Чтение онлайн

Твари приходили в себя, ворчали и злобно сверкали глазами. Однако почему-то не нападали. Что-то в их настроении изменилось. Медленно отступали, прятались в темноте.

Уходят! – дошло до меня. – Как вовремя!..

Я нашел взглядом Вадима. Лицо бледное, изможденное и угрюмое. Костюм и кольчуга в рваных дырах, но парень вроде жив и здоров. Рядом целая гора собачьих тел. Головы аккуратно отсечены. Края ран ровные, словно резали бритвой или лазером, а не простым мечом… Несколько Гончих все-таки прорвались. Но я зря беспокоился, Вадим смог позаботиться о себе.

Позади друга сидел живой и невредимый колдун. Раскачивался как маятник и тихо пел. Я поморщился – когда же будет обещанное заклятие невидимости? Бой не закончен – это очевидно. Лишь временное затишье, передышка. Псы вернуться, а вместе с ними и Охотник. Тогда точно погибнем…

Вадим махнул рукой. Я кивнул – да, теперь придется сражаться бок обок. Прихрамывая, подбежал к другу. Хлопнул по плечу, хотел сказать что-то ободряющее. Но слова застряли в глотке… Ученик волхва напоминал статую. Лицо восковое как у мертвеца, по лбу стекали крупные градины пота. Глаза вытаращены, рот искривлен в гримасе ужаса. Вадик поднял меч и медленно попятился. Я понял, резко оглянулся и чуть не задохнулся от испуга.

Тьма, что до сих пор молчаливо клубилась в конце улицы, взволновалась и неудержимой океанской волной хлынула вперед. Я услышал тихий шелест, змеиное шипение. Аспидная чернота мгновенно заполонила четверть площади, взорвалась дымными клубами. На меня подуло холодным ветром, лицо и торс осыпало мелкой пылью. Я инстинктивно прикрылся рукой и отшатнулся. А когда вновь посмотрел, то тьма уже опала. Размазалась по площади, обратилась огромной пузырящейся лужей. От памятника остался жалкий огрызок, псы исчезли.

Посреди лужи появился горб огромного пузыря. Размером с приличный гараж, стенки антрацитово-черные, упругие как резина. Я испуганно отпрянул – если взорвется, то плохо станет всем. Но пузырь не лопнул, а медленно и величаво раскрылся как бутон цветка. Лепестки опали и слились с остальным мраком. На фоне кровавого неба показался силуэт всадника…

Это было как обухом по голове. Колени подогнулись, и я встал в раскорячку, как корова на льду. Еле успел развести руки, сохранил равновесие. Кожу лизнул страшный холод, мышцы задеревенели. Не мозгом, но каждой клеточкой тела я ощутил чужой разум. Чудовищный, чуждый всему земному и подчиняемый одному основному желанию – голоду. Голова затрещала под напором ужасных образов, что стучались в мозг вместе с кровью. Мысли охотника ощущались почти физически, казались холодными и скользкими как дождевые черви…

Демон не выглядел чудовищем – вылитая из черноты статуя лошади с сидящим на ней мелким худосочным существом. Лицо наездника – безликая маска. Ни глаз, ни ушей или рта. Лишь мерцающие голубоватым призрачным светом щели глаз. Но именно взгляд Охотника оказался гаже всего. Мой разум едва не утонул в потоке образов и желаний, что исторгали глаза Проклятого.

Охотник пошевелился, конь медленно ступил вперед. Клочья черного тумана потянулись следом, жадно впивались в асфальт. Я пошатнулся, заскрипел зубами и попятился. Огненная волна прокатилась по венам, хлынула в руки. С выставленных вперед ладоней сорвались два узких пучка яркого золотистого света. Прорезали алые сумерки подобно клинкам и ударили в Проклятого. Охотник взорвался облаком кипящей черноты. Шипение стало тише, в нем послышалась растерянные нотки. Отлично! Значит, бороться можно…

Я быстро глянул на друга. Ученик волхва необычно бледный, глаза лихорадочно блестели. Но держался молодцом. Лицо непроницаемое, спокойное. Только по нахмуренным бровям и поджатым губам видно, какие усилия прилагал, чтобы погасить страх. Вадим до хруста в пальцах стискивал рукоять меча. Клинок подрагивал, просился в бой…

Колдун пришел в себя, поспешно раскладывал перед собой камешки и деревяшки, отрывисто лаял заклятия. На минуту отвлекся и пробормотал:

– Почти готово. Задержите еще немного.

– Колдун, ты в своем уме? – рыкнул Вадим.

