Чтение онлайн

«Как же медленно он ходит, — думал Ник. — На такой скорости мы до Нижнего Новгорода через год доберемся, не раньше».

Но вот дуб наконец-то доковылял до деревни, и домовые радостно запрыгали вокруг него с криками:

— Какая хорошая опора! Отлично будет держать нагрузку!

— Не бойся их, они на самом деле добрые, — предупредил Ник своего питомца. — Мы на тебе домик построим. Обещаю положить туда разных книжек, чтобы ты стал еще умней!

Стройка началась почти сразу. У домовых была своя методика. Они быстро-быстро взбирались на деревья, как маленькие медвежата, а потом обрубали ненужные ветки и отпиливали бревна прямо на весу. Полученные таким образом материалы перебрасывали прямо на верхушку прирученного дуба. Очень скоро там начал расти небольшой домик. На следующий день состоялся поход в лес за второй курьей ногой. Николас потратил еще больше времени на поиски подходящего дерева, зато приручить его смог сразу же. Оказалось, все дубы обожают, когда их хвалят за ум.

Так у избушки появилась вторая нога. Только тогда все начали всерьез обсуждать предстоящее путешествие. Оливия думала, как поднять кровать с мастером Гримгором на двухметровую высоту. Дарья Муромская прикидывала, из какого окошка удобней будет стрелять. Николас пытался представить, как же пойдет эта массивная и неповоротливая штуковина. Евфросиния Александровна просто переживала. Она боялась отпускать Ника с Оливией, а еще больше боялась оставлять детей и мужа.

Тем временем домовые принялись украшать избу резными фигурками и узорами. Ничего такого в чертежах не предусматривалось, но маленькие зодчие слишком разошлись. В результате получился скорее пряничный домик на палочке, а не мрачная избушка на курьих ножках.

Теперь, когда курень был почти что готов, нужно было научить его ходить. На этот счет в древней книге имелись особые инструкции. Рано утром поставили высокую лестницу и подняли наверх большую кадку с землей. Поставили ее в самом центре меньшей комнаты. Евфросиния Александровна прочитала над землей древнее заклинание, а Николас велел прирученным дубам запустить корни наверх в кадку. И они послушались! Массивные узловатые отростки потянулись вверх по стволам, пробились через пол избы и заползли в кадку. Евфросиния Александровна прочитала еще одно заклинание, Оливия полила корни водой. А они даже в кадке продолжали крутиться, борясь и переплетаясь, как будто не могли найти себе места. Наконец, успокоившись, корни образовали нечто похожее на странную уродливую голову.

— Вот теперь курень сможет ходить, — объявила Евфросиния Александровна. — Николай, ты — возничий, тебе управлять ногами избушки.

Ник растерялся. Вот так сразу управлять? Но Оливия и Евфросиния Александровна смотрели на него.

— Дубы, вперед! — скомандовал Николас.

Избушку тряхнуло так, что Оливию подбросило до потолка. Потом пол зашатался, и Ник полетел кувырком. Стена избушки оказалась внизу, дверь со скрипом открылась и закачалась на петлях. Николас едва не вывалился через зияющий проем. На мгновение курень застыл, а потом вновь взбрыкнул и подбросил своих обитателей под потолок. Что-то явно пошло не так! Ник с трудом добрался до окна и высунулся наружу. Мальчик успел заметить, что избушка скачет на двух своих дубовых ногах. Следующий прыжок больно ударил Ника об раму. Мальчик вскрикнул и вывалился из окна. Он почувствовал, что летит, но его тут же поймали за ноги и втащили обратно в избушку.

— Дубы, стоять! — воскликнул Николас.

Домик еще раз тряхнуло, а потом он замер. Оливия потирала ушибленный бок. Евфросиния Александровна строго смотрела на шамана-недоучку.

— Нужно было, чтобы они делали шаги по очереди, а не прыгали… — начал извиняться Ник. — Но ничего, сейчас все получится!

— Пожалуй, мы лучше подождем тебя снаружи, — рассмеялась Оливия.

— Как хотите…

Оставшись один, Ник притворил дверь на щеколду, обмотался одеялом, забился в угол и покрепче схватился за бревна. Теперь можно было командовать.

