Чтение онлайн

– Урус, – снова услышал я тот же окрик, не молодой кричал, видимо из наставников, что знал русский язык. – Отдай пленника по-хорошему, иначе спалим сарай.

– Палите, я-то уйду, отобьюсь, а ваш… – договорить я не успел, рядом с головой просвистела стрела, уйдя вглубь сарая, и там зазвенела в стене, никого не ранив.

Вот как? Вызвали меня, значит, на разговор и выстрелили на звук? Как только смогли, я же стоял в мёртвой зоне? А-а-а, понял, между открытой створкой и рамой ворот была щель сантиметров в десять, и вот её и использовали для выстрела, по-другому никак было. А молодцы. Не ожидал. Сам я после выстрела тут же застонал жалобно так и потопал ногами, как будто упал и забился в конвульсиях, а сам достал сабли, приготовившись к атаке. И она не заставила себя долго ждать, сначала упали тени снаружи. Выглянув через щель, я метнулся от створки вглубь сарая. Наблюдая из укрытия, я обнаружил, как в проём входят четверо молодых воинов, снова без наставников, двое впереди шли с щитами в левой руке и саблями в другой, прикрываясь, а позади за каждым, упираясь в спину, с луками наготове, уже напарники. Наконечники стрел смотрели над плечами ведущих, готовые поразить любого, кто шевельнётся в темноте.

Надо сказать, эти две пары поначалу замерли в проёме ворот, пока глаза привыкали к темноте, шаря ими в поисках меня, но я уже стоял не за соседней закрытой створкой, иначе те уже заметили бы, а за стоявшей на корме телегой, укрывшись за ней, так что те меня не видели. Лошадей в углу, пленника, что мычал у стены, это они рассмотреть в виде силуэтов могли, но не более, глаза ещё привыкали. Потянув телегу, я встал так, что она должна падать в мою сторону, закрывая створку, но я спокойно сделал шаг вбок, уходя от неё. Лучники среагировали на движение и выпустили стрелы, что с дробным стуком впились в днище падающего утяжеления, верёвка снова натянулась, и с глухим стуком ворота закрылись, и воины оказались практически в полной для них темноте. Всё же времени для адаптации я им не дал. Лучники уже шустро накладывали новые стрелы, да поздно, атаковал я их дистанционно. До самострела, что лежал наверху у края люка, не добраться, а я его держал снаряжённым, чтобы выстрелить в тех, кто в грузовой люк наверху полезет, он бы сейчас пригодился, однако имелись также ножи. Рогатина осталась прислонённой к закрытой створке и пока мне была недоступна. Но тут и ножей вполне хватило, лучники не видели броска и проморгали его, оба ножа вошли им в глазницы, и те завалились назад, падая. Я же, подскочив к воинам, отбил один удар в полуслепую, чёрт, они меня видят, ещё сверху через люк свет падает вниз, силуэт на фоне пятна показывает, но всё равно у обоих ордынцев шансов не было, держать строй они не умели, сначала одного пронзил в бок и добил в горло, а потом и второго. Сдаться те не пожелали, да я и не стал бы брать, не тот случай.

Потом, подхватив щит, жаль, я не снял с сёдел трофейных коней такие же щиты, нужная штука, оказывается, поднялся наверх и стал обозревать окрестности. Ага, у полона на виду я видел одного ордынца, тот сидел на лошади спокойно, будучи уверенным, что его дружки-товарищи окончательно блокировали меня. Был ещё один, но у этого я только рыжую меховую шапку видел. Отложив щит, я сел на краю люка, свесив ноги, и стал перебирать трофейные стрелы, отобрал три подходящих и занялся делом. К одной стреле привязал засапожный нож, но не сильно, чтобы от удара тот мог сорваться с привязи и его можно было подобрать со снега и начать резать верёвки у полонян. То есть да, я собирался освободить полон, пользуясь тем, что основная банда собралась у моего сарая. Пусть бегут в лес к своим схронам. По крайней мере, если есть такая возможность, шанс дать им я был обязан.

