Чтение онлайн

Рузвельту поднятый вопрос был явно против шерсти, разработанный Бруком план предусматривал «быструю накачку» Финляндии войсками и авиацией для флангового удара от Ленинграда на Москву. Настроение народа Финляндии, третий год сидящего в окопах на «бесполезном фронте», в условиях жесткой карточной системы и на полуголодном пайке, не учитывались. Финны устали от войны. Надежды 41-го года растаяли осенью сорок первого, когда ни взять, ни окружить Ленинград не удалось. Их наступление было тоже остановлено, и их отбросили за реку Свирь, выбили с левого берега полностью. При этом РККА сумело захватить и удержать плацдармы на её правом берегу. Но фронт остановился, незначительные боестолкновения, с целью улучшить положение осуществляла только 7-я армия. 14-я – провела успешное наступление в районе Мурманска, где, в основном, базировались немцы. В ходе двух наступлений советские войска вошли на территорию Норвегии, отрезав немцев от богатых никелем месторождений в районе Колосъйоки. Финны обратились и к Америке, надеясь таким образом закрепить за собой завоевания 20-х годов. Рузвельт им пообещал поддержку, но это было до того, как он прокатился на новом русском самолете. Теперь приходилось выкручиваться, тем более, что перед этим был положительно решен вопрос о продолжении поставок топлива для ВВС СССР. Мешала и глобальная задача: требовалось закрепить международными договорами отрыв трех колоний Великобритании от метрополии. Вступая в войну на Тихом океане и в Европе, Америка рассчитывала на приобретении этих территорий. Ведь ее «обошли» при дележе мира! В тот момент, когда его делили, она сама была колонией Англии. Приходилось наверстывать упущенное, этот процесс начали еще при Вудро Вильсоне. Экспансия начала развиваться в направлении безжизненных островов в Карибском бассейне и на Тихом океане. Будущей империи требовались фосфаты, чтобы «завалить Европу хлебом». Ну и немного заработать на хлеб с маслом и толстым слоем икры. Аппетиты росли, и вот уже кресло Президента толкают два филиппинца, хотя долгое время Филиппинами владела Испания. Филипп был ее королем, некогда. Взвесив аргументы, Рузвельт начал говорить о крахе политики колонизации. Это потому, что в колониях существовал закон, ограничивающий доступ иностранных государств на рынок колонии. Только через метрополию. Этот закон дискриминирует само понятие «свободный рынок»! Короче, а не может ли господин Сталин не возражать против того, что мы немного ощиплем Великобританию? Ну, а с Финляндией – сами разбирайтесь, голые скалы нам не слишком нужны. Да и, к тому же, у них там с демократией все в порядке, потому, что нефти нет. Так что, проводите принуждение в миру, господин Сталин, мы не возражаем! Потому, что доставить туда солдат и авиацию в новых условиях будет весьма проблематично. Но поддержите нас с вопросом Индии, Австралии и Новой Зеландии. Далее Рузвельт сумел развернуть разговор в сторону создания Организации Объединенных Наций, в составе 35-ти государств мира. И создании «мировых полицейских сил» из состава армий четырех государств: США, Англии, СССР и Китая, по замыслу Рузвельта, постоянных участников Совета Безопасности. Под Китаем подразумевался Чан Кай Ши.

Пока лидеры двух стран обсуждали глобальные проблемы, Петр выполнил задание Сталина и оговорил поставку бензинов через Бенгази, Энзели и Бендер-Гез в Астрахань и Баку. Кроме того, американцы согласились, что завод в Плоешти, принадлежащий американской Стандарт Ойл, начнет свою работу только в интересах СССР, и передавать топливо для группировки в Италии не будет. На чем активно настаивали американцы еще совсем недавно. Передавались по Ленд-лизу и четыре танкера, которое подогнали американцы для вывоза нефти из Румынии. Благодаря этому СССР получил возможность доставлять нефть в Констанцу из Новороссийска, и перерабатывать ее на более производительных НПЗ с каталитическими ректификаторами. Там вырабатывался Б-100 и Б-95, а не 55-й, как у нас на всех заводах. Революция в Румынии еще не произошла, и король Михай еще серьезно рассчитывал на орден Победы!

На следующий день Верховный сообщил Черчиллю и Рузвельту пренеприятнейшее известие: войска 2-го Прибалтийского, 1-го и 2-го Белорусских, 1-го, 2-го, и 3-го Украинских фронтов перешли в решительное наступление. Форсированы Одер и Варнов, бои на Зееловских высотах, взят город Росток. Южнее Берлина – город-крепость Коттбус. Советская армия пошла на решительный штурм последних укреплений немцев, подготовлено окружение Берлина. Развернулись бои за Будапешт и Вену.

