Чтение онлайн

Вокруг нас галдели девушки. Кто-то знал, что нас ждёт в аудитории, а кто-то только гадал. Я покосилась на закрытую дверь, и тревога вернулась.

— Агата, — я снова обернулась на подругу, — а что вы, ведьмы, можете? Землетрясения? Извержения?

— Нет, конечно, — она даже бровь приподняла от возмущения, — мы чувствуем землю. Как тебе объяснить, я, например, знаю, где что лучше расти будет. Это как интуиция. А, вообще, магия земли — она только нам и подвластна. Вдохни глубже, Злата, наверняка, у тебя воздух.

— А если вода? — я всплеснула руками.

— Для тебя это так важно?

Ответить я не успела, дверь в лабораторию распахнулась.

Мы вошли в маленькую лабораторию. В небольшом помещении по кругу стояли двенадцать двухместных парт, а посередине странного вида большая сфера похожая на шар для гаданий.

Пройдясь по кабинету, мы уселись за один из столов. Скорее по привычке я вытащила тетрадку с ручкой и принялась ждать.

Прозвенели колокола, оповещая о начале занятия, но преподаватель практических занятий не спешил.

— Агата, — шепнула я, — а кто практику ведёт?

— Профессор Жандр. Я слышала, ему в этом году бытовиков отдали.

— Так он же по артефактам.

— А артефакты при помощи чего функционируют?

Подруга снисходительно улыбнулась.

— Магии.

— А какой? — допытывалась она.

— Стихийной, — усмехнулась я.

— Вот именно! Каждый бытовик, в первую очередь, маг-стихийник. От его дара потом и зависит направление, по которому он пойдёт. Ведьмы, например, почти всегда зельевары и садовники. А как с вашего мира мода на косметологию пришла, так мы заняли и эту нишу.

— А если я воздушник, тогда что? — я прикусила губу, ожидая её ответ.

— Тогда у нас с тобой будет клининг компания. Водники тоже чаще всего в эту сферу идут. Хуже всего тем, кто с огненной стихией: как правило, их переводят на другие специальности. В бытовой магии толку от них мало.

— Откуда ты так много знаешь? На лекции этого не было.

— У меня пять братьев учились в этой академии. Я с них стрясла всю информацию, какую только можно.

Задать новый вопрос я не успела, открылась дверь, и в лабораторию спешно вошёл профессор артефактор.

— Так сидим, — скомандовал он, — в этом году ваш курс отдали мне. Причина тому лишь одна: артефакты и стихийная магия так близко взаимодействуют в сфере бытовой магии, что одно просто неотделимо от другого.

— Ну, что я говорила, — довольно шепнула Агата.

— Порой ты меня пугаешь, — хихикнула я, за что господин учитель наградил меня тяжёлым взглядом.

Пройдясь по небольшому кабинету, он остановился у странной сферы.

— Все практические занятия будут посвящены выявлению ваших способностей и оттачиванию мастерства управления стихиями. Кроме того, я научу вас выявлять элементали, выращивать их и делать сильнее. Управлять духами природы и заставлять их действовать так, как нужно вам. Но сначала мы должны узнать, что вы из себя представляете. Сейчас по очереди каждый из вас подойдёт к проявителю стихий, и мы узнаем ваш дар.

После этих слов все напряглись. Прозвучала первая фамилия. Я с замиранием сердца проследила, как одна из наших одногруппниц подошла к шару и опустила на него руки. По помещению тут же раздалось громкое журчание, а сфера наполнилась водой.

— Водница, — воскликнул профессор Жандр, — как замечательно. Следующая.

И потянулась вереница. Девушки одна за другой прикладывали руки к сфере и наблюдали за тем, что происходило внутри. Чем выше был дар, тем полнее шар. Я уже не на шутку переживала, что когда придёт моя очередь, то мы и лужи не увидим.

— Миленина, — прозвучало как приговор.

Поднявшись, я опасливо подошла к определителю и, на мгновение, прикрыв глаза, коснулась стекла. Ничего не происходило, как вдруг, вспыхнуло пламя. Не успела я расстроиться, как на него налетел маленький смерч и разметал по кругу. В шаре происходило настоящее сражение стихий.

— Ого! Двойной дар, — пробормотал кто-то за спиной.

Моргнув, я уловила уже знакомое журчание. Вода. Она возникла в сфере из ниоткуда, загасив пламя и успокоив ветер.

— Три стихии! У неё их три, — за моей спиной бродили шепотки.

Я же во всё глаза смотрела на Агату.

— Озолотимся! — шепнула она довольно. — Ты просто уникум.

— Хм, студентка Миленина, а к какому роду вы принадлежите, напомните, — учитель радостным не выглядел.

— Ни к какому, профессор Жандр. Я полукровка.

— А из внешнего мира. Да, — учитель прошёлся вперёд и ткнул в меня пальцем. — Именно из-за него магия покидает Шаливар. Вы прямое доказательство того, что связи нам нужно рвать и становиться независимыми. Внешний мир отнимает у нас магию.

— Почему вы так говорите? — мне стало неприятно, будто меня в чём-то обвиняют.

— В тебе такая огромная магия, девочка, откуда? Понятно, что из Шаливара утянутая.

— Я думала от родителей.

— Нет, не только, — профессор Жандр жестом велел мне сесть на место. — Ваш мир, что губка опустошает вас. Магия уходит и находит пристанище в полукровках, что живут среди людей. Это неправильно. Так быть не должно!

Пожав плечами, я ничего более спрашивать не стала. На меня и так вокруг все таращились так, словно рога на голове выросли.

Покидая лабораторию одной из последних, я всё не могла оторвать взгляд от сферы. В голове звучали слова профессора Жандра: «Связь с внешним миром нужно рвать». Я была с этим несогласная.

Не знаю почему, наверное, мне хотелось, чтобы и на моей родной Земле была магия. Чтобы дети верили в чудо и в фей.

Чтобы полукровки становились сильнее.

Несправедливо это по отношению к людям. Если магия проникает в наш мир, значит, так и должно быть.

— Злата, — тихо позвала меня Агата, — там секретарь в коридоре тебя поджидает.

— Зачем?

— К ректору.

Я скривилась так, словно съела лимон целиком и без сахара.

Следуя за секретарём, я поглядывала на картины. Сегодня мужчины на них выглядели как-то особенно строго. На их лицах не было улыбок. Сюртуки застёгнуты на все пуговицы, манжеты расправлены. Это показалось мне любопытным.

— Господа, — тихо обратилась я ко всем разом, — сегодня какой-то особенный день?