Чтение онлайн

— Конечно.

— Так что если существует хоть минимальная вероятность того, что смерть Бенеса повлечет за собой полное наше поражение, его надо будет вернуть к жизни любой ценой, любым образом, не считаясь ни с каким риском.

— Насколько я понимаю, вы не случайно мне все это рассказываете, а собираетесь потребовать от меня каких-то действий. В любом случае я готов поставить на кон свою жизнь, чтобы спасти нас от поражения. Если вам нужно мое признание, радости мне это не доставит — но я это сделаю. Но, тем не менее, какой толк от меня будет в операционной? Когда вчера мне понадобилось пустить в ход пакет первой помощи, помог мне справиться с ним сам Бенес. И если уж говорить о моем знании медицины, я могу только накладывать пластыри.

Картер никак не отреагировал на его слова.

— Вас рекомендовал Гондер. Первым делом, вы подходите по основным параметрам. Он считает вас исключительно способным человеком. Как и я.

— Генерал, я не нуждаюсь в похвалах. Я считаю, что нормального человека они только раздражают.

— Да бросьте, человече. Я не льщу вам. Я вам должен кое-что объяснить. При всем том, что Гондер в общем и целом отдает вам должное, он считает, что ваша миссия не завершена. Вы должны были доставить к нам Бенеса целым и невредимым, а этого не было сделано.

— Он был цел и невредим, когда я передал его Гондеру.

— Тем не менее, сейчас его жизнь под угрозой.

— Вы взываете к моей профессиональной гордости, генерал?

— Если хотите.

— Хорошо. Я буду подавать скальпели. Я буду вытирать пот со лба хирурга; я буду даже подмигивать медсестричкам. Думаю, что в операционной больше я ничем не смогу помочь.

— Вы будете не один. Вам предстоит стать частью команды.

— Я ожидал услышать нечто подобное, — сказал Грант. — Кто-то еще должен выбирать нужные скальпели и передавать их. Я же лишь буду держать поднос с ними.

Уверенными движениями Картер переключил несколько тумблеров. На одном из экранов немедленно возникли две фигуры в темных очках. Они стояли, склонившись над лазером, из тубуса которого исходил тонкий, как нить, красный луч. Он исчез, и двое сняли очки.

— Это Питер Дюваль, — сказал Картер. — Вы когда-нибудь слышали о нем?

— Прошу прощения, нет.

— Он лучший нейрохирург в стране.

— А кто эта девушка?

— Она ассистирует ему.

— Ха!

— Не будьте столь примитивны. Она техник высшей квалификации.

Грант несколько смутился.

— Не сомневаюсь, сэр.

— Вы говорили, что видели в аэропорту Оуэнса?

— Очень бегло, сэр.

— Он тоже будет с вами. А также шеф нашего медицинского отдела. Он и проинструктирует вас.

Еще один щелчок тумблера, и на этот раз из монитора пошло низкое гудение, давшее понять, что установлена двустороння звуковая связь.

В нижней части экрана показалась выразительная лысина, обладатель которой, не отрываясь, изучал схему системы кровообращения.

— Макс! — обратился к нему Картер.

Микаэлс взглянул на него. Глаза его сузились. Он выглядел растерянным и огорченным.

— Да, Ал.

— Грант готов к встрече. И поторопись. У нас не так много времени.

— Это уж точно, времени в самый обрез. Посылай его сюда. — На мгновение Микаэлс перехватил взгляд Гранта. Он сказал, медленно выговаривая слова:

— Я надеюсь, мистер Грант, что вы готовы к самому необычному событию в вашей жизни... как, впрочем, и в жизни всех других.

Очутившись в кабинете Микаэлса, Грант поймал себя на том, что открыв рот, смотрит на огромную карту, изображающую систему кровообращения.

— При всей чертовой сложности, — сказал Микаэлс, — это карта территории. Каждая линия — это дорога, каждое их сплетение — это перекресток. Она не менее сложна, чем дорожный атлас Соединенных Штатов. Более того, она представлена в трех измерениях.

— Боже милостивый!'

— Сто тысяч миль кровеносных сосудов. Вы видите лишь малую часть из них; большинство из имеет настолько микроскопические размеры, что их и не рассмотреть без соответствующего увеличения, но если вытянуть их все в нитку, то ее четыре раза можно обернуть вокруг Земли или же, если хотите, это половина расстояния до Луны... Вам хоть удалось поспать, Грант?

— Примерно часов шесть. И еще вздремнул в самолете. В любом случае, я в отличной форме.

— Прекрасно. У вас еще будет возможность поесть, побриться и, если надо, сделать все, что необходимо. Хотел бы и я поспать. — Он только развел руками при этих словах. — Не то, чтобы я был в плохой форме. Я не жалуюсь. Вы когда-нибудь принимали морфоген?

— Никогда не слышал о нем. Это какое-то модное лекарство?

— Да. Относительно новое. Понимаете, оно не вводит вас в долгое сонное состояние, необходимое организму. Но морфоген ввергает человека в этакое забытье, заставляет видеть сны, в которых тот нуждается. Время от времени он должен погружаться в них: в противном случае нарушается координация работы мозга, вас начинают одолевать галлюцинации, за которыми может последовать смерть.

— И морфоген обеспечивает такой отдых?

— Совершенно верно. Вы отключаетесь буквально на полчаса, проваливаясь в крепчайший сон, после которого вас весь день не покидает бодрость. Тем не менее, послушайтесь моего совета и держитесь подальше от таких штучек, пока в них не возникнет настоятельная необходимость.

— Почему? Разве они ведут к переутомлению?

— Нет. Особого переутомления не чувствуется. Все дело в этих сонных видениях. Морфоген буквально продувает все извилины; вычищает тот умственный мусор, что скапливается в течение дня, а это дает довольно своеобразное ощущение. Так что без нужды не прибегайте к нему... Но у меня не было выбора. Эту карту надо было срочно приготовить, и я сидел над ней всю ночь.

— Карту?

— Это кровеносная система Бенеса вплоть до последнего капилляра, и я должен был досконально изучить ее. И вот тут, наверху, почти в центре черепной коробки, рядом с гипофизом расположился тромб, сгусток крови.

— В нем и заключается проблема?

— Так оно и есть. Все остальное не так уж и важно. Синяки, ссадины, шок, сотрясение. До тромба же не добраться без хирургического вмешательства. И сделать это нужно как можно быстрее.

— Сколько еще он может протянуть, доктор Микаэлс?

— Трудно сказать. Остается надеяться, что нам удастся оттянуть фатальный исход, но мозг может выйти из строя задолго до наступления смерти как таковой. А для этого человека повреждение мозга станет равносильным смерти. Окружающие ждут от Бенеса чуда, и теперь их может постичь жуткое разочарование. Особенно Картера, который используя все возможности вытащил вас.