Чтение онлайн

— Ну вот, скажу тебе, что мне дед мой сказывал, тоан, раз тебя это так волнует, хоть и не понять мне, чего это такого опытного воина, как ты, сказки всякие заботят. Тут не воину, а магу или жрецу надобно разбираться, если по совести… Так вот, рассказывал это мой дед, а ему — дед его двоюродный. А тот мальчишкой был, когда в заречных землях, что у Черного леса, все и стряслось… То есть было это как раз в года, когда Сарнагарасахал на Шем ходил…

Костюк молча внимал обстоятельному рассказу Найарони, уже привыкнув к его многословной крестьянской манере говорить.

— Ну вот, стало быть, жил в лесу парень… Один, совсем один — то есть один-одинешенек. Родители из деревенских отщепенцев, лишившихся имен, да и те умерли. Ну жил он, дрова рубил, уголь жег… Уголь-то наш сухостойный — для золотых дел мастеров да для алхимиков самое оно. Охотился так, по мелочи…

И вот идет как-то этот паренек по лесу. Должно быть, силки проверить аль еще чего.

И вдруг видит — девка. Лежит себе, дерево обняв, глаза закрыты, вся аж синяя от голода, худая, в лохмотьях, видать, заблудилась, ну и все такое.

Ну он к ней шасть. Смотрит: чего-то с девкой не ладно. Словно не такая она какая-то.

Пригляделся… Матерь наша Священная Луна!

Альфарка!

Точь-в-точь как на картинках в храмах да в сказках. С ушами, с глазками узенькими — ну чего говорить: альфарка и альфарка.

Однако чего там, не бросать же душу живую погибать?

Отнес ее домой, вина дал, супчик сварил курячий, потихоньку стал кормить…

Ну одним словом, выходил. А дальше чего? Парень молодой, здоровый, как конь, а баб, почитай, и не пробовал — кто ж за изгоя пойдет? А тут девка в соку, хоть и не людинка.

Стал жить с ней как с женой. Та поначалу ни в какую, но потом уломал он ее. Известное дело, девка по первости всегда кочевряжится, а как откупорят — сразу успокаивается.

Живут себе, она обереги плетет да силки колдовские, он уголь продает. Понятное дело, обитают небогато, но сыто более-менее. Смотрит парнишка, а дело то к прибавлению в семействе идет!

И порешил этот изгой, что пожениться надо им. Честь по чести, как положено — перед алтарем да со жрецом. Вишь как, — улыбнулся рассказчик, — хоть изгой, а правду понимал… Ну достал серебро из захоронки и пошел к жрецу местному. Да только вот не знал, что жрец-то был не простой…

Толмач со значением поднял вверх палец, выдерживая паузу.

— А какой? — спросил уже заинтригованный Алексей.

— А был тот жрец не кто-нибудь, а слуга самого Неназываемого… — заговорщически понизил он голос. — Смекаешь, тоан? Шеонакаллу — не кого-нибудь!

Дослушать легенду-быль разведчику не удалось.

— Скажи, тоан, ты не боишься? — вдруг спросил старик, помешивая кипевший в котелке суп.

— Нет, а чего я должен бояться? — чуть усмехнулся разведчик. — Альфарок твоих или, может, самого Неназываемого?

— Не к ночи будь помянут, — сделал защитный жест проводник. — Я о твоем желании узнать секреты земли нашей. Великая тайна всегда пугает.

Так вот для чего завел свою сказку старый хитрец. Ему надо было обдумать просьбу Алексея поделиться с ним тайнами Аргуэрлайла, которыми, как прихвастнул недавно на прощальной пирушке у сохского цана по пьяни толмач, он якобы владеет.

— А тайна действительно великая? — Костюк скептически покосился на своего спутника.

За время, проведенное в компании Найарони, он уже привык к тому, что старец любит прихвастнуть и, мягко говоря, приукрасить действительность.

Найарони оставил варево и некоторое время смотрел в вечернее, фиолетово-зеленое небо.

— Да, — наконец вымолвил он с необычайной серьезностью. — Это секрет действительно великий…

— Что это за тайна? Это тайна твоего народа?

— У Найарони нет народа, который он бы мог назвать своим, — с глухой печалью ответил старик. — Это тайна иных времен и иных народов. Узнав ее, ты станешь богат и знаменит. Я не поставлю тебе никаких условий и не возьму с тебя никакой платы; единственное — ты не должен будешь ничего спрашивать у меня до того, как мы доберемся до места. Теперь ложись, завтра нас ждет трудная дорога.

И старик сразу ушел в лес, оставив Костюка в крайнем замешательстве.

Весь остаток вечера капитан провел в раздумьях — как ему поступить. Что-то подсказывало Алексею, что старик не лукавит, говоря о великой тайне, и ему ведомо нечто действительно необычайное.

Но что именно?!

Утром, встав и наскоро перекусив, путники свернули палатку и двинулись в дорогу.

Они шли непролазной тайгой, без малейших следов человека. Их окружал мутный полумрак, стоявший под пологом вековечного леса, зеленая мгла без единого проблеска солнца.

Местами ветви елей и лиственниц переплетались между собой так густо, что приходилось едва ли не проползать под ними на четвереньках. Длинные бороды лишайников свисали до самой земли, запах тлена висел в воздухе. Сапоги глубоко увязали во мху и перепревшей хвое.

Глухую тишину нарушали изредка только крики кедровок и перестук дятла.

На их пути оказывались жуткие буреломы, похожие на баррикады из огромных костей. Порой достаточно было сделать одно неверное движение, оступиться — и торчащие во все стороны, подобно рогам мертвых чудовищ, сухие, острые сучья грозили пропороть тело насквозь.

В лесном безветрии мошкара висела густыми облаками — временами казалось, что идет черный снег. Мерзкие насекомые буквально терзали Алексея, накомарник почти не помогал.

Они вброд переходили многочисленные речки с быстрым, валящим с ног течением. Поймы их покрывала трава много выше человеческого роста, перевитая диким хмелем. То были настоящие травяные джунгли.

Поминутно натыкались на глубоко ушедшие в почву замшелые камни, сгнившие стволы, принесенные паводком. Несколько раз Костюк едва не проваливался в глубокие промоины, скрытые густой зеленой стеной, и только внимательность Найарони спасала его.

Удары сердца глухо отдавались в мозгу Алексея, легкие с шумом втягивали тяжелый, застоявшийся воздух, наполненный терпкими испарениями хвои и багульника, жара до предела изнуряла его, пот, пропитавший одежду, горячими струйками стекал в сапоги.

Уже не раз успел он проклясть про себя ту минуту, когда нелегкая понесла его идти с Найарони черт знает куда, за какой-то тайной, вместо того чтобы следовать маршрутом, заданным командованием. (В конце концов, ему поручали разведать месторождения радиоактивных элементов, которые, как доложили маги-перебежчики, имелись на Аргуэрлайле.)