– В своем, – отмахнулся мистик и сверкнул глазами. – Я не прошу ничего сверхъестественного…

Речь Платона заглушил заунывный вой ветра. Пока мы разговаривали, Охотник снова обрел плоть и теперь приближался. Шаги коня получались медленными и заторможенными, словно преодолевал сопротивление толщи воды. Перед копытами катилась волна густой черноты, разжижала и поглощала асфальт. Всадник неподвижно восседал на крупе, сверлил нас взглядом сияющих потусторонним светом глаз. От демона расходились мощные волны холодного воздуха. Я невольно закрылся рукой и отступил на шаг. Волосы трепало, с тела срывало те жалкие лохмотья, в которые превратилась одежда. Над головой засвистели мелкие камни, в грудь и лицо ударило облако пыли и сухих листьев.

Виски сдавило. Я почувствовал, как невидимая сила пытается взломать разум. Мерзкие щупальца давили на сознание, вскрывали один слой за другим. Демон решил атаковать сразу на нескольких уровнях… Но почему медлит? Почему не нападет быстро и стремительно?

Друга тоже зацепил мысленный удар. Той защитой, что была у меня, Вадим не обладал. Упал на колени, застонал и схватился за голову. Глаза затянуло пеленой жуткой боли, кожа посерела еще больше. Но каким-то запредельным усилием Вадику удалось справиться со слабостью. Лицо исказила гримаса ярости и угрюмой решимости. Пальцы сделали хватательное движение, будто сжимали невидимую шею. Я бросился помогать, но ученик волхва остановил жестом. Резко поднял голову и с ненавистью посмотрел на Охотника. Пошарил по поясу, засунул кисть в мешочек с землей. По пальцам Вадима растеклось бледное золотистое свечение. Друг поднял меч и начертал в воздухе круг пересеченный несколькими линиями. За острием клинка потянулся след из белых светящихся пылинок. Едва контур замкнулся, я ощутил магию. Фигура полыхнула и полетела в демона.

– Опробуй на вкус! – прорычал внук Велимира.

Громыхнуло так, что заложило уши. Площадь осветила ярчайшая вспышка, дома и деревья содрогнулись. В озере тьмы появилась широкая прореха, к алому небу взметнулись брызги черного тумана. Но покров мрака тут же успокоился, Охотник появился гораздо быстрее, чем в прошлый раз.

Вадим встал на ноги и вновь поднял меч. Второе огненное колесо прорезало темноту. Взрыв получился гораздо слабее. Тьма словно живая отхлынула с дороги. Знак задел лишь дальний край смолистого озера. Расплескал и разбил, но прежнего эффекта не дал. Ученик волхва закричал, шагнул вперед. Кончик меча быстро заплясал в воздухе, разбрасывал веер белой пыли. Я проникся настроением, ударил по тьме тонким лучом чистой силы. Что-то подсказало – надо именно так. Фокус с управлением землей или молниями не пройдет. Мрак с легкостью пожрет. А вот солнечный свет ему явно не нравился. И точно – золотистая игла перечеркнула Охотника, разрезала на две половины и вонзилась в лужу. Тьма зашипела и забурлила, словно вода в котле. Вдогонку ударила фигура Вадима, заставила черноту отступить.

Наверное, это была странная битва. Воюющие стороны – два изможденных человека и океан черноты, в котором иногда появлялся силуэт всадника. Поле боя – площадь разрушенного города… Но в тот момент, я меньше всего думал, как выглядим со стороны. Меня сотрясало от ярости, я сам превратился в сгусток гнева. Кричал, бил лучами силы. А рядом стоял Вадим, быстро рубил клинком воздух. Яркие вспышки следовали сплошной чередой. Отблески играли на стенах домов, отражались в осколках стекол. Земля дрожала, по асфальту разбегались паутины трещин. В обломках ревел и выл ветер, нас сбивало с ног горячими и холодными волнами. Уши закладывало грохотом. Но, несмотря на выпады, тьма упорно наступала, пожирала пространство. Озеро черноты кипело и бурлило, выстреливало дымными нитями. И пядь за пядью отвоевывало площадь…

Первым выдохся я. Кураж оставил, одновременно навалилась слабость. Голова закружилась, а к горлу подкатила тошнота. Я пошатнулся, едва не потеряв сознание. Аккуратно присел на колено и перевел дух. Сердце постепенно замедлило бег, в мозгу немного очистилось. Остались жалкие крохи энергии, хватит только на пассивную защиту. В запале потратил без оглядки. И похоже зря, на тьме удары никак не отразились…

Вадим еще ярился, бил знаком. Но друг тоже устал, держался на упрямстве и злости. Я ощутил, что сил у него осталось очень мало, ударов на пять. А озеро мрака наступало все быстрее. Черные щупальца уцепились за ближайший дом, начали обволакивать. Здание содрогнулось от фундамента до крыши, заскрипело и застонало, начало оплывать как масло на солнце.