А в Тегеране говорили о мире, всем мире. Его делили! Прочерчивались будущие границы, говорилось о суммах репараций, предпринимались попытки договориться со Сталиным о собственных зонах контроля в Европе. Обсуждали американо-английский план раздела Германии на пять частей, границы Польши. Много, о чем говорили. А Петр «катал» представителей «союзников», поголовно с «птичками» на петлицах и погонах. Устраивал показательные бои между «Тандерболтами», «Спитами», «Лайтнингами» и «Мустангами» с нашими самолетами. Здесь были «ГГ-3срв», «ГС-5» двух модификаций и «ПС-185». Были «спрятаны в рукав» все наши основные козыри: стандартная «собачья свалка», то есть проверялась маневренность, обзор и навыки личного состава. В эскорт вошли истребители довольно высокого уровня, почти все имели более 15 сбитых и носили звезду Героя. Сам Петр тоже «развлекся и размялся», тем более, что возглавлял восьмерку «ГС-5» майор Осадчий, Тарас, его бывший ведомый, теперь командир 4-го ГИАП Балтфлота. Их пара доказывала, что равных им, и их машинам, в воздухе Тегерана просто никого нет, хотя в составе сквадронов сопровождения обоих лидеров западных стран были очень неплохие летчики. Так как новости с фронтов поступали регулярно и хорошие, то споры о будущем мироустройстве принимали все более и более острый характер. Лидеры трех стран разлетелись в разные стороны, не сумев выработать совместного коммюнике. Обострились отношения как внутри западной группировки, так и между Западом и Востоком. Хотя внешне, на снимках, все демонстрировали полное единство и готовность продолжать начатое дело.

Петр еще раз попытался отговориться от полета в США, так как полученное задание не позволяло ему «отменить» посещение Великобритании, но безуспешно. Сталин обещал «подбросить» конкретное задание по Америке. Машины им сменили, вместо Тараса назначили генерала Хабарова, которого Петр не видел с сорок первого года. Кажется, что у Осадчего будут неприятности. Он и его ребята ляпнули что-то лишнее в не совсем трезвых разговорах последних двух дней пребывания в столице Ирана.

Последний визит Сталин нанес шаху Пехлеви в предпоследний день пребывания, причем, не принимал его у себя в посольстве, а сам прибыл во дворец Голестан, предварительно спросив у шаха: в какое время хозяин страны пребывания сможет принять советского лидера. Лично гарантировал шаху неприкосновенность границ Ирана и вывод советских войск с его территории в течение полугода после окончания войны. Подарил ему самолет и пригласил на обучение в Ленинград в военное училище ВМФ.

После прилета «домой», во Фрайлебен, неделю отрабатывали дозаправку в воздухе «из крыла в крыло». В Англии им запретили ее показывать, эта фишка предлагалась только для Америки. Одновременно можно было заправлять два истребителя сопровождения. Для них были предназначены 18 тонн топлива в крыльевых бомболюках, при загрузке 12 тонн ракет в центральный. Каждую эскадрилью могло сопровождать до 18 самолетов-истребителей. Дурость, конечно, но идея Сталину понравилась, а высказана она и реализована Николаем Николаевичем. Мы с ним рассматривали вопрос о полете вокруг земного шара. Топлива немного не хватало, тогда мы рассмотрели возможность его передачи в полете. Ну, а затем ситуацию «развили». Новый заказ на машины спустили на завод, количество увеличено до 128 штук, дополнительно к строящимся. Это 16 эскадрилий, точнее, 16 полков, так как Голованов подбросил идею, что «тройка» самолетов станет эскадрильей, а «девятка» – полком, то есть самостоятельной воинской частью. Первые испытания самолета, как бомбардировщика, показали, что необходимо иметь две программы продольной балластировки, так как самолет раскачивался при сбросе бомб крупного калибра. Опасно раскачивался. Но кто будет слушать конструктора, когда «надо»! Уже в Англии получили известие, что один самолет пришлось покинуть в воздухе. Погибло два члена экипажа. Вошел в автоколебания и выполнил петлю Нестерова, малого радиуса. Проще, говоря перевернулся вокруг оси крыла. Петра вызвали в посольство в Лондоне, они базировались в Фарнборо. Состоялся долгий разговор со Сталиным, который закончился неожиданно:

– Это то, о чем вы предупреждали?

– Так точно. И настаиваю на моем отзыве отсюда.

– У Вас есть выход из этого положения? Я имею в виду по самой машине.

– Есть! Необходимо удлинить внутреннее «дубль-вэ» и поставить дополнительные флаппероны на этих оконечностях.

– Ваш полет в США не отменяю. Вас сейчас соединят с товарищем Поликарповым. Продолжайте выполнять задание, на короткой машине. Пусть они тоже ошибутся. Погибших товарищей мы представили к званиям Героев. Позаботимся и об их семьях.

– У меня написана новая программа для автопилота…

– Передайте ее через посольство. У них есть возможность быстро доставить ее в Москву. Высылаю вам новое задание и каналы связи. Готовьтесь к перелету в США.

