Чтение онлайн

По-видимому, и своего ребенка она считала наследником умершего мужа Алексея Глинищева: он заменил в ее сознании того ребенка, которого они не успели родить… Психологи знают такие феномены сознания. Не в силах пережить тяжелый поворот судьбы — «любимый муж погиб, и даже ребенка не успели завести!» — человек полусознательно как бы подтасовывает события своей жизни. И со временем сам начинает искренне верить в сфальсифицированную — самим же! — версию своей судьбы.

Это подтверждается некоторыми аномальными чертами в поведении Татьяны Аркадьевны, упорно утверждавшей, что отец ее сына якобы Глинищев…

В те времена, когда все прятали и выбрасывали то, что подтверждало принадлежность к дворянству, и старательно писали в графе происхождение — «пролетарское», Татьяна Аркадьевна вместо детских сказок рассказывала маленькому сыну, какой он истинный Глинищев, и какой у него герб, и каким они владели поместьем в Спасово… Несмотря на то что это было страшно опасно. И противоречило элементарному здравому смыслу и чувству самосохранения нормального человека. Ибо известно, что существовало, например, прямое указание крупного чекиста Лациса: «Не ищите на следствии материала или доказательств, что обвиняемый действовал словом или делом против Советской власти. Первый вопрос, который вы должны ему предложить, к какому классу он принадлежит. Какого он происхождения, воспитания, образования и профессии. Эти вопросы и должны определить судьбу обвиняемого».

Знал ли кто-нибудь из «советских Глинищевых», что кровь их не слишком голубая и что к настоящим Глинищевым они отношения не имеют? Сын Татьяны Аркадьевны или ее внук?

Это так и останется тайной.

Может, и попутал лукавый. Догадывались… Да ходу своим сомнениям не давали. Или, что скорее всего, неважно им это было тогда, в эпоху окончательной победы социализма. Какая разница, от Гедиминаса ты или нет, если все равно скоро наступит коммунизм…

Но их потомок дожил до тех времен, когда в дворянских фамилиях стали возвращаться ударения на старое место. Зашла речь о реституции… Начались судебные процессы по отсуживанию у музеев когда-то экспроприированных у дворянских и купеческий семей художественных ценностей.

В том, что нынешний Алексей совершенно искренне считал себя истинным Глинищевым, Аня не сомневалась. И, разумеется, точно так же считала его жена. Аня вспомнила Алену, ее разговоры о гербе, о предках, о будущем дочери…

Одно только «но»… После перестройки, когда сложились две половинки и остатки дворянства в советской России и те, что оказались в эмиграции, смогли снова общаться, многое, ранее неизвестное, становилось известным.

Новость, которую привез из Мюнхена председатель Дворянского союза депутат Хованский, кого-то сразила наповал…

Кого?

Добавим сюда прелестную особенность Хованского выводить всех на чистую воду…

Он мог еще закрыть глаза на махинации с нефтедобычей. Но допустить, чтобы в рядах Дворянского союза находились не истинные Глинищевы, в жилах которых течет самая обычная плебейская кровь, ну, может быть, лишь чуть-чуть голубая… слегка голубая. Ибо родительница Татьяны Аркадьевны была мелкой дворяночкой, вышедшей замуж за купца, окончательно растворив в своих потомках чуточку своей дворянской крови. Нет, пойти на такое Федор Хованский никак не мог.

С утра Светлова прилежно, как всегда, просмотрела почту. От Ладушкина, слава богу, переставшего после гибели Хованской грузить Светлову немыслимыми трактатами «о женщинах-преступницах», ничего не было. Зато, как всегда, было от мужа.

www.svetlova.ru

«Аня, privet!

Отвечай по существу, что ты ела сегодня на завтрак? Перестала ты пить кофе? Да или нет? И принимаешь ли витамины? Сколько времени бываешь на свежем воздухе? И не вздумай привирать! А то я тут на работе в такой запаре, что совсем некогда выводить тебя на чистую воду.

Целую. Твой, слишком долго отсутствующий, муж Петр».

www.starikov.za

«Петя, отвечаю по существу. Ем я — только вкусное и питательное, с запахом еды, а не масла.

В моей зубной пасте достаточно фтора, а в йогурте — кусочков фруктов.

Шампунь проникает до самых кончиков, а «Фэйри» моет за двоих. «Орбит» удаляет налет, а «Ариель» — катышки.

Короче, я вся в шоколаде, потому тут у нас последнее время от конфет «Русские просторы» уже просто тошнит… Впрочем, врач уверяет, что это обычный в моем состоянии токсикоз.

Твоя жена Анна.

Р. S. Целую».

В очередной раз пристыженная нежной заботой мужа, Светлова тем не менее — взглянув на часы! — выкинула в помойное ведро недоеденный йогурт со всеми его «кусочками» и заторопилась. Ей пора было на встречу с капитаном Дубовиковым.

Капитан встретил Светлову на краю огромного пустыря и сразу приказал безапелляционно не отступать от него ни на шаг.

— Здесь разгуливать нечего! — предупредил Аню Дубовиков. — Слишком опасно.

— Да?

Светлова с удивлением огляделась…

— Это место в микрорайоне собачники называют «Камчаткой», — объяснил капитан.

Над не застроенным еще домами пустырем действительно клубился пар…

— Как будто там и правда гейзеры… — изумилась Светлова.

Как объяснил капитан, связано это было с прорывами линий теплосети, проходящих в этом месте.

Горячая вода, подававшаяся в микрорайон, прорываясь из неисправных труб, размывала вокруг них грунт, образовывая пустоты, над которыми сверху оставался лишь тонкий слой почвы, поросший бурьяном. Этот тонкий слой был, по сути, в некоторых местах — лишь хлипким мостиком, под которым бурлила кипящим паром преисподняя.

Резкие перепады температуры — мороз ночью, оттепели днем — постоянно увеличивали разрывы в трубах…

Место пользовалось дурной славой — там уже погибло несколько собак. Бедные животные, выведенные на прогулку — пустырь казался для этого очень удобным местом, — заигравшись, убегали от хозяев и проваливались в наполненные кипятком и паром пустоты.

Грунт вокруг разорванных труб, размытый изнутри горячей водой, не выдерживал даже веса таксы…

Пустырь обходили стороной.

Так, собственно, и советовали обеспокоенным жителям микрорайона соответствующие инстанции, в которые они обращались с жалобами:

«А вы туда не ходите… Зачем вас туда несет — на этот пустырь?!»

Полюбовавшись на странный пустырь, капитан и Светлова сели в машину и поехали по излюбленному маршруту Дубовикова… К патологоанатомам.

— Вот поглядите, Светлова! Это было найдено там, на пустыре, в месте прорыва тепломагистрали.

— Ужас.

— Ну, что вы хотите… Там же кипяток. Конечно, в этих останках трудно узнать человека. Тем более представить, каким он был при жизни… Однако по заключению патологоанатомов скелет принадлежит очень старому человеку, высокого роста…