Чтение онлайн

Указывая на это сооружение, Догерти торжественно объявил:

–  Вот он!

–  Ага, - сказал я.
– А что это такое?

–  Мой времясместитель, - объяснил он.

–  Он что, смещает время?
– предположил я.

–  Вот именно! Вы очень сообразительны.

–  Видели бы вы меня в понедельник утром! А как он работает?

Догерти погладил бороду.

–  Весьма уместный вопрос. Откровенно говоря, в этой частности я пока еще до конца не разобрался. Но аппарат функционирует прекрасно, как доказывает динозавр. Он способен - то есть сместитель, а не динозавр - перемещать предметы почти любого заданного заранее размера в прошлое или… он сделал паузу, вероятно для пущего эффекта, - или же в на-сто-ящее. Он с несомненностью доказывает, что время это…

Тут Догерти забормотал что-то нечленораздельное и я уже начал припоминать какую помощь следует оказывать эпилептику в начале припадка, когда до меня дошло, что он декламирует уравнения.

Наконец он остановился, чтобы перевести дух, и я ринулся в брешь:

–  О конечно!
– сказал я.
– Это-то всякому понятно…

–  Неужели?

–  Но как он работает?

Догерти ласково потрепал аппарат по блестящему боку.

–  Не могу сказать. То есть я не вполне уверен. Но как бы то ни было, он работает. Случайное взаимодействие определенных факторов привело к созданию времясместителя. По правде говоря, - продолжал он, понизив голос, - я пытался опровергнуть третий закон термодинамики. Или первый? А может быть, второй? Ну, вы знаете, какой из них я имею в виду.

Я понимающе кивнул. Какой из них он имел в виду, мне было абсолютно неизвестно - я не отличил бы третий закон термодинамики от летнего расписания пригородных поездов.

–  Ну, тот, согласно которому вы извлекаете из чего-либо больше энергии, чем вкладываете, - напомнил Догерти.

–  А-а, этот!

–  Да. Я пытался сконструировать… только не смейтесь!… вечный двигатель.

–  А!
– сказал я.

–  Но вместо этого у меня получился сместитель, что даже лучше.

–  А когда именно вы заметили, что у вас получилось? спросил я, все еще стараясь сделать интервью.

–  Когда включил аппарат, а из него вылез динозавр. Он прошел сквозь вот эту стену, пересек пустырь и выбрался на улицу.

–  Стена, по-моему, совсем целая, - указал я.

Она и правда была целой - ни одной дыры, сквозь которую мог бы пролезть динозавр или хотя бы мышь.

–  Я настроил сместитель на малый период и починил стену, вернувшись к тому моменту, когда она еще не была разрушена.

–  А почему вы тем же способом не отправили динозавра назад, туда, откуда он явился?

Догерти печально покачал головой.

–  Он сразу же вышел за радиус действия аппарата. Я ведь не могу бегать по улице со сместителем на спине, поскольку он весит больше полутора тонн.

Тут он, пожалуй, был прав.

–  Послушайте, - сказал я.
– А что случилось бы, если бы я с помощью вашей машины отправился в прошлое и убил моего дедушку до того, как он познакомился с моей бабушкой?

Этот вопрос всегда меня крайне интересовал.

–  Я бы рекомендовал вам не проделывать подобного эксперимента, - сказал Догерти деловито.

–  У вас есть радиоприемник?
– спросил я.

–  Да, конечно. А что?

–  Мне хотелось бы узнать, что происходит с нашим чешуйчатым другом. Наверное, по радио передают какие-нибудь сообщения.

–  Пожалуй, - сказал он, смахнул с лабораторного стола какой-то хлам и включил радиоприемник, искусно замаскированный под маленькую статую Венеры Милосской. Кнопка включения, кнопка настройки на станцию. Замигала лампочка, и зазвучал голос диктора:

–  …в одном Милвилле пострадало не меньше четырех человек. Согласно последним сообщениям, полицейские, вооруженные автоматами, оттесняют бронтозавра к муниципальной стоянке автомашин. В Милвилл спешно выезжают ученые из всех стран мира, чтобы исследовать сказочное чудовище. Минуточку! Начинаем передачу с места события. У микрофона Джим Бартелли. Начинайте, Джим!

Раздался другой голос, более глухой и неясный:

–  Говорит Джим Бартелли. Я нахожусь сейчас на муниципальной автомобильной стоянке у перекрестка Хайстрит и Мейпл-стрит в Милвилле. Разъяренный бронтозавр - вы слышите шум, который он поднимает, - появившийся неведомо откуда сегодня в полдень, был временно усмирен химическими средствами, пущенными в ход местной полицией. Многочисленные ученые прислали просьбы не убивать динозавра, в результате чего и были приняты эти временные меры, которые, по-видимому, привели чудовище в полубесчувственное состояние. Однако полицейские стараются держаться подальше от хвоста чудовища. Хвост этот дергается взад и вперед, ломая изгородь. Этот хвост, уважаемые дамы и господа, равен по длине двум автомобилям, очень толст у основания и сужается к концу. Рядом со мной стоит профессор Вильгельм фон Дейчланд, всемирно известный палеонтолог, преподающий эту дисциплину в Клойстерском университете. Скажите нам, профессор фон…

–  У, ш-ш-шарлатан!
– злобно прошипел Догерти.
– Он возглавлял комиссию, которая потребовала моего увольнения. А сам он, во-первых, никакой не “фон”, а во-вторых…

–  Тише, - сказал я.

–  Ну, что же, Джим!
– произнес профессорский бас с сильным немецким акцентом.
– Хотя я еще не имел возможности осмотреть этого динозавра, а точнее бронтозавра позднего мезозойского периода, я позволю себе высказать предположение, что перед нами - последнее сохранившееся в мире животное этого типа.

–  Какая смелая мысль! Ах ты скотина!
– фыркнул Догерти.

–  Ну, пожалуйста!
– взмолился я.

–  …как он мог попасть сюда, в центр Милвилла?
– закончил свой вопрос диктор.

–  Гут, Джим… - начал фон Дейчланд, но тут Догерти схватил безрукую Венеру и в бешенстве швырнул ее об пол. Внутренности богини брызнули во все стороны - лампы, транзисторы, конденсаторы. К этому времени я начал трезветь, и ощущение было не из приятных.

–  Что за остолоп!
– крикнул Догерти.

–  Почему вы разбили приемник?
– спросил я.

Мне очень хотелось услышать, какую теорию происхождения динозавра выдвинет прославленный профессор палеонтологии.

–  Что он понимает в сместителях времени? Я подам на него в суд!

–  Ну, если город узнает, что бронтозавра на улицу выпустили вы, то в суд подадут на вас!

Это его слегка охладило.

–  Правда?
– спросил он с боязливым и в то же время мстительным видом (интересное сочетание!).

–  Безусловно, - сказал я.

–  Мы должны что-то сделать!

Я хотел было спросить, кто это “мы”, но вместо этого сказал:

–  Совершенно верно. У вас имеются какие-нибудь предложения?

Я знал, что держу в руках такую сенсацию, о которой можно только мечтать.

–  Есть один выход, - сказал Догерти, смерив меня задумчивым взглядом.
– Но я… э… не решаюсь просить вас…

–  Не стесняйтесь, - сказал я.
– Выкладывайте.

–  Я мог бы послать вас назад в прошлое…

–  Не пойдет!
– отрезал я.