Гибель одного самолета не могла остановить хода истории. Нам увеличили задание на одну единицу. И вышло распоряжение о производстве дополнительных работ по планеру. Насколько я помню, именно катастрофы всех построенных «В-35» привели к тому, что даже в музеях эти машины не сохранились. Несмотря на выдающиеся летные характеристики и замену двигателей на реактивные, врожденные недостатки все равно не дали возможности реально использовать эти машины. Им не хватало продольной устойчивости, и все они закончили свою летную карьеру в виде обломков. Решить эту проблему удалось лишь за три года до смерти их конструктора. Мы же ошиблись на полтора метра по длине в своих расчетах. Для стандартной нагрузки этого хватало, а первая же попытка применить «перегруз» для коротких дистанций, «обычную» операцию в АДД, закончилась катастрофой. Не хватило массы топлива, чтобы уравновесить машину. На втором варианте самолета был четырежды дублирован автопилот и снабжен таким же количеством аварийного питания с собственной электросетью. Целую тонну взлетного веса «съело» это «усовершенствование». Без довольно приличного компьютера машина летать не могла. В общем, намучились мы с ней славно! Ведь за все приходится платить, особенно, если это – дальность! Тем не менее, к февралю 1944 года машины пошли на вооружение как ВВС ВМФ, так и на вооружение АДД. Четыре полка вошли в резерв Ставки. В первую очередь пополнялись они. Еще в декабре 1943-го года мы установили, что в максимальной готовности к вторжению на континент у англичан находятся порты в районе Портсмута. Там находились суда-трубоукладчики и составные части «мобильных портов», предназначенных для переброски значительного тоннажа на неподготовленное побережье. Это чуть в стороне от Па-де-Кале, где сосредоточены основные немецкие силы.

«Войну» против нас англичане начали немедленно после Тегеранской встречи: была разгромлена законспирированная ячейка Коминтерна, через которую наша разведка сумела получить сведения о сепаратных переговорах в Швейцарии. Выдали ее швейцарским властям именно англичане. Укол незначительный. Но достаточно болезненный. После окружения Берлина последовала короткая, но пауза, требовалось подвезти боеприпасы и то самое топливо, запасти которое не сумели осенью. В это время в Берлин зачастили «Москито», Сталину пришлось писать в Лондон и пытаться надавить на него, но в ответ приходили только требования выделить Великобритании зону оккупации. Американцы помалкивали многозначительно, но было понятно, что разреши мы это дело Англии, как аналогичное требование выставит и Америка. 3-го марта, в пятницу, состоялось неудачное покушение на Гитлера, к этому времени Петр уже вернулся в Москву, и на него давили со всех сторон, требуя новые и новые самолеты и ракеты. Тем неожиданнее для него стал вызов в Кремль и поступившее предложение Сталина:

– Мы решили поручить вам командование 1-й истребительной армией ВВС в Германии, которой придаем полностью все новые самолеты резерва Ставки. По нашим данным, Черчилль нашел способ заключить сепаратный мир с Германией. Видимо, не сегодня-завтра состоится устранение Гитлера и Геринга, причем будет объявлено, что они героически погибли под бомбежкой, под русскими бомбами. Руководят заговором Кальтенбруннер, Гиммлер и Канарис. В основном, это – войска СС. Немцы сняли практически все силы с Атлантического вала. Там находятся не более 10 тысяч человек, в основном – остбатальоны, которым сдаваться нам никакого смысла нет. Силы противника определены нами как три свежих армии, при поддержке 11-ю тысячами самолетов и 7-ю тысячами судов и кораблей. Четыре дня назад состоялась пробная высадка, в ходе которой потеряно до 800 человек личного состава, так как отряд был обнаружен немецкими подводниками. У немцев на этом участке 49 лодок-«семерок», предназначенных для обороны побережья. Требуется разработать меры, которые сорвут высадку противника. Ваши предложения?

– Есть возможность объявить о состоявшемся сепаратном соглашении немедленно по подписанию? Именно с территории Германии или стран под их оккупацией.

– Товарищ Ильичев! Вопрос, в общем-то, к Вам!

– Чисто теоретически, «да». Из трех мест: в Норвегии, Дании и во Франции мы имеем такую возможность. Но требуется текст соглашения.

– Товарищ Абакумов, могут ваши люди быстро передать сам текст?

– Предварительный текст у нас есть.

– Товарищ Ильичев, думаю, что этого будет достаточно. Там есть самые главные слова: о борьбе с большевистско-монгольскими ордами в Европе.

– Есть, понял!

– Требуются 10–15 самолетов ДРЛО большой дальности. – продолжил Петр.

– 392-й ОСДРАП в Вашем распоряжении, генерал.

– Извиняюсь, ходили слухи, что немцы не успели взорвать склад мин для подводных лодок в Ростоке.

– Это соответствует действительности, но ничего нам не дает. Наших кораблей в том районе нет.

– Корабли и не требуются, товарищ Сталин. Требуется полоса, неподалеку от складов, и немецкие минеры, которые смогут их подготовить к постановке.