Чтение онлайн

Заглянув в конец книги, он выяснил, что это оптическое дополнение к радио. Последнее же представляло собой устное сообщение, передаваемое на большие расстояния с помощью электромагнитных волн по эфиру, тогда как первое делает то же самое с визуальными изображениями. Мысль об этих волнах, которые распространяются повсюду, даже в этом зале, и пронизывают его тело, потрясла его. Он так глубоко погрузился в размышления, что даже не заметил, как возле него кто-то остановился.

–  Хэлло, Эмиль!

Это был Морбис.

–  Ты воспользовался моей машиной?

–  А то как же! Я вернулся в мастерскую за велосипедными зажимами, смотрю, а тебя и след простыл. Эге, подумал я тогда, да если узнать, что произойдет в будущем, ведь можно заграбастать кучу денег. И вот я здесь. Где тут хранятся подшивки старых газет?

–  Зачем они тебе?
– Эмиль вскочил на ноги, опрокинув стул.

–  Как зачем? Чтобы прочесть о результатах нескольких скачек, ну и разную чепуху о биржевых делах. У меня, правда, денег хватает, Эмиль, но я хочу стать еще богаче.

Морбис усмехнулся, показал ряд неровных гнилых зубов.

–  Не смей! Это бессовестно! Подумай о мелких держателях акций: они же разорятся на твоих спекуляциях!
– вскричал Эмиль.

Он нагнал Морбиса в отделе периодики и схватил его за плечо. Морбис стряхнул его руку.

–  Не мешай!
– закричал он.
– Я сделаю, как задумал.

–  Оставьте его в покое!
– неожиданно послышался детский голос.
– Вы мешаете заниматься.

Эмиль оглянулся и увидел маленького, лет десяти, паренька, чей лоб сердито наморщился под ровной челкой золотистых волос.

Ухмыляясь, Морбис спросил:

–  Эй, малыш, где здесь лежат старые газеты? Ну, знаешь: “Уолл-стрит джорнэл” и другие?

–  Не знаю. Здесь есть только вот это.

И мальчик показал на раскрытый перед ним огромный фолиант, куда он что-то вписывал ручкой. Эмиль заметил - это была одна из тех похожих друг на друга книг, которые занимали все полки в этом зале. Таких томов были тысячи.

–  В них вы найдете все, что вам нужно, - заявил мальчик.
– Здесь собрано все сущее на Земле.

Все эти книги назывались “Универсальный синопсис”.

–  Ага!
– вскрикнул вдруг Морбис, осененный догадкой, что было для него необычно.
– Если я стану богатым, как оно должно случиться, то в этих книгах обязательно будет сказано обо мне.

Он бросился на поиски и, вернувшись к столу с томом “Морей-Морбуд”, уселся напротив мальчика.

–  Вот оно! Морбис, Фентон младший, - прочел он, задыхаясь от восторга.

–  Не смей читать дальше!
– закричал ему Эмиль.
– Нам не дано знать о будущем!

–  Чепуха! Кто мне запретит?

–  Я!… - воскликнул Эмиль и, выхватив из рук мальчика ручку, обмакнул ее в чернильницу и перечеркнул в книге то место, которое Морбис собирался прочесть.

–  Послушай, зачем ты это сделал? Я… - и Морбис с еле слышным щелчком растворился в воздухе.

–  Вот здорово!
– воскликнул мальчик.
– Значит, я был прав. Эти книги существуют в одном-единственном экземпляре.

–  Что?!

Эмиль, онемев, вытаращил глаза, глядя на то место, где только что стоял его соперник.

–  Вы не поняли, что произошло? Это “эффект Допплера”, названный так в честь меня, Юлиуса Допплера. Присаживайтесь, я вам сейчас все объясню.

Эмиль покорно опустился на стул и уставился на серьезное веснушчатое лицо мальчика.

–  Видите ли, я разработал теорию, согласно которой будущее активно влияет на прошлое. Я был несказанно рад, обнаружив здесь этот универсальный сборник, по которому мог проверить свою теорию. Если этот синопсис со справочными данными, сказал я себе, существует в одном экземпляре, значит, я могу изменить прошлое, просто переписав его заново.

–  Каким же образом ты можешь изменить историю?
– спросил несколько озадаченный Эмиль.

–  С помощью обычной семантики: слово является вещью, во всяком случае после того, как сама вещь исчезла с лица земли. Измените в будущем любое слово, и вы тотчас измените саму вещь, которая некогда обозначалась этим словом. Дайте-ка я вам поясню на примере.

Мальчик раскрыл свой том на одной из страниц и ткнул пальцем.

–  Смотрите. Вот здесь я заменил у Франклина имя Сэм на Джон. Если же в будущем кто-нибудь придет и заменит его, скажем, на Бенджамин, то почему бы ему и в самом деле не стать Беном? Поняли?

–  Не совсем.

–  Ну хорошо. Смотрите.
– Юлиус открыл карту Соединенных Штатов. На ней виднелся знакомый Эмилю розовый косоугольник его родного штата Кайова, а прямо над ним - зеленые песочные часы штата Миннехаха, но здесь в названиях штатов была путаница. Вместо “Кайова” стояло “Айова”, а “Миннехаха” читалась как “Миннесота”. На самом верху карты после слов “Соединенные Штаты”… шла не Колумбия, а какое-то труднопроизносимое итальянское имя!

Карта была явно напечатана с ошибками.

–  На прошлой неделе, - рассказывал мальчик, - я внес все эти изменения чернилами, а сейчас они уже стали неотъемлемой частью оригинала.

–  Но как же это получается?

Юлиус насупился.

–  Я думаю, что и прошлое в свою очередь влияет на будущее, только намного медленнее. В сущности моя теория исключительно проста, хотя я не могу вам ее объяснить. Ведь вы даже не знаете, что.

–  Я знаю только одно, - ответил Эмиль, вскакивая со стула.
– Я убил беднягу Морбиса. Я убийца!

–  Э-э, не очень-то расстраивайтесь, - молвил мальчик. Ведь если бы не я, и вас бы не было. И путешествие во времени вы совершили только потому, что я написал об этом на полях книги рядом с вашим именем.

–  Рядом с моим именем?!
– При упоминании о своей славе Эмиль загорелся.
– Моим именем… Хм, печенья хочешь?

–  Давайте.

И они принялись уминать за обе щеки кулинарные изделия вдовы Харт, еще и еще раз обсуждая теорию Юлиуса, пока Эмиль не решил, что он понял все. Разумеется, ему не очень-то понравилась мысль жить под властью будущего, но, если разобраться, это ничуть не хуже, чем жить под властью прошлого.