Наконец закончив, всё это время ордынцы о чём-то шушукались снаружи, давая мне время, сначала звали эту четвёрку, ну а когда та не отозвалась и стало ясно, что уже не дозовёшься, так и совещались о чём-то. Да понятно о чём, как меня аккуратно взять, все самые действенные методы они уже испробовали и теперь пытались найти ещё одну идею, пока воины под рукой имелись. Десяток всё же оставался. Так вот, закончив, я отошёл вглубь сарая и встал так, чтобы не только шапку охранника видеть, но и голову с шеей, и, натянув тетиву, спустил её, отправляя стрелу в полёт. Хороший лук, попал куда хотел, стрела пробила голову ордынца, и тот исчез из виду. Но уже летела вторая стрела, что пробила грудь второго охранника, которого вместе с лошадью было видно. Ну, и пустил третью стрелу с ножом. Та воткнулась в бревно сарая рядом с головой связанного мужичка, так что все посмотрели на неё и не могли не заметить привязанный нож, тот почему-то с верёвок не сорвался, как я спланировал. Ничего, зашевелились, вон, потянулись к ножу. И судя по тому, что мужик это делал, он не опасался охранников, значит, третьего не было, хотя я стоял наготове со стрелой на луке, страхуя полонян.

Ордынцы у сарая всё же заметили мои действия, что я куда-то стреляю, и куда, догадаться было не сложно, потому загомонили возмущённо. А вот действия мужичка возмутили не только меня, но и полонян. Вырвав нож из плена верёвок, благо руки у него спереди были связаны, тот быстро срезал верёвки на руках, а потом на ногах, освобождая себя, и, вскочив, рванул к выходу из деревни, не забыв прихватить нож с собой. А ведь ордынцы хоть и отправили пару человек, чтобы проверить, как там полон и охранники, ещё до места не добрались. Шли-то пешком, укрываясь в мёртвой зоне за оградами. В общем, я решил проучить урода, уже наложенная стрела была готова сорваться, но поздно, тот скрылся с глаз, ушёл в мёртвую зону. Но ничего, я памятливый, достану ещё. Если его деревенские потом не отмудохают, те, что в живых останутся, это я сделаю, руки-ноги переломаю, посмотрим, как тот выживет в одиночку. Сомневаюсь, что после такого кто к нему на помощь придёт. Сам сдохнет от голода. Это если у него семьи нет, а её тот бросил с остальными.

Нет, тех, кто отправился к полонянам, мне не достать, так что, вернувшись к луку, я, прикрываясь щитами, снова сел и стал вязать к стреле следующий нож. У меня их, благодаря телам внизу, было в достаточном количестве. О, пока есть время и тела не закоченели, надо трофеями заняться. Всё равно ордынцы чего-то молчат, видимо продолжают переваривать очередную неудачу. Полон снова взяли под контроль, только в этот раз на виду я никого не видел из охраны, так что пускать стрелу с ножом смысла уже не было, поэтому, оставив лук наверху, я спустился и занялся самым приятным делом, что обычно происходит после боя, если победа за нами остаётся, сбором трофеев. Начал с той тройки, что была с пленником, а то они уже почти остыли. Да не почти, как есть остыли. Помучился, пока всё ценное снял с них. Потом и за остальных принялся. Всё сносил в кучу общую, наверху у своего закутка, не поленившись поднять наверх по шаткой деревянной приставной лестнице.

Из защиты были шесть щитов, те, что гурьбой забегали, их не имели, восемь кольчуг было, две очень хорошего качества и одна моего размера. Это если на лето, остальные и так налезут поверх зимней одежды, а то я совсем без защиты. Было двенадцать шлемов, и три из них явно русских ратников, остроконечные. Я померил пару, но с сожалением отложил в сторону, слишком блестят, могут блик дать, а получить за это стрелу я не хотел. Потом зачерню. Я уже успел собрать трофеи и как раз изучал чересседельные сумки на конях, кстати, всего на одном они были, я подозреваю, тот раньше пленнику принадлежал, что подтверждало мои предложения о том, что где-то в лесу у ордынцев лагерь, там они и оставили вьючных лошадей и, возможно, полон, если брали его ещё где-то. В это время створки ворот буквально затряслись от мощных ударов. Я было подумал, что их топорами прорубали, но сомневаюсь, тут что-то другое было. Ну не знаю, давно бы петли срубили и ворвались внутрь, я бы так и сделал, а эти чего думают? Они явно что-то своё придумали, но вот что?