— Приготовьтесь, — сказал мальчик дубам. — Шагать станете по очереди. Я буду командовать — левой-правой!

Выждав немного, Ник отправил курень в поход. Поначалу жутко трясло и шатало из стороны в сторону, через час тренировок шаг заметно выровнялся. Только тогда мальчик понял, что все это время избушка двигалась прямо и уже ушла на приличное расстояние. Ник открыл дверь и огляделся. Ходячий курень оказался в диком, густом и незнакомом лесу. Через него тянулась ровная просека из погнутых и поломанных деревьев. Ведь избушка шла, не разбирая дороги и не замечая препятствий. На мгновение Ник почувствовал себя таким одиноким и беззащитным в диком зеленом море.

— Ерунда! Нужно развернуть избушку и отправить обратно домой! — сказал мальчик сам себе.

— Дубы, развернуться! — скомандовал Ник.

Курень зашатался, заходил ходуном, но без толку.

— Конечно же, дубы не умеют разворачиваться, я же их не научил. — Николас нахмурился и попытался представить себе разворот избушки. Когда это удалось, он снова начал командовать: — Левой! Левой! Левой!

Курень начал разворачиваться через правое плечо. Так Николас направил избушку обратно, по протоптанной просеке, и вернулся в деревню еще дотемна.

Весь следующий день ушел на сборы. Кровать с колдуном затащили наверх и поставили в большей, передней комнате. Потом на веревках начали поднимать съедобные и несъедобные припасы. Запаслись водой, соорудили раскладную лестницу и к вечеру отправились в путь на восток. Оливия и Дарья Муромская устроились возле постели мастера Гримгора. Иногда дочь колдуна недобро зыркала на девушку-егеря, но ничего не говорила. Рысь Муся дремала у ног хозяйки, Стеша крутилась возле варенья. Николас смотрел вперед в окошко и командовал дубами. Прирученные черпак и топор периодически поднимались в воздух, пытаясь выполнить команды левой-правой. Юному шаману приходилось их постоянно успокаивать. Евфросиния Александровна топила печку и месила тесто. Она решила ненадолго покинуть свою семью, убедиться, что путешественники не расквасят нос в ближайшем овраге, а потом вернуться домой. Поход проходил идеально, и на следующее утро Евфросиния Александровна решила покинуть ходячий курень.

— Вижу, вы тут сами отлично справляетесь, — сказала она, села, скрестив ноги, поднялась в воздух и улетела обратно в заповедник.

Йоговская левитация над верхушками деревьев смотрелась весьма впечатляюще. Стоило Евфросинии Александровне скрыться, как из-за печки показалась лохматая голова Тимофея Спиридоновича.

— Блинчики остались? — прошептал домовой.

— А ты здесь откуда?! — удивился Ник.

— Да вот подумал, куда же вы без меня. Пропадете! Да и курень получился — загляденье, негоже такой оставлять на произвол судьбы людишкам несмышленым.

Тимофей Спиридонович быстренько подбежал к двери и выглянул наружу. Евфросинии Александровны уже и след простыл.

— Улетела, значит? — спросил домовой.

— Ага.

— А я думал, сделала вид да меня подкарауливает…

— Это еще зачем? — удивился Николас.

— Как это зачем? — еще больше удивился Тимофей Спиридонович. — Я же лучший домовой в заповеднике! Самый хозяйственный! Без меня у них разруха наступит и запустение!

Николас только головой покачал. И откуда такое самомнение?

Путешествие куреня на дубовых ножках только начиналось, а поход армии зомби на Москву столкнулся с серьезными трудностями. В тот день был самый разгар Нижегородской ярмарки. Кипела бойкая торговля, целая флотилия барж, баркасов, пароходов и лодочек заполонила устье Оки. Суда Морозова пришли со стороны Волги и увязли в скоплении речных корабликов. День был жаркий, и от армии зомби потянуло мертвечиной. Среди торговых судов началось волнение. Паровой ботик охранного приказа принялся сновать туда-сюда в поисках источника заражения. Разоблачение казалось неизбежным.