Чтение онлайн

– Мы? – Если бы технически это было возможно, брови над стеклянными глазами приподнялись бы в наигранном удивлении. – Вы и я?

– Он – твой создатель, – напомнила магиня. – И он в беде. Разве ты не хочешь ему помочь?

Неуклюжее движение механического тела, видимо, означало неопределенное пожатие плечами.

– Зачем? – спросил он снова. – Какая мне выгода в его спасении?

Адалинда сдержалась, но прислушивавшаяся к их разговору кошка, с минуту назад вошедшая в гостиную и устроившаяся в одном из кресел, зло зашипела.

– Дориан создал тебя, – повторила женщина. – Подарил тебе жизнь. Разве не правильно будет отплатить ему тем же?

– И, если понадобится, обменять свою жизнь на его? – уточнил Джек. Едкая усмешка, которая не могла появиться на его лице, промелькнула в голосе. – Не рассчитывайте. Я уже понял, насколько опасно даже просто находиться рядом с вами, и не собираюсь рисковать тем малым, что еще имею.

Магиня смерила его неприязненным взглядом.

– Да, – протянула, скривившись. – Ты действительно похож на настоящего человека: в тебе так же мало человечности.

– Достаточно, – уверил Джек, пытаясь копировать ее тон. – Однако склонности к самопожертвованию я лишен напрочь. Если, конечно, на то нет веских причин.

– Причины есть. Ты живешь, пока жив Дориан. Только его дар поддерживает в тебе то, что ты считаешь жизнью. Если он погибнет…

– Погибну и я. Возможно. Но вы не знаете этого наверняка. Предложите что-нибудь другое.

– Издеваешься? – рассердилась Адалинда. После бессонной ночи, полной потрясений и надежд, расчетливая беспристрастность машины, смешанная со вполне людским равнодушием, нешуточно ее бесила. – Раз на то пошло, мне не нужно твое согласие. Ты – вещь, и я могу использовать тебя так, как мне заблагорассудится.

– Будь это так, вы не начали бы этот разговор, – парировал Джек невозмутимо. – Как вещь я весьма неудобен и очень тяжел.

– Ладно. – Магиня устало махнула рукой. – Назови свои условия.

– Деньги.

– Деньги? – удивилась Адалинда. – Зачем тебе деньги?

– Не мне. Эбигейл. Деньги. Сразу. Сегодня. Новые документы. Дом, где ее не найдут.

Эбигейл – этот козырь Адалинда придерживала до поры, но Джек первым открыл карты.

– Хорошо, – согласилась магиня. – Но сегодня не получится. Понадобится минимум два дня.

Выдержав небольшую паузу, Джек кивнул.

– Странно получается, – продолжила она. – Помочь Дориану ради самого Дориана ты отказываешься, хотя обязан ему самим своим существованием. А ради Эбигейл соглашаешься. Почему?

– Для мэтра Дориана я был лишь экспериментом. Игрушкой. А Эби всегда относилась ко мне как к человеку. Теперь я раздаю долги.

– Во сколько же, позволь узнать, ты оцениваешь свой долг перед Эбигейл?

– Десять тысяч.

Десять тысяч. Цифра эта крепко засела в голове… или еще где-то.

Джек не разбирался в таком, не понимал цены денег, но тот, другой, считал, что этой суммы будет достаточно для Эби. Немало, чтобы хватило на безбедную жизнь, на содержание уютного домика, на новые красивые платья, шляпки и шелковые чулки. Но и не слишком много. Большие деньги влекут за собой большие проблемы – так думал другой, и Джек соглашался с ним: он не хотел, чтобы у Эби были проблемы.

– Договорились, – кивнула Адалинда, принимая его условия. – Десять тысяч, дом и чистые документы для Эбигейл.

Джек собирался сказать, что она неверно поняла, и это с учетом стоимости дома – десять тысяч, но другой решил, что так даже лучше.

Решил… Решил бы?

Иногда он путался, думая о другом, был он или все еще есть.

Но в любом случае он часто выручал его. Он или его память, в которой Джек находил ответы и подсказки.

Например, как обезопасить себя от участи быть разобранным на кусочки в процессе изучения. Ведь не было никакого механизма самоуничтожения, мэтр Дориан и не думал ни о чем подобном, создавая его. А другой подумал. Непонятно зачем, но подумал, и это сработало.

Блеф. Другой знал, что это такое. А у Джека, следовавшего его советам, хорошо получалось: неподвижное лицо, лишенный эмоций голос – еще никто не догадался, когда он говорил неправду.

Ранбаунг не догадался. Адалинда, кажется, тоже.

Джек все равно помог бы ей найти мэтра Дориана. У него были для этого причины. И у другого они были. Благодарность? Благодарность. Долг. Сострадание еще. Человечность – она сказала? Да, человечность. Но не только. Желание жить, его собственное и то, что досталось с чужой памятью. Без Дориана он погибнет. А с ним… Джек велел себе не думать пока об этом. Сначала нужно устроить судьбу Эби. Она достаточно уже перенесла по чужой вине и не должна пострадать снова.

– К завтрашнему вечеру постараюсь все устроить, – пообещала Адалинда. – У меня есть человек, которому я могу это поручить. Но время не ждет, ты же понимаешь?

– Что от меня потребуется?

– Для начала – покопаться в воспоминаниях, своих и Эйдена. Особенно о последнем дне. О последних минутах жизни. Мерита убили, ты ведь знаешь это? Знаешь кто?

– Нет. Я… Он не видел. Только вспышка и боль.

Джек ответил честно и тут же испугался, что такая честность покажется магине бесполезной, а с этим и сам он, и Эбигейл, на которую жаль станет тратить деньги. Но женщина, задумавшись о чем-то, отмахнулась:

– После вернемся к этому. Тут нужен Фредерик… А что ты скажешь о нашем госте? О поваре?

Другой усмехнулся… усмехнулся бы:

– Он хорошо готовит. Телятина с грибным соусом в его исполнении – кулинарный шедевр.

– Ну хоть на кухне пригодится, – рассудила Адалинда.

Поднялась, поправила платье и вышла из гостиной, ничего больше не сказав.

Видимо, отправилась к Блэйну. Хотя вряд ли затем, чтобы распорядиться насчет обеда.

Пробуждение сложно было назвать приятным. Тонкие пальцы, сжавшие запястье, казались ледяными. Вонзившаяся в вену игла – раскаленной. Не в силах пошевелиться, Скопа открыл глаза, но не разобрал ничего в затопившем комнату тумане. В следующий миг кровь наполнилась огнем. Жар разлился по телу и камнем застыл в груди, затрудняя биение сердца. Голова закружилась, а дыхание сделалось сухим и горячим, как ветер пустыни.

– Доброе утро, господин повар, – послышался над ухом голос Адалинды Келлар. – Прошу прощения за неудобства. Они временные, поверьте.

Насмехалась, мерзавка…

– Сейчас вы сможете встать, но не делайте резких движений… во избежание болезненных ощущений.

Предупреждение немного запоздало, и Скопа, рывком поднявшийся с пола, согнулся пополам, стиснул зубы и схватился за голову.

– Не так быстро, господин повар, не так быстро. Вашему организму понадобится несколько минут, чтобы адаптироваться к новым условиям.