Чтение онлайн

– Что ж вы молчите? Рассказывайте, – потребовала Римма.

– Обязательно расскажу, только сначала ответьте на несколько вопросов.

Она моментально взъерошилась:

– Вопросов? Каких вопросов? При чем здесь вопросы? Вы же о Русике говорить собирались!

Я остановила ее движением руки:

– Подождите! За последнее время ничего странного не случалось?

– О чем это вы?!

– Может, шум какой-нибудь слышали в саду или соседи что-то необычное заметили...

Римма качнула головой:

– Нет, ничего подобного не происходило. Я здесь, конечно, не живу, но бабушка бы мне обязательно рассказала.

– Понимаю, бабушка ничего не говорила... А соседи?

– Мы с ними не общаемся.

– Подвал под домом имеется?

– Нет.

– А что это за крыша за деревьями?

– Сарай... В нем садовый инвентарь хранится.

– Давайте сходим и посмотрим на него поближе.

– Зачем? Какая связь между сараем и исчезновением моего мужа?

– Может, и никакой! Заранее сказать трудно!

Мой туманный ответ не понравился ни Римме, ни Павлу Ивановичу, но заставить меня говорить они не могли и потому, стиснув зубы, подчинились.

Сарай на самом деле оказался вовсе и не сараем, а аккуратным домиком из красного кирпича. Правда, вид он имел, в отличие от особняка, крайне запущенный. Обступавшие его деревья своими разросшимися корнями нарушили фундамент, и, как результат, по стене побежала угрожающая трещина.

– Бабушка говорила, здесь до революции кухарка с семьей жила, – мимоходом пояснила Римма, занятая борьбой с тугим замком.

Внутри дом имел вид такой же неухоженный, как и снаружи. Два окна давали достаточно света, чтобы разглядеть большую русскую печь, мешки с цементом, стопки красного кирпича. Пол был сорван, а доски грудой свалены у стены.

– Здесь собирались делать ремонт? – спросила я.

– Да. Бабушка боялась, что дом развалится, и попросила Руслана укрепить фундамент. Видите, он уже и кирпич завез, только сделать ничего не успел... – Голос Риммы дрогнул от подступивших к горлу рыданий.

Сердито смахнув слезы с ресниц, она скороговоркой выпалила:

– Я дверь не заперла, забыла, что калитка сломана.

Она побежала к дому, а мы с Павлом Ивановичем остались у распахнутой двери.

Я еще раз оглядела разоренное помещение, ничего интересного не увидела и, оставив Павла Ивановича, двинулась в обход вокруг дома.

– Ты куда? – всполошился он.

– Подождите. Сейчас вернусь, – кинула я через плечо.

Бывший патрон совету не внял, немедленно сорвался с места и затрусил следом. Ничего другого от него с его подозрительностью я и не ожидала, но меня его прыть не расстроила. Я точно знала, что он мне не помеха. Я собиралась залезть на чердак, а он ни за какие коврижки по хлипкой лестнице карабкаться не станет.

И лаз, и лестницу я заметила еще на подходе к домику и, честно говоря, возлагала на них определенные надежды. К сожалению, они не сбылись. Чердак оказался абсолютно пуст. Ходить по нему я побоялась, никакой уверенности, что доски не прогнили, у меня не было. Однако и с того места, где стояла, было видно, что ничего, кроме пыли, на чердаке нет.

Когда я спустилась, Павел Иванович подозрительно поинтересовался:

– Что ищешь?

– Сама не знаю, – уклончиво отозвалась я.

