Чтение онлайн

Максон попытался было что-то сказать, но передумал.

– В любом случае задай себе вопрос, действительно ли она, – король снова кивнул на меня, – тот человек, с которым ты можешь прожить всю жизнь. Она склонна к театральным эффектам, эгоистична, жадна до денег и, если уж быть совсем откровенным, обладает ничем не примечательной внешностью. Посмотри на нее внимательно, сын.

Максон бросил на меня взгляд, задержавшись на миг на моем лице, прежде чем я отвела глаза, чтобы не участвовать в этом унижении.

– Даю тебе на раздумья несколько дней. А сейчас нужно разобраться с прессой. Эмберли?

Королева поспешно подошла к королю и взяла его под руку. Королевская чета удалилась, оставив нас с Максоном ошеломленно стоять в одиночестве.

Немного помолчав, Максон подошел ко мне и протянул руку, чтобы помочь подняться.

– Спасибо.

– Думаю, мне тоже надо идти. У них наверняка найдется о чем меня спросить.

– Это было довольно заманчивое предложение, – заметила я.

– Пожалуй, самое щедрое из всех, что я слышал от него.

Я не хотела знать, рассматривает ли Максон его всерьез. Сказать больше было нечего, и я молча протиснулась мимо него и отправилась к себе в комнату, надеясь заглушить бурю чувств, которая бушевала у меня в душе.

Служанки сообщили, что сегодня все будут ужинать в своих комнатах, а когда я никак не отреагировала, великодушно оставили меня в одиночестве. Я лежала на постели, погруженная в печальные мысли.

Ведь сегодня я поступила так, как должна была поступить, разве нет? Я верила в справедливость, но Осуждение не имело к справедливости никакого отношения. И тем не менее я продолжала задаваться вопросом, добилась ли чего-нибудь на самом деле. Если тот человек действительно был врагом короля, а я полагала, что был, значит король найдет способ разделаться с ним. Тогда, выходит, все было зря?

К тому же, хотя на фоне всего остального это и казалось пустяком, я не могла выкинуть из головы мысли о француженке. Почему Максон ни разу не упомянул о ней? Она часто бывала во дворце? Почему он утаил от меня факт ее существования?

В дверь постучали, и я решила, что принесли ужин, хотя было еще немного рано.

– Войдите, – крикнула я, потому что вылезать из постели не хотелось.

Дверь приоткрылась, и в щелку просунулась темноволосая голова Селесты.

– Ты не против компании? – поинтересовалась она.

Из-за плеча у нее выглядывала Крисс, а позади нее я заметила Элизу.

Я уселась на постели:

– Нет, конечно.

Они одна за другой прошмыгнули внутрь, оставив дверь приоткрытой. Селеста, в очередной раз ошеломив меня своей искренней улыбкой, без приглашения забралась на постель. Я, впрочем, не возражала. Крисс последовала ее примеру, устроившись у меня в ногах. Элиза, верная себе, благопристойно присела на самый краешек постели.

Крисс, понизив голос, задала вопрос, который наверняка не давал покоя всем:

– Он ничего тебе не сделал?

– Нет. – Потом я поняла, что это не вполне правда. – Он меня пальцем не тронул, если ты об этом. Просто довольно грубо уволок.

– Что он сказал? – поинтересовалась Элиза, теребя в пальцах ткань платья.

– Что недоволен моей выходкой. Если бы решение зависело от короля, меня бы здесь уже не было.

Селеста коснулась моего локтя:

– Но решение зависит не от него. Максону ты нравишься и народу тоже.

– Не уверена, что этого достаточно.

«Для любой из нас», – добавила я про себя.

– Извини, что накричала на тебя, – тихо произнесла Элиза. – Просто я расстроилась. Я так стараюсь держаться хладнокровно и уверенно, но, что бы я ни делала, все без толку. На фоне остальных я все равно выгляжу бледно.

– Ты не права, – возразила Крисс. – Каждая из нас по-своему дорога Максону. В противном случае нас бы здесь не было.

– Он просто боится объявить трех финалисток, – парировала Элиза. – После того как девушек останется трое, он должен сделать окончательный выбор в течение скольких дней? Четырех? Он держит меня здесь ради того, чтобы оттянуть этот момент.

– А может, он держит ради этого меня? – подала голос Селеста.

– Послушайте, – сказала я, – после сегодняшнего, видимо, следующей уйду я. Рано или поздно это должно было случиться. Я совершенно не гожусь для этой роли.

– Да уж, на роль Эмберли не годится ни одна из нас, – хихикнула Крисс.

– Я слишком люблю эпатировать людей, – с улыбкой призналась Селеста.

– А я лучше спрячусь, чем буду делать половину из тех вещей, что делает она. – Элиза втянула голову в плечи.

– А я слишком строптивая. – Я пожала плечами, признавая свои грехи.

– У меня никогда не будет ее уверенности, – печально произнесла Крисс.

– Ну вот. Мы все не без изъяна. Но Максон должен выбрать одну из нас, так что беспокоиться уже без толку. – Селеста покрутила в пальцах угол одеяла. – Но, думаю, никто не станет возражать, что любая из вас будет лучшей кандидатурой, чем я.

После напряженного молчания Крисс спросила:

– Что ты имеешь в виду?

Селеста в упор взглянула на нее:

– Ты отлично это знаешь. И все знают. – Она сделала глубокий вдох и продолжила: – Мы уже обсуждали тему с Америкой, а на днях я поговорила с моими служанками, но перед вами двумя по-настоящему так и не извинилась.

Крисс с Элизой переглянулись, потом вновь устремили взгляды на Селесту.

– Крисс, я испортила тебе день рождения, – выпалила та. – Тебе единственной выпал шанс отпраздновать его во дворце, а я лишила тебя такой возможности. Прости меня, пожалуйста.

Крисс пожала плечами:

– В конечном итоге все сложилось вполне удачно. Мы с Максоном тогда благодаря тебе отлично поговорили. Я уже давным-давно простила тебя.

Мне показалось, что Селеста готова расплакаться, но она натянуто улыбнулась:

– Это очень великодушно с твоей стороны, потому что я сама простить себя не могу. – Селеста промокнула ресницы. – Просто я не знала, как завладеть его вниманием, вот и решила украсть его у тебя.

– Тогда я чувствовала себя ужасно, – отозвалась Крисс, – но сейчас действительно не держу на тебя зла. Все в порядке. По крайней мере, меня не постигла судьба Анны.