Чтение онлайн

Легионеры определенно пошалили здесь более чем изрядно. Взорванная ими боеголовка из противоорбитальной ракеты причинила базе катастрофический ущерб. До сих пор на почве виднелся огромный черный круг выжженного дерна. Пусковой установки, из которой стартовали Фред и Лара, больше не существовало – страшным взрывом ее разорвало в клочья. Несколько соседних также отсутствовали – видимо, их убило взрывной волной или посекло осколками, а вырастить новые пираты, разумеется, еще не успели. Самшитовое ограждение с трех сторон от базы было полностью уничтожено пламенем взрыва. Количество строений на территории уменьшилось вдвое, вместо пары сгоревших звероангаров уже начали строить новые, но остальные по-прежнему представляли собой покосившиеся полуразваленные остовы.

На вершине зенитной башенки в углу базы крутанулась в поисках цели закрытая тетроидная турель, и Тихонов поспешно шлепнул пятерней по сенсорной панели управления. Псевдожук с треском сложил стратосферные крылья и продолжил двигаться по пологой баллистической траектории.

– Мама!!! – басом рявкнула Лара, ощутив, что проваливается в бездну.

Пилот манты выпустил еще две ракеты, но челнок, утратив без крыльев подъемную силу, рухнул почти до уровня плато и вывалился из прицельной сетки. Ракеты с ревом пронеслись высоко над ним и устремились к горизонту – это были примитивные местные эксплозоиды без системы самонаведения. Оглушительно заработали зенитные орудия базы, но и для их стрелков маневр Антона оказался слишком неожиданным и непредсказуемым – ни один плазменный заряд даже не обжег броню транспортника.

Антон погасил маршевый двигатель, и наступила зловещая тишина, нарушаемая только свистом рассекаемого воздуха. Теперь челнок летел по инерции, как брошенный великаном камень, быстро теряя скорость и высоту. Он падал точно в центр базы, но в последний момент биомеханик отдал жуку через сенсорную панель новые команды, тот подрулил пластинами на лапах, опустил корму, задрал нос и на полную мощь врубил двигатели, ударив плазменной струей выхлопа прямо по орудиям противника.

Посреди базы словно еще раз взорвалась ракетная боеголовка. Обломки ангаров и мачт связи, клочья пусковых установок, куски зенитных башенок – от плазменного удара все взметнулось в воздух вместе с камнями, вырванными из грунта деревьями и тучами пыли. Встав на дыбы, челнок с ускорением ушел почти вертикально вверх, а не ожидавшие от него такого маневра истребители-псевдоскаты пронеслись прямо над базой, на полном ходу влетев в облако пыли и обломков, поднявшееся над эпицентром плазменного поражения.

Истребитель, вырвавшийся вперед, столкнулся с огромной вершиной трансляционной мачты, кувыркавшейся в воздухе. Страшный удар, грохот которого был слышен даже внутри жука, размозжил псевдоскату череп и, судя по всему, вбил его пилота в кресло; биомашина потеряла управление, зашаталась и опрокинулась на лес.

Вторая манта вильнула, уходя от столкновения с пострадавшим катером, и ее настиг взлетевший к небесам огромный острый обломок псевдохитинового панциря зенитного комплекса, который, словно гигантская секира, начисто снес птероиду хвост. Летающий биоморф тут же лишился устойчивости, начал неуклюже балансировать, опасно переваливаясь с крыла на крыло, и в конце концов резко снизился, заложив небольшую петлю в сторону плато – видимо, пошел на вынужденную посадку, не в силах продолжать погоню с такими серьезными повреждениями.

Третий преследователь чудом увернулся от просвистевшей мимо многокилограммовой станины бластерной турели, завертел затяжную «бочку» и ушел высоко вверх, скрывшись в облачном слое.

– Двое! – радостно рявкнул Тихонов, борясь с перегрузкой. – Больше, чем планировал, но меньше, чем хотелось бы!

Челнок на форсажной тяге маршевых двигателей взмыл сразу на десяток километров, разогнавшись почти до скорости звука – стратосферные крылья ему больше не мешали. Затем снизил тягу, на миг завис в пространстве – и начал падать, оставляя за собой белый дымный след. Его пассажиры, которых едва не размазало перегрузкой по псевдохитиновым переборкам, вновь ощутили падение в гигантский колодец.

Тихонов неистово терзал сенсорную панель, но челнок из крутого пике выходить не желал.

