Чтение онлайн

— Не надо, — ответила хозяйка гинекея, укладываясь в постель.

Загасив светильники и поставив на туалетный столик маленькую, мерцающую голубоватым светом лампадку, Галена удалилась в свою комнату.

Но лечь в постель — ещё не значит уснуть. Некоторое время Федра пыталась принять удобную для сна позу, но постоянно что — то мешало: то край обшитой шнуром подушки царапал щёку, то концы волос щекотали и кололи кожу. Затем женщине показалось, что одеяло слишком тяжело, и она скинула его, оставшись под тонкой простынёй.

Скрипнула ставня, Федра вгляделась в тёмный проём распахнутого окна. Как ей завтра вести себя с Агафоклом? Выбранить за неподобающее поведение? Не оскорбится ли он? Будет всё отрицать или раскается?

Мысли о предстоящей встрече с племянником так и не дали Федре уснуть. Как только небо в окне посветлело, она поднялась. Накинув на голое тело халат, уселась в кресло напротив окна и стала ждать рассвет.

Взгляд женщины упал на столик, где лежал свиток — письмо от сыновей. Она взяла его и принялась перечитывать. Первая часть послания была написана рукой старшего сына. Алким с восторгом рассказывал, как ему удалось стать компаньоном богатого афинского купца, который вёл торговлю с Египтом и странами Востока. Юноша испытывал особую гордость за эту сделку, заключённую самостоятельно, без поддержки со стороны отца.

— Удачи тебе, сынок, — прошептала Федра.

Дальше письмо продолжил Макарий. Ещё раньше Федра поняла, что у младшего сына дар повествования. Его истории, наполненные множеством мелких деталей, были яркими и живыми.

Отложив письмо, женщина смахнула слезу. Слава богам, у её мальчиков всё идёт хорошо! Кажется, Идоменею — отцу требовательному и в то же время любящему — удалось научить детей правилам жизни. Увы, с Агафоклом так не получилось…

2.

Этим ярким летним утром Хиона спешила в сад, куда ранее с большой корзиной ушла Клития. Подруги должны были встретиться возле огорода с пряными травами и до наступления дневной жары нарезать астрагона*. Его затем связывали в пучки и подвешивали сушиться под крышей придомовой галереи.

После того, как господин Идоменей снял с девушки бремя Нисифоровой любви, её жизнь заиграла прежними красками, исчезло чувство вины перед Клитией. Правда, оставался ещё сам Нисифор, но Хиона за лето ни разу не появилась в посёлке рабов, а управляющий редко бывал в верхнем Тритейлионе. Клития в последнее время тоже повеселела. Её возлюбленный, наконец, выздоровел и стал свободен от принятых на себя обязательств.

Хиона одним прыжком преодолела несколько ступеней и улыбнулась: как легко! Это ощущение полёта было следствием лёгкости, что теперь царила в душе девушки. Казалось, стоит ей посильнее оттолкнуться от земли, взмахнуть руками, и воспарит она под самый небесный купол.

Агафокл издали увидел Хиону и спрятался за деревом, чтобы не спугнуть её раньше времени. После происшествия весной в саду, он заметил, что девушка его всячески избегает. Едва завидев племянника своей госпожи, юная рабыня юркала в ближайшую дверь, а при встрече в саду сворачивала в боковую аллею.

Притаившийся Агафокл рассматривал ничего не подозревающую Хиону, отмечая, что за последнее время рабыня подросла и похорошела: за лето пряди волос выгорели и приобрели серебристый оттенок, кожа не потемнела от солнца, а покрылась лёгким золотистым загаром. Это сочетание серебра с золотом делало молоденькую рабыню похожей на дочь солнечного божества. Только короткий хитон из сероватого домотканого полотна портил образ «юной богини».

«Вот если бы снять с неё эту грубую тряпку и окутать тончайшим воздушным виссоном*, — подумал сластолюбец. — А ещё лучше — оставить нагой».

