Фадрагос. Сердце времени. Тетралогия
Шрифт:
– Не-ет, – протянула я, поглаживая плоскую часть. – Ты не виновата.
Села у ее головы, обхватила за шею и, выпуская Айссию, зашептала:
– Я не злюсь, а порез скоро заживет. Это как с твоими зубами, помнишь? Острые, могут ранить.
Она фыркнула и раскрыла пасть, поднимая голову и показывая клыки.
– Ты умница, – похвалила, почесав возле капюшона. – Давай освободим хвост.
Поднялась и подошла ко второму столбу. Замок заело, и ключ повернулся только с четвертой попытки. Я распутывала цепи, когда услышала мужские голоса. Нахмурилась. Никто не должен был входить, чтобы не помешать налаживанию контакта со зверем. Почему не дождались, когда выйду сама?
– Вестница, – широкоплечий укротитель остановился напротив вольера. – Итенсиль отправил нас за вами.
– Что-то случилось?
Я не спешила выходить. Крепко сжимая цепи, стояла возле Феррари. Она, тихо воркуя, пробовала шевелить освобожденным хвостом. Второй укротитель зазвенел ключами, открывая дверь.
– Он просил привести вас как можно скорее, – ответил первый.
Сердце ухнуло. Что-то произошло с ребятами, пока я отсиживалась тут?
– Конечно, – мгновенно согласилась.
Второй мужчина подал руку, помогая выйти и проговаривая:
– За лиертахона не беспокойтесь, пусть временно посидит в клетке.
Феррари послушно прижимала голову к полу и удерживала хвост так, словно он и сейчас был скован. Железо звякнуло, дверь за мной закрылась. В плече хрустнуло от рывка. Мир на секунду смазался, в плече заныло. Потная ладонь накрыла рот, крепкая рука больно сдавила ребра. Я дернулась, но мужик, прижимая к себе крепче, приподнял над полом. Растерявшись, замычала. Попыталась лягнуть, но только болтала ногами в воздухе и не могла оторвать его руку ото рта.
Феррари заметалась по клетке, полосуя хвостом решетку. Ее визг и рычание утонули в таком же визге переполошенных лиертахонов.
– Духов не позовет, – гаркнули над ухом, – вали эту дрянь!
Второй верзила вытащил из сумки зеленый болт и отошел в сторону. Покопавшись в куче соломы, отыскал арбалет. Я обмякла, тупо наблюдая, как он взводит оружие и наставляет на Феррари. Внутри все упало, затем задрожало. Натянулось до предела.
Они догадались, кто мы. Ребята в опасности.
Феррари рыкнула. Арбалет щелкнул, выпуская ядовитый болт.
Что-то во мне лопнуло. Разорвало поводок Ксанджей.
Огни вспыхнули в воздухе. Съели стрелу на подлете к Феррари. Укротитель за спиной заорал и оттолкнул меня. Я упала, разбивая ладони и колени.
Вонь горелой плоти смешалась со смрадом вольеров. Только один мужчина кричал. Катаясь по полу и ударяясь затылком о грязную землю, он удерживал над собой согнутые в локтях руки. Они напоминали обугленные ветки. В сторону укротителя, державшего арбалет, я не смотрела. Лиертахоны в вольерах подняли гвалт: выли, рычали, звенели цепями. Феррари распустила ядовито-зеленый капюшон и рычала в сторону выжившего укротителя.
Что я опять наделала?
Медленно поднялась, глядя на руки укротителя, стараясь разобрать его крики. Можно ли ему помочь? Зачем я так?
Страх овладел на несколько секунд. Я отступала, кусая губы, и не могла отвернуться от мужчины. Визг Феррари вырвал из оцепенения. Остатки боли в ребрах, напомнили, что на меня напали. Хотели убить? Где Кейел?
Дверь вольера открывала в каком-то тумане. Мысли метались, но жалость и сожаление быстро таяли. Не я чудовище.
Феррари выскочила и кинулась к укротителю.
– Нет! – успела я выкрикнуть, сжимая решетку. – Плохо! Плохо Феррари!
Прижав голову к земле, она боком поползла обратно в вольер.
– Иди за мной, – тише позвала, хлопнув по ноге.
Подумала, что в таком шуме, она наверняка не услышала, однако Феррари осторожно шагнула ко мне.
– Идем.
Я попятилась к выходу, а затем, убедившись, что лиертахон следует за мной, побежала.
Дневной свет ослепил, а после глотка свежего воздуха, я никак не могла надышаться. Страх подгонял действовать самостоятельно, но взволнованные духи тянули поводки, дергали за них.
Подол длинного платья путался в ногах, но стоило только подумать об этом, как Ксанджи спалили ткань до колен. Я добежала до пруда и остановилась.
С желанием отыскать ребят, прислушалась к себе. Ощутила, какой поводок дернулся сильнее. Отпустила его. Веки потяжелели, а уши заложило. Сила потянула вдаль, словно полет во сне. Вокруг темнота и…
Эмоции, эмоции, эмоции…
Кровь и смерть. Ромиар.
В груди разболелось, заныло.
Рядом дикий страх. Чужой страх, но важный. Ненависть заглушила боль. Ив.
Ярость. Не моя, но родная. Ярость губительная для всех, в том числе для хозяина. Сильная, но хладнокровие, ничуть не слабее, сдерживает ее. Кейел. Где? У ворот.
Уши отложило, глаза легко открылись. Феррари обеспокоенно вертелась вокруг. Я качнулась, упала на колени. Царапая землю, зарычала. Рык перерос в болезненный крик. С силой оттолкнулась и, не чувствуя земли под ногами, побежала к чужому страху и смерти.
Миновала пруд, несколько домов и свернула по тропинке от поселения к лесу. Ветки гладили плечи, ветер поднимал их и уводил в сторону передо мною. Феррари мелькала в листве.
Выскочив к лачуге и кучам поломанной мебели и доспехов, остановились в тени дерева. Какая-то свалка или мастерская. Мужчины подпирали стены, топтались у входа и хохотали. Тощий эльф, вцепившись в высокий подоконник, заглянул в крохотное окно и прикрикнул:
– Шустрее, Вяз! И по лицу не бей!
– Э, смотри, – кудрявый верзила потряс за плечо дружка и указал на меня.
Заметили. Замолчали.
Шестеро высоких, рослых не мужчин, а уродов.
Феррари терлась о ногу носом, ластилась, ворковала.
Крик Ив донесся изнутри, звук хлесткого удара не сильно опоздал.
– Они плохие, Феррари, – прошептала, глотая слезы и сжимая кулаки. – Очень плохие.
Медленно направилась к мужчинам. Эльф вытащил короткий меч, наставил острие на меня. Боковым зрением уловила желто-зеленое смазанное движение. Феррари, словно не чувствовала неудобств от седла, запрыгнула на толстый ствол, оттолкнулась, раскидывая щепки, и через миг упала по центру мужчин. Хвост рассек воздух, зацепил сразу троих. Я отвернулась, не желая видеть кровавую расправу.