно хохотнула я.

Он полоснул по моей ладони; вокруг пореза запекло, задергало. Кровь быстро потекла вниз, собралась в капли. Я вытянула руку над мордой лиертахона. Девчонка низко зарычала, язык замелькал между зубов, зрачки за мгновение расширились, через секунду сузились и снова расширились.

– Отойдите, – посоветовал Радг.

Кровь испачкала морду. Тварь бросилась вперед, цепи зазвенели, крепления на столбах застонали. Слюна заблестела на зубах. Глухой удар не утихомирил голодную самку, и вскоре последовал еще один. На носу появились кровавые царапины. Она мотала головой, рычала, но неотрывно смотрела на меня. Радг бил наотмашь, потом его сменил второй укротитель.

Они проломят ей череп.

Я рухнула на табурет, с силой вцепилась в края и зашаталась вперед-назад.

Казалось, избиение длилось вечно. Присев рядом со мной, Кейел что-то шептал, но я не понимала его. Когда окровавленная девчонка заскулила, ее прекратили бить. Снова подозвали меня, нанесли очередной порез. И опять все повторилось. Ее били до тех пор, пока она не упала, закатив глаза.

Все расплывалось. Мир, голоса и даже запахи.

Ледяная вода немного отрезвила.

– Оклемается, – успокаивал Кейел по дороге к дому старосты.