Чтение онлайн

Михаил засмеялся. Смех вышел невеселым.

– Что я… Картерса помните? Черный такой, как головешка. Он тут почти два года, если не врет.

Разговор не клеился, и они повернули обратно к белому зданию. На выступе застыла одинокая фигурка.

– Кто это?
– спросила Людмила.

– Еремей, - ответил Васильчиков, почти не глядя, - он… не в себе.

– Вера тоже, кажется, - вздохнула женщина.

– Вера нормальная, - ответил Михаил.
– Просто ей все равно. Все равно, что будет с нами, с миром, с ней самой. Она живет здесь и сейчас, не думая о том, что случится завтра. Поэтому и с Боженой не спорит.

Еремей подошел к краю крыши, постоял немного и, раскинув руки, нырнул вниз головой.

– Ой!
– крикнула Людмила и побежала вперед. Михаил попытался было окликнуть ее, но не преуспел и побежал следом.

Сухощавая фигура в белом балахоне неподвижно лежала на красном гравии. Людмила подбежала к лежавшему, упала на колени.

– Михаил, он дышит! Помогите, скорее! Позовите врача, сестру… кто тут есть вообще, в этом здании! Боже, боже… я когда-то заканчивала курсы первой помощи. Нужен лед, холод… и снять с него обувь. Он… босиком? Еремей, Еремей, вы меня слышите?

Михаил подошел, обнял женщину за плечи и поднял с земли.

– Все хорошо. Не надо. Ничего не надо.

– Какой вы болван бесчувственный!
– Людмила чуть не плакала.
– Он же умрет!

– Нет, - Михаил крепче сжал плечи женщины, которая пыталась вырваться из его рук, - не умрет. Смотрите.

Еремей, только что лежавший без движения, открыл глаза и сел. С сожалением, как показалось Васильчикову, поглядел вверх, скользнул отсутствующим взглядом по Михаилу и Людмиле, потом встал и не спеша пошел прочь от здания.

– Что это?
– плечи Людмилы вдруг обмякли - так, что Михаилу показалось, что она сейчас упадет. Он поддержал ее, потом осторожно отпустил. Кажется, его протеже в обморок падать все-таки не собиралась.

– Как он… что он такое?

– Никто не может здесь умереть сам, - ответил Михаил.
– Так говорят. Я не пытался, честно! Но Еремей… он пробует разное. Иногда его эксперименты выглядят пугающе.

– Что случилось?
– в дверях торчали Жанна и Романов.

– Ерема, - Васильчиков развел руками.

– Что на этот раз?
– спросила Жанна.

– С крыши. Новенькую напугал.

– А, - понимающе сказал Романов и исчез внутри здания.

– Люда, ну их, пойдемте чай лучше пить, - Жанна подошла к Людмиле и взяла ее за руку.
– Не обращайте внимания. На Ерему - особенно.

Они исчезли внутри здания. Михаил поглядел на небо, которое быстро затягивалось серыми облаками, и тоже пошел внутрь.

Он топал по коридору и размышлял о том, что длинное трехэтажное здание - это явно чересчур много для восьми живущих в нем человек. Все занимали комнаты на первом этаже, на втором располагались процедурные - у каждого своя, а третий был гулким и пустым. Все та же серая плитка, белые стены - но никакой мебели, никаких цветов, и абсолютно пустые комнаты…

В «кухне» смеялись. Кажется, Романов что-то рассказывал. Михаил постоял немного за дверью, невидимый для остальных, и уже хотел было войти, как вдруг уловил обрывок фразы Божены:

– … изображается попирающим Диавола, и с копьем в руке. Или мечом.

«Копье, - подумал Васильчиков, так и не решившись шагнуть через порог, - копье бога».

Картерс словно ждал его, и открыл дверь, едва Михаил стукнул по дереву костяшками пальцев.

– Гарри, вы мне доверяете?
– спросил Васильчиков

– Я никому не доверяю, - чернокожий пожал плечами.

– Тогда почему вы мне рассказали об именах?

– Потому что скорей всего я - следующий. А значит — все уже не так важно.

– Оскар, - сказал Васильчиков, - обитатель Асгарда. Божье копье. Копье в руках Архангела Михаила, попирающего Дьявола… Ассоциативный ряд, как вам?

– Это вы сами дошли?
– недоверчиво буркнул Картерс, метнувшись к столу и вытащив давешний список из-под вороха бумаг.

– Божена подсказала, - ответил Васильчиков.

– Так. Михаил. Архангел. Поздравляю… с назначением. Кто там еще есть?

– Гавриил? Вы?

Картерс издал неопределенный звук.

– Рафаил. Рафик? Людмила? Почему Людмила?

– Я не столь силен во всей этой каббалистике, Миша, - Картерс потер пальцами лоб.
– Какова специальность Рафаила? Чем он занят?

– Надо спросить у Божены. Она наверняка в курсе.

Когда они ворвались на кухню, смех стих, будто его выключили.

– Божена, - твердо сказал Васильчиков, - расскажите нам об архангелах.

Картерс чиркал на бумаге, и по окончанию рассказа развернул лист, показав написанное окружающим. На листке красовалось:

Михаил - Михаил

Уриил - Юрий

Гавриил - Гарри

Рафаил - Людмила

Иегудиил - Божена (?)

Варахиил - Жанна (?)

Салафиил - Вера

– А Еремей?
– тихо спросила Людмила.

– Иеремиил, - так же тихо ответила Божена. Возвышение к Богу. Его не всегда включают в число архангелов, его роль не до конца ясна…

– Погодите, - сказал Романов, - это что получается? Это мы - Архангелы? А те, кто был до нас - они кто?

– Брак, - уронил Картерс.

Слово упало на пол и раскатилось, точно горсть медяков.

– Это, - Юрий потряс головой, - бред какой-то. Да как мы можем быть кем-то, если мы люди. Некоторые вон помнят, что было до того как сюда попали. Правда, Миш?

– Неправда, - ответил Михаил, - врал я тебе, Юр, прости. Очень уж не хотелось мертвым себя считать, как ты предлагал…

– Да я!
– вскинулся Романов.
– То есть, про жену — это ерунда все?

– Может и не ерунда. Почем я знаю.

– Если мы не архангелы, - тихо произнесла Жанна, - тогда может быть мы — отражения?

– Отражения чего?
– нервно спросил Картерс.

– Не знаю. Архангелов. Душ. Людей.

– Имена, - сказал Михаил, - нас зовут Василий, Роман, Картер, Александр, Надежда, Бор, Светлана, Мария… если я ничего не перепутал. Пол не всегда совпадает. Хотя ангелы все одно бесполы.

– Вам не кажется, - спросила Божена, - что мы коллективно сходим с ума?

– А что, Божена, тебе не по нраву перспектива оказаться душой раба божьего Александра?
– весело спросил Романов.