Потерпев фиаско на чердаке, я решила более детально обследовать дом. Сначала мое внимание привлекла печь. В голову пришла мысль, что в огромном, закопченном чреве можно спрятать все, что угодно. Я не поленилась, излазила ее вдоль и поперек, с головы до ног вымазалась сажей и ничего не нашла. Осмотр мешков с цементом результата тоже не дал, и я бы совсем пала духом, если бы не лопата. Старая штыковая лопата, испачканная землей. Ничего необычного в ее присутствии в сарае, где хранится садовый инвентарь, конечно, нет, но меня удивило место, где она стояла. Грабли, тяпка, коса – вся эта дребедень громоздилось справа от двери. Вполне понятно: зашел в сарай, протянул руку – и вот он, нужный инструмент! А лопата была прислонена к стене в самом дальнем углу, рядом со штабелем досок. Глядя на нее, в голову приходила мысль, что в том месте что-то копали, а потом лопату отставили и ушли. Плохо только то, что на утрамбованном земляном полу следов копания видно не было. Я оттащила в сторону одну доску, другую и поняла, что эта работа мне не нравится.

– Вы здесь с охранниками? – спросила я Павла Ивановича.

– Конечно!

– Зовите их сюда. Нужно доски на другое место переложить.

Без единого возражения бывший покровитель извлек из кармана мобильный телефон и коротко приказал:

– Оба ко мне! Быстро! Я у сарая.

Ребята явились буквально через две минуты, полные решимости дать отпор каждому, кто станет им поперек дороги. Они готовы были к любой неожиданности, но только не к лицезрению моей перепачканной сажей физиономии. Увидев меня, парни в буквальном смысле окаменели, ведь наш с Павлом Ивановичем конфликт для его окружения не был секретом. К их чести, нужно это признать, от столбняка они оправились быстро и вскоре уже бодро перекидывали доски на новое место

Когда все было расчищено, у самой стены открылся довольно большой участок вскопанной земли. Создавалось впечатление, что сначала там была яма, а потом ее небрежно засыпали и сверху прикрыли досками.

– Копайте, – приказала я.

Парни бросили вопрошающие взгляды на хозяина и, получив в ответ одобрительный кивок, принялись за работу. Долго трудиться им не пришлось, вскоре лопата что-то зацепила. Оказалось, что это кусок мешковины, а через несколько минут мы поняли, что нашли труп.

– Что будем делать? – хмуро спросил охранник.

– Ментов вызывать? – предположил другой.

– При чем здесь милиция? – раздался встревоженный голос от двери.

Оказывается, Римма уже вернулась, услышала последнюю фразу и всполошилась.

– При том, что у вас тут труп, – бесхитростно сообщил один из охранников.

Женщина подбежала к яме, глянула в нее и потрясенно вскрикнула:

– Русик!

Поддержать ее мы не успели, и она без чувств рухнула на землю.

– Вынесите девочку на свежий воздух, это зрелище не для слабонервных, – сердито приказал Павел Иванович, потом повернулся ко мне и разочарованно протянул: – И ради этого ты здесь крутилась? А я-то сначала не поверил, думал, что-то стоящее разыскиваешь.

– А разве помочь найти пропавшего мужа не стоящее дело?

Павел Иванович сердито фыркнул:

– Это оставь ментам. Твой профиль – антиквариат.

– Раньше. А теперь я переквалифицировалась.

Мужчины вышли, а я осталась возле ямы. Вид разлагающегося трупа – не самое приятное зрелище, но мне было интересно узнать причину гибели. На лице и теле видимых повреждений не было, скорее всего, Руслану проломили затылок. Я нашла на полу толстую щепку и принялась аккуратно разгребать землю вокруг присыпанных землей волос. Неожиданно палка опять за что-то зацепилась, но разобрать, что же это такое, мешала голова мертвеца.

Я вышла на улицу и увидела, что Римма уже пришла в себя. Хоть и бледная, но стоит на ногах.

– Там еще что-то есть. Нужно тело сдвинуть.

– Умом тронулась, – возмутился охранник. – Да менты нам за эту самодеятельность головы поснимают. Как мы им наши художества объясним?

– Об этом потом думать будем, а сейчас двигайте к яме.

Если бы не патрон, они бы точно послали меня куда подальше, но он кивнул, и ребята пусть неохотно, но подчинились. Пошла даже Римма, хотя я и отговаривала. Как только тело было осторожно перенесено в сторону, я опустилась на корточки и стала щепкой разгребать землю. Круглый предмет оказался черепом. А потом открылся и весь скелет. Длинный скелет взрослого человека.