Чтение онлайн

Не всем на севере можно шастать через городские ворота. Уйти без разрешения можно лишь однажды, получив несмываемую метку между пальцев на левой руке. Так перестраховываются от шпионажа. Я хмыкнул, скрестив руки на груди, а Дес смотрел на меня с насмешкой в глазах, будто чего-то ждал.

– Кто-то хочет подставить тебя? – спросил я.

– Вот оно, – довольно протянул, откидываясь на спинку кресла.

– Кто имеет доступ ко всем прошениям? – Я потер глаза. Как же режет.

– Наделенный властью. Не забывай, что просто доступа к прошениям недостаточно. Нужно разбираться в символах.

– Опять приходим к наставнику… – У него все еще огромная власть и влияние. Он все еще заведует многими делами. – Неужели трудно найти ему замену?

– Не знаю. – Дес хитро усмехнулся. – Он же сам ее ищет. Не волнуйся, твоя идея поможет мне. После праздника отправлюсь с отчетом к начальнику. Пусть выносит вопрос с другими правителями на обсуждение. Отстранят безымянного наставника от дел, тогда и посмотрим, как поведет себя дальше. Кстати, праздник. – Снова взял бокал, но пить не стал. – Ящерка прибежала вчера. Волтуар уже сегодня на закате будет в городе. Праздник завтра. Ты не передумал? Мог бы не отходить от своей человечки. Потерпел бы всего один-два их танца, а потом…

– Нет.

В горле запершило, в глазах потемнело. Им нужна эта встреча, мне нужна их встреча. Пусть уйдет к нему, пусть оборвет цепь. Тяжело дышать.

– Когда ты в последний раз нормально спал?

– Нет, – упрямо повторил я.

Сколько можно спрашивать?! Духи Фадрагоса, о чем он спросил? Убрать бы ее подальше от себя. Лучше бы искал сокровищницу сам. Лучше бы…

– Кейел, – с беспокойством протянул Дес, – друг мой, да ты болен.

Легкие разжало, сердце снова застучало – я выдохнул судорожно. Облокотился на колени, провел ладонью по лбу, стирая пот, и надавил пальцами на виски. Пол ходил ходуном, расплывался, напоминая перья Тоджа. Только ему нужен… Скучает ли, малыш? Он – да, она – нет.

– Извини, может, твоя невеста ведьма?

– Переводишь тему? Ладно, Вольный, твое дело. Не хочешь говорить, не говори. Во время прогулок я не отхожу от Альилы ни на шаг. Она привыкла ко мне. Давай попробуем прижать наставника. Дождись завершения праздника, дай мне время.

– Ее родители? – Главное, не думать об Ане. Удары сердца оглушают. Только мучают… Остановить бы.

– Интересный вариант. Они были связаны с гильдией Справедливости, а ее члены имеют доступ к древним знаниям. К тому же ее родители всегда знали, когда дочь уходила со мной. Заранее знали. Я проверю, обязательно проверю. Кейел, тебе бы показаться целителю и… Что ты в ней нашел?

По рукам прошлась мелкая дрожь, жилка снова напряглась, заколотилась в виске.

«Я буду ждать на рассвете».

– Свою жизнь.

* * *

Разнообразие запахов наполняло легкие. Какие-то ароматы трав горчили даже на языке, а какие-то кислили, но преобладала все же сладость. Я потер лицо, открыл глаза и облокотился на деревянную стойку. Свет лился из окна и подсвечивал пыль. Голос хозяина лавки снадобий и зелий противно заскрежетал:

– Зелья сна закончилось, я могу предложить вам успокаивающее.

– Оно не действует. – Потряс пальцем в ухе, но звон не прошел.

Продавец почесал рыжую бороду, разглядывая полки и признаваясь:

– Свежие травы отсырели. Сейчас пошли в расход трехлетней давности, вот и эффект слабый.

– Хоть что-то, – попросил я, выкладывая на прилавок еще несколько монет.

И у Елрех ничего не нашел. Надо было остаться у Деса и, как он предлагал, напиться в стельку. Вот только опьянев, могу не уснуть, а натворить бед.

– Мне нужно уснуть.

Громила подошел, оперся ладонями в край стойки. Поморщил большой нос, пожевал губы, а затем склонился и зашептал, обдавая кислой вонью:

– Не так давно изгой один с маковым молоком пришел.

Опий? Я нахмурился.

– А разрешение есть?

Продавец отодвинулся.

– Так я ж помочь пытаюсь, Вольный. Лица на тебе нет. Никак без духов труднее вам, чем остальным.

Я скривился. Когда в последний раз вспоминал Алурея?

– Давай, – согласился.

– Приготовлю сразу, ты небось и не умеешь.

Пока он гремел посудой, я опустил голову на руки и закрыл глаза. Еще бы заглушить звуки; они настырно лезли, напоминая о суете вокруг. Стук – наверное, захлопнулась дверца. Звякнула посудина, зашуршали мешки, полилась вода, зазвенело стекло, ударилась ложка о стенки деревянной миски… Протяжно заскрипела входная дверь, и раздались шаги.

– Здравствуй, Кавман.

Чувства стянулись к груди, переплелись в крепкий клубок – я напрягся.

– День добрый, наставник, – поприветствовал продавец.

Совпадение? Я повернулся к безымянному соггору и, разглядывая старое лицо, спросил тихо:

– Что вы тут делаете?

– Гуляю, – ответил он, поглаживая поцарапанную поверхность стойки. – Погода хорошая, народ готовится к гуляниям в честь прибытия чужого правителя. Увидел милых девушек. – Кивнул на дверь, спокойно наблюдая за приготовлением запретного снадобья. – Они у крыльца мнутся, о Вольном говорят, познакомиться с тобой хотят, а смелости ни у одной не хватает. Щебечут звонко, как мимо пройти? А ты вот, выходит, из-за той, кому не нужен, решил рискнуть свободой. Говорят, некоторым хватает одного приема, чтобы привязаться.

– А некоторых лечат этим снадобьем, – опровергнул преувеличенную опасность.

– Лишь на севере. И только тогда, когда других зелий нет. В любом случае и одни, и другие с трудом оправляются. Чаще умирают.

– Я учту.

– Дитя, если болен, сходи к целителю. Ты знаешь, правители на многое пойдут, чтобы сохранить Вольному жизнь. Ты должен выполнить возложенную на тебя миссию. Каждый Вольный должен.

Сказал бы он это Вайли… Но я кивнул, вслух соглашаясь:

– Я Вольный. Я сильнее других, поэтому справлюсь.

Продавец без опаски поставил передо мной флакон и сгреб монеты со стола. Продолжая вглядываться в черные глаза, я поинтересовался:

– Вы потакаете незаконной деятельности?

Соггор улыбнулся, поправляя воротник плаща, и ответил тихо:

– Я просто умею хранить чужие секреты.

* * *

Аня.

Душно, жарко и неудобно. Остановившись по центру надоевшей комнаты, я еще раз склонила голову и, глядя на руку, помяла серебристую ткань платья. Напоминает шелковый муслин.