Чтение онлайн

личности американцев… что говорить о нас.

– У меня есть задание, - сказала я.
– Я должна составить отчет.

– Составь. Ты обязана была пользоваться жучками?

– Да. Как иначе наблюдать за персоналом?

– И что - персонал?

– Несет службу, - я пожала плечами.
– Качает порно из сети. В игрушки

играет.

– Ну и прекрасно. Обнаружено неуставное несение службы… или как там

у вас положено говорить? Ты ведь не должна была сажать жучков на

заключенных? Ну и все. Нельзя пускать под откос собственную жизнь ради

абстрактной справедливости!

– Папа, а ты не знал какого-нибудь Чингиза?
– спросила я.

Папа покачал головой:

– Если и знал, то ничем он мне не запомнился. Да ты не беспокойся.

Наверняка, ты ему важнее, чем он тебе. Карина?

Я вскочила, распахнула дверь кухни. Прислушалась. Точно… где-то в

комнате печально тренькал мобильник.

– Пап, сейчас…

Вот уж чего не хватало - так это ночных звонков. На работе я про

мобильный не говорила, да и вообще номер знали немногие.

– Да!
– хватая со стола телефон ответила я.

– Привет. Нас прервали, Карина.

Чингиз!

Голос был его.

– Это не я, - быстро сказала я.

– Да уж знаю. Карина, нам надо встретиться.

– Сейчас войду. Где?

– Нет, лучше уж наяву, - Чингиз рассмеялся.
– До настоящих пуль,

надеюсь, дело не дойдет. А в Диптауне нас опять могут прервать. Я могу

подъехать, если это удобно.

Где он достал мой адрес, я даже спрашивать не стала. Очевидно, там

же, где и телефон.

– Лучше на нейтральной территории, - ответила я.
– Давай…

где-нибудь…

– Улица Пасечная, - сказал Чингиз.

– А где это?

– Не знаю. Сейчас проверю, есть ли такая вообще… Есть. У пятого

дома по Пасечной улице, хорошо?

– Хорошо, - я не колебалась.
– Я выезжаю прямо сейчас. Там и

встретимся.

– Оки, - весело сказал Чингиз.
– До встречи.

Я отключила телефон. Посмотрела на дисплей - конечно же, у него стоял

запрет на определение номера. Ладно, понадобится - выясним…

– Прямо сейчас?

Папа зашел в комнату вслед за мной. И все слышал.

– Не пустишь?
– с вызовом спросила я.

– Нет, - отец покачал головой.
– Нет, Карина. И не подумаю.

Я с любопытством посмотрела на отца. В детстве я точно знала, что

люблю маму и папу, что лучше них никого на свете нет. Потом… и сама не

заметила, как перестала об этом задумываться. Не разлюбила, а просто

перестала думать такими словами.

– Как за сленг меня чморить, так всегда…а лезть к черту на рога,

значит, можно?

– Можно. Потому, что ты все взвесила и приняла решение. Потому, что

это твоя работа… пусть я и не рад такой работе. А сленг - извини, но

это детство!

– Что плохого, если в человеке остается немного детства?
– строптиво

спросила я.

– Оно не там должно оставаться, дочка. И кретин отец, которого не

радует, что дети взрослеют.

– Спасибо, папа, - сказала я.
– Знаешь, я все-таки очень тебя люблю.

Отец удивленно посмотрел на меня, глянул на часы.

– Полдвенадцатого… ты действительно поедешь прямо сейчас?

– Поеду, - твердо сказала я.
– И вызывать группу поддержки не стану.

Все равно не приедут, у нас не Америка.

Но вначале я достала из сейфа пистолет.

А потом пошла на кухню и взяла свои сигареты.

В машине, прогревая мотор, я достала из бардачка карту Москвы и стала

искать улицу с милым названием "Пасечная". Старенькую "десятку" мне

подарил три года назад отец, когда купил себе машину получше: корейскую

"Дэйву" узбекской сборки. И пользовалась я "десяткой" с удовольствием,

потому что метро никогда не любила. Но все равно, Москва для меня так и

осталась маленькими пятнышками вокруг нескольких станций метро и

несколькими маршрутами, по которым я постоянно ездила: на работу, в

супермаркет, закупать продукты на неделю, летом - купаться на Медвежьи

Озера или на дачу…

Как в Диптауне. Там тоже знаешь только несколько любимых мест.

Остальное видишь мельком, из окна такси, и даже не догадываешься: живые

это районы, или нарисованные декорации, прикрывающие плакат "место

продается".

Я медленно выехала со стоянки, свернула в безлюдную улочку. Дождь

усилился, тарабанил по прижавшимся к обочине машинам.

Странно. Уже почти нет разницы - между глубиной и реальностью.

Пространства в пространствах… если бы какой-нибудь злой шутник

обладал избытком денег и времени - он мог бы соорудить для меня

виртуальный мирок, копирующий Москву. Реальную Москву, в которой я

бываю. Десяток магазинов, пяток квартир, два кусочка природы… Даже не

пришлось бы возиться с театрами, консерваториями, библиотеками. Хотя с

ними и не надо возиться - их аналоги в виртуальности есть.

Ну вот, началось! Раньше это называли дип-психозом, потом стали

говорить "с матрицы съехал", сейчас в ходу совсем уж невинный эвфемизм

"заблудился". Так говорят про тех, кто начинает путать реальный и

виртуальный мир, сомневаться, что живет в настоящем мире.

Да чушь… невозможно это. Человек обязательно заметит подмену. Пусть

я и болтаюсь между двумя точками - квартирой и работой, но людей-то меня

окружает немало. Такой спектакль под силу устроить лишь солидной

организации, а отдельному шутнику. А зачем я сдалась организации?

Но настроение, все-таки, испортилось. Я подозрительно поглядывала по

сторонам, в результате свернула под знак, нарвалась на гаишника, а тот