– Что там у тебя? – напряженно спросил Понтекорво. Он позеленел, ему явно было не по себе – стремительные переходы от многократных перегрузок к состоянию невесомости и обратно могли вымотать всю душу и у более тренированного человека.

– Челнок не раскрывает крылья! – взвыл биомеханик. – У него судороги от страха!

– У меня тоже! – выдохнул доктор Каплан.

Пару мгновений Тихонов размышлял, как выйти из сложившейся ситуации, потом сполз с пилотского сиденья и, оскалившись, принялся методично крушить каблуком нижнюю часть панели. Блэк и Каплан глянули на него как на сумасшедшего, однако Купер, кажется, понял, чего добивается биомеханик. Он уже слышал от ветеранов о таком способе привести в чувство запаниковавшую технику, но пока еще ему ни разу не доводилось применять его на практике.

После четвертого удара панель лопнула, обнажив разбегающиеся в разных направлениях сросшиеся жгуты нервов. Нащупав среди нервных переплетений болевой узел, Антон изо всех сил сжал его в пальцах, словно пытался раздавить вредное насекомое. В Звездном Легионе это называлось «шоковое управление». Челнок конвульсивно содрогнулся, а когда нестерпимая боль утихла, немного пришел в себя, начал реагировать на команды с сенсорной панели гораздо охотнее. Еще через мгновение он наконец распахнул стратосферные крылья, плавно вышел из пике и начал полого снижаться в направлении столицы.

– Это были обещанные ягодки? – поинтересовался Купер, потирая в очередной раз ушибленный локоть.

– Нет, – проворчал Тихонов. – Первые весенние почки разве что. В городе, между небоскребов, будет гораздо веселее. Впрочем, туда еще надо добраться…

Пилот уцелевшей манты довольно быстро восстановил ориентацию в пространстве, выровнял своего морфа, положил его на левое крыло и вновь устремился на перехват челнока.

– Может, обратно в лес? – предложила Лара. – Бросим катер, затеряемся на территории…

– Сесть и бросить челнок мы еще сможем, а вот затеряться – вряд ли, – покачал головой Понтекорво. – Обложить и прочесать лес намного проще, чем мегаполис. Выпустят два десятка киноидов в броне, они нас по следам возьмут за полчаса. У нас даже оружия нет.

Густо натыканные небоскребы-термитники пиратской столицы надвигались с неотвратимостью цунами. Некоторые достигали высоты в пятьсот метров и казались причудливыми гигантскими сталагмитами или выветренными известняковыми скалами. Эти жилые массивы за считаные недели возводились бригадами трудолюбивых строительных мирмекоидов-термитов из полимерцеллюлозы, в которую они круглые сутки перерабатывали любую поглощенную органику. Обходились термитники довольно дешево, поэтому считались самым распространенным жильем за пределами Внешнего Круга Империи. Однако и служили они недолго, всего лет сорок, после чего приходили в такое плачевное состояние, что жить в них становилось просто опасно. Не раз и не два случалось, что старый аварийный термитник обрушивался, полностью или отдельными секциями, погребая под собой десятки и сотни нищих жителей, не успевших или не нашедших средств перебраться в жилье понадежнее.

Псевдожук на полном ходу влетел в этот причудливый целлюлозополимерный лес. Орбитальный биоморф растопырил лапы и выключил двигатель, чтобы сбросить скорость, но распахнуть стратосферные крылья смог, лишь промчавшись метров двести между зданиями. К счастью, улица оказалась достаточно широкой, чтобы челнок сумел не зацепиться крылом за стену, и пустынной, чтобы не врезаться в тихоходный дактиль, но места для маневра не оставалось.

– Фух! – Тихонов смахнул пот со лба. – Теперь этой штукой даже можно немножко управлять.

Встав на крыло, челнок свернул на девяносто градусов в конце квартала, затем еще раз в конце следующего, выскочил наконец на проспект пошире и устремился в сторону центра. Небольшие местные птероиды, попадавшиеся навстречу, в панике шарахались в переулки, разбегаясь с дороги. Двигатель приходилось держать на самой малой тяге, стратосферные крылья, приспособленные для работы в совершенно иных условиях, едва держали морфа в воздухе. И все равно для перемещения в городе скорость оставалась чрезмерной, да и габариты челнока были великоваты для уверенного маневрирования между домами.