Чтение онлайн

— Когда Ариэль вернётся, мы с ним поговорим, — предлагаю я и протягивю Лизи руку, чтобы увести.

— Но Или страдает сейчас!

Фея хлопает на меня глазами.

— Лизи, разве ты не обещала учиться думать о последствиях? По-твоему, почему фея заперта? Почему именно она, а не другая.

— У меня самые красивые крылышки? — с вопросительной интонацией звонким голосом предполагает фея.

И ведь не солгала — вопрос же не ложью

— Лизи, ты веришь?

— А…

— Лизи, в клетках феи оказываются по решению суда за совершённое преступление.

— Суда не было, — моментально надувает губы фея.

— Если преступление совершено на территории, имеющей статус суверенного владения, то владетель в праве вершить суд лично от своего имени, — спокойной объясняю я и тихо радуюсь, что успела разобраться с азами.

Фея стряхивает с крылышек пару ярких искорок, и Лизи завороженно наблюдает за их падением, протягивает ладонь, чтобы поймать.

Я перехватываю её за руку:

— Лизи! — наверное, я впервые повышаю голос на сестру.

— Я просто играла и немного увлеклась, — объясняет фея.

— Я слышала, что ты сознательно хотела спровоцировать магическую катастрофу, — хмыкаю я. — Причём слышала не от Ариэля, а от твоей сестры Инии, — я несколько вольно трактую формулировку первой феечки.

Или приземляется на дно клетки и отворачивается:

— С возвращением госпожи Мимиэль тёмных фей ждёт величайший расцвет.

Спорить я не собираюсь и просто увожу Лизи.

— В гостях так себя не ведут, — замечаю я на выходе из оранжереи. — Лизи, что с тобой?

— Феи великолепны в обмане, — откликается Миранда. — Они умеют туманить разум, соблазнять, внушать. Все слуги в де Мракай умеют противостоять их чарам. К сожалению, гости бывают беззащитны.

— Я не буду пытаться открыть дверцу, — обещает Лизи, но я взглядом показываю Майле, чтобы за Лизи присматривали. И не только за Лизи. За родителями тоже — лишним не будет. Майла кивает.

Отпустив Лизи, я собираюсь вернуться в кабинет, но, проходя мимо окна, замечаю рваный полёт синего мотылька.

Толком не осознав, что именно вижу, я замираю перед стеклом. Издали приближающийся синий огонёк кажется большекрылой неоновой бабочкой. Утихнувшая было волна тревоги вспыхивает с новой силой.

Мотылёк оказывается… феей, да. Только явно какого-то другого вида, потому что крылья не стрекозиные блестяшки, а цветные.

Майла реагирует первой — распахивает створку. Фея — малышка одета в синий комбинезончик в тон крыльям — устало приземляется на мою ладонь, я протянула руку бездумно, на одних рефлексах. Схлопнув крылья, как настоящая бабочка, фея тяжело вздыхает. Становится видно, что оба крыла надорваны, и вообще не понятно, как фея ухитрилась долететь.

— Я принесу нектар, — вызывается Майла.

Фея никак не реагирует. Поёрзав, она приваливается к моему большому пальцу, опирается, как на спинку кресла.

Я терпеливо жду. Нехорошие подозрения крепнут и, честно говоря, я не хочу услышать то, что фея неизбежно скажет, не хочу услышать, что моих плечах снова гора проблем. Так хорошо было рядом с Ариэлем, не одной, а вместе…

— Лорд де Ривей использовал ключ, — голос у малышки, как и у всех встреченных фей, звокий, несмотря на смертельную усталость.

— Он открыл усыпальницу?!

— Нет, — фея даже улыбнулась, — господин ему не позволил бы. Лорд вмешался в самый первый слой защиты и, — мимолётная радость испаряется без следа. — столкнул господина в одну из ловушек, а затем запер её ключом.

— Ариэль ведь жив?! — я почти готова прямо сейчас потянуться к нему через нашу связь, чтобы убедиться, что он в порядке, насколько это возможно в свете нынешних обстоятельств.

— Не ищи его, нет! — фея на моей руке аж подпрыгивает, забыв про усталость. Крылья распахиваются и снова схлопываются.

— Почему?

— Как по-твоему господин усыпил Черис?

Я пожимаю плечами:

— Магией? — ответ же очевидный и, наверное, невежественный.

— Господин использовал сон, разлитый в Туманной низине, — поясняет она. — Хотя господин знает, как сопротивляться действию чар, абсолютной защиты нет даже у него. Если ты попытаешься прийти к нему, как приходила недавно, то ты… тоже уснёшь. Понимаешь? Нельзя, никак нельзя.

— Ариэль…?

— Господин, возможно, ещё сопротивляется, но… — фея вздыхает, в воздухе повисает недосказанность.

Понятно…

По крайней мере Ариэль жив, это утешает.

Но мне-то что прикажете делать? Если я полезу в Туманную низину, то там же и останусь. Куда мне с настоящими магами тягаться? Я у Льяны выиграла лишь по случаю — она была ослаблена. Фея, будем надеяться, поможет, но полного доверия к ней у меня нет — разве она не сидела в амулете как в клетке?

Майла возвращается, в руках у неё миниатюрный поднос с кукольной посудкой, выполненной с невероятным вниманием к мелким деталям. Фея подхватывает графин, свинчивает пробку и, проигнорировав бокал, присасывается к горлышку. Пьёт с жадностью, но аккуратно. Останавливается, лишь ополовинев графин, но не возвращает его на поднос, продолжает тянуть нектар, но медленно, по глотку.

Наблюдая за ней, я пытаюсь представить, что полезного я могу сделать прямо сейчас, но идей нет.

Допив, фея возвращает графин на поднос. Майла уходит, и фея деловито поднимается на ноги. Малышке заметно лучше.

— Если ты всё время была с господином, то почему ты не предупредила его, что я не Льяна? — синий амулет висел на шее Ариэля всё это время, я помню. Он даже сверкнул, когда мы только столкнулись, и если тогда я синюю вспышку посчитала игрой света, то теперь уверена, что в тот момент фея как-то проявила себя.

— Потому что я увидела связь ваших душ, госпожа.

Вот как?

Я держу в уме предупреждение слуг, что феи умеют пудрить мозги.

— Ариэля надо спасать, — озвучиваю я очевидное.

— Сейчас господин сам стал дополнительным живым замком. Он бы мог вырваться из ловушки, но не стал, потому что платой за освобождение станет нарушение защитного контура.

— И что тогда делать? Не ждать же, когда Мимиэль разбудят?!

— Что-то, — не очень уверенно отвечает фея. — Вернувшись, Мимиэль продолжит начатое. Это катастрофа не только для де Мракай, а для всех.