Мысленно раздевая девушку, Агафокл почувствовал, как вспотели его ладони. Кожа у неё, наверное, гладкая и прохладная, словно поверхность мраморной статуи. Мужчина сглотнул слюну, представляя, будто касается тела рабыни, скользит ладонью к груди, затем обхватывает и сжимает этот упругий холмик.

Агафокл выскочил из своей засады, едва девушка поравнялась с деревом, за которым он скрывался. Хиона испуганно отшатнулась, улыбка сползла с её губ. Она растерянно пролепетала:

— Доброе утро, господин Агафокл. Вы сегодня рано… Госпожа ожидает вас в своих покоях.

После этих слов девушка сделала попытку ретироваться, но Агафокл не дал ей уйти.

— Погоди, куда ты спешишь?

— Мне нужно к Клитии. Она ждёт в саду.

— Успеешь ещё. Дай — ка рассмотреть тебя хорошенько.

— Вы шутите, господин Агафокл? Вы много раз видели меня.

— Раньше ты была другой, а теперь изменилась, — с придыханием проговорил мужчина.

Хиону насторожило странное поведение господского племянника, его пристальный влажный взгляд, и, особенно, потная рука, которой он держал её за запястье. Девушка сделала шаг назад, к перилам лестницы, и попыталась высвободиться, но Агафокл не отпустил. Мужчина приблизился к ней настолько, что Хионе пришлось свободной рукой упереться ему в грудь. Это слабое сопротивление не остановило Агафокла, и скоро рабыня почувствовала дыхание мужчины на своей шее.

— Хиона…

На вздох Агафокла над самым ухом её тело ответило неожиданно — внутри живота что — то испуганно сжалось, а заострившиеся вдруг соски упёрлись в шершавую ткань хитона.

— Господин Агафокл!

Голос Галены прозвучал сверху, с храмовой террасы. Агафокл отстранился от девушки. Взгляд его остановился на её торчащих сосках. Мужчина облизнул губы, а Хиона, сгорая от стыда, прикрыла грудь рукой.

— Иду, Галена! — крикнул Агафокл и, неторопливо оглядев молодую рабыню, тихо шепнул ей: — Ты стала совсем взрослой, Хиона, от тебя очень приятно пахнет.

Хозяйский племянник ушёл, а девушка всё ещё стояла, ошеломлённая новыми ощущениями. Она чувствовала себя несчастной оттого, что её тело так отреагировало на прикосновения Агафокла, и он это заметил. Какой стыд!

— Хиона!

Девушка обернулась на зов и увидела идущую к ней Клитию.

— Где ты ходишь? Я уже заждалась!

— Господин Агафокл… — всхлипнула Хиона.

— Что?! Он здесь был? Он что — то сказал тебе? Обидел? — затормошила её рыжеволосая рабыня, пока не догадалась: — Приставал?

Хиона кивнула.

— Идём, — позвала Клития, обняв подругу за плечи, — я научу тебя, как сделать так, чтобы больше не попадаться ему на глаза.

Клития

3.

Федра постаралась придать своему лицу как можно более строгое выражение перед важной для неё встречей. Она успела с утра побывать в храме, чтобы заручиться поддержкой богов в столь нелёгком деле — помощи в избавлении племянника от губящего его образа жизни. Суровая, в тёмном платье, она поднялась навстречу Агафоклу, но тот, занятый мыслями о Хионе, не заметил мрачной атмосферы, царившей в покоях тётушки.

— Здравствуй, Агафокл.

Даже столь сдержанное приветствие не насторожило мужчину, и он с радостной улыбкой раскрыл объятия навстречу родственнице со словами:

— Приветствую вас, моя любимая тётушка! — Отстранившись, добавил: — Надеюсь, вы ещё не успели позавтракать? Потому как я, чтобы не терять времени, выехал сразу после пробуждения, и рассчитываю, что вы попотчуете меня сельскими разносолами.

— Конечно, племянник, я не оставлю тебя голодным, хотя сама уже успела немного перекусить. Присаживайся к столу и выпей вина, пока Галена сходит на кухню.