Прильнув к щели между брёвен, я рассмотрел верёвки, что тянулись от ворот к коням, их тут с десяток было на подворье. Сразу сообразив, что происходит, я рванул наверх и поднялся по лестнице, схватив самострел, да было поздно, гортанный крик, рывок, и лошади вырвали ворота, причём вместе с рамой. А ордынцы поступили вот как, привязали к копьям верёвки, швырнули их в створки, именно этот глухой перестук я слышал и видел два показавшихся острия наконечников из створок, ну и потом лошадями выдернули всё, что я только что лично наблюдал. Устроившись лёжа у люка, я прицелился в светлый проём и, когда там появились прикрываемые щитами воины, выстрелил, и болт, пробив щит, поразил скрывающегося за ним хозяина, и тот стал оседать, но его место тут же занял другой. В этот раз в строю были и наставники, похоже все пошли. Девять их, так и есть. Один-двое должны быть снаружи, с луком наготове, вдруг я какую каверзу приготовлю. А я приготовлю. Ещё о чём я успел мельком пожалеть, что не успел лестницу втянуть наверх, только толкнул ногой, чтобы та упала, и всё.

После выстрела я сразу откатился в сторону, и мимо пролетели стрелы, вонзаясь в потолочное покрытие, да что-то внизу в закраины люка. Единственный выстрел я сделал, теперь быстро натягивал тетиву, чтобы наложить следующий болт, но не думаю, что мне дадут сделать ещё один, наверняка проём люка под прицелом нескольких лучников. Однако и у меня есть секреты, как их обмануть. Взяв на нож шлем, я показал его над краем, и его тут же сбило несколькими стрелами, что позволило мне стремительно показаться и снова выстрелить из самострела, сразу же укрывшись. Из восьми воинов, что вошли в сарай – девятый лежал с пробитой болтом грудью у входа, – пятеро стояли там же, трое с луками были, как раз накладывали на тетивы следующие стрелы, двое прикрывали их щитами, хотя было ясно, что особо это не спасает от моего самострела, и когда эти трое выстрелили на мою обманку, я сам ответил выстрелом. В лучника, это был один из наставников. Не увернулся и щитами не прикрылся, попадание точно в рот пришлось. Готов.

А вот где трое других воинов и ещё один наставник, я мог только предполагать, скорее всего подо мной, освобождают пленника, что был там привязан. А ведь хотел его сюда поднять, да решил, что успею, как с трофеями закончу, так и сделаю, вот и сделал. Татары оказались быстрее. Тоже авоськал, и вон оно как получилось. Услышав ржание коней, я понял, что они ещё и мои четвероногие трофеи решили забрать, на это я пойти уже не мог, вскочив и надев шлем, просто сверху, как шапку, кольчуга и так была на мне, я рванул к грузовому боковому люку наружу с самострелом в руках и просто выпрыгнул во двор. Единственный лучник, что ждал меня снаружи и держал на прицеле этот проём, моё появление банально проспал, так что в полёте я выстрелил в него и попал в живот. В грудь, правда, целил, но и так неплохо. А тот промахнулся, стрела в пустой уже проём ушла, успел натянуть и спустить. Отбросив самострел, я перекатом погасил скорость и, выхватив сабли, бросился к тем, что стояли у ворот спиной ко мне, но они уже поворачивались, отреагировав на шум. Мои пропеллеры, в которые превратились клинки сабель, не дали им никаких шансов, срубил всю четвёрку и рванул внутрь сарая, но, чуть меня не сбив, во двор вынеслись, разгоняясь, три всадника. Одного я успел кольнуть остриём сабли, хорошо достал, в печень, не жилец, но остальные, мой пленник и тот старший наставник, унеслись со двора не останавливаясь. Ушли, падлы. Третий подраненный спешил за ними, тот, видимо, ещё не понял, что смертельно ранен.

Несмотря на ярость оттого, что эта группа ушла, я ничуть не медлил, быстро пробежался, добив двух подранков, собрался, не забыв лук с колчаном и самострел, который уже зарядил, и побежал к полону. А там никого, лишь следы копыт на снегу. Исчезли и те, что охраняли, и те, которых я упустил, в стороне лежало на одеялах пятеро ордынцев, видимо раненные моими стрелами, но я так понял, они перед уходом их сами добили. А вот полоняне были целыми. Не стали те их рубить, времени не было, удрать бы живыми и целыми, вот им что за счастье было. Странно, что на раненых времени хватило. Хотя, может, те и сами померли, вроде кроме ран от стрел больше особо ничего не вижу. А проконтролировать времени нет, местным поручу. Всё это я окинул взглядом и осмыслил, ещё только появляясь тут.