Чтение онлайн

— Да, конечно, вы правы. И всё это понятно. Но… один мой друг как-то сказал, что верит в перерождение. Хотя он, как и мы с вами, был православным. Он был увлечён всяческими, так скажем, не совсем традиционными практиками. Переселение в новое тело, в новый мир. Это не давало ему покоя. А спрашиваю потому, что и меня начала интересовать эта тема.

— Хм… — Степан Андреевич прищурился и переступил с ноги на ногу.

Обо всех этих вещах он сам мне и говорил. Гречихин всегда был не от мира сего, и маялся всякой, как мне тогда казалось, дурью. И после известия о Рагнарёке углубился в тему ещё сильнее. Поехал в экспедицию по Южной Америке. Пытался найти то, что всех нас должно было спасти.

Не нашёл, судя по всему.

Вернее, нашёл, но всех спасти не сумел.

Мои слова должны были заинтересовать Степана Андреевича, пробудить в нём интерес к общению со мной. И я не прогадал.

— А ваш друг занимался интересными вещами. Между нами говоря… — Гречин-Гречихин нагнулся к моему уху. — Я и сам занимался подобным. Искал то, что должно было…

— Эй, Андрей! — из толпы танцующих к нам выскользнула Екатерина. — Хватит прохлаждаться. Присоединяйся! — она попыталась схватить меня за руку и утянуть обратно, но я запротестовал.

— Извини… у меня, чего-то, голова кругом. Шампанского перепил. Я отдохну ещё, а ты иди, танцуй. Я ещё обязательно присоединюсь. Договорились?

Екатерина по-детски надула щёки и прищурилась.

— Ну ты и слабенький… ладно, как скажешь. Bonjour! — она улыбнулась Степану Андреевичу и сделала реверанс. Снова пропала в толпе.

— В императорском поместье есть прекрасный парк с фонтанами. Прогуляемся там? — предложил я. — Хотелось бы послушать ваши мысли по поводу сказанного ранее.

Степан Андреевич забегал глазами по толпе. Кажется, кого-то искал. Но, никого не найдя, произнёс:

— Прекрасная идея. Идёмте.

Мы вышли из огромного шумного зала и, ступая по начищенному до блеска мраморному полу, двинулись к выходу. Когда проходили мимо многочисленных охранников, я заметил, что они никак на нас не реагируют. То есть, как только видели Степана Андреевича, то понимали, что здесь все свои и безопасность под контролем.

Могу сделать вывод, что он завсегдатай в императорских владениях.

В парке было тихо и немного прохладно. Ветер щипал неприкрытое лицо, на меня то и дело спадали оранжевые листья. Осень, как никак. Солнце, весь день согревающее город, выдохлось, и укатилось ближе к горизонту. Небо, испещрённое облаками, покраснело, и стало похоже на водную рябь.

— И, всё-таки, уверен, что всё это возможно, — прервал я молчание. — И вы тоже это знаете. — уставился на Гречихина. — У вас получилось…

— Что получилось? — нахмурился Степан Андреевич.

— Попасть из погибшего мира в этот.

— Да что ты… — мигом взъярился Гречихин. — Ты… — он, вытаращив глаза, шагнул на меня. Я отступил в сторону и выставил передо собой руки.

— Спокойно, почтальон Гречкин, спокойно.

— Я не… — услышав сказанное, Степан Андреевич схватился за грудь. — Я не… — дикие глаза заблестели. — Но ведь…

— Да, это я, Зарецкий.

Здоровяк с непониманием на лице осматривал моё юношеское тело. Он не мог поверить, что я — тот самый Зарецкий Александр. Ведь я выглядел совершенно иначе. Но игнорировать произнесенную мной фразу про почтальона Гречкина он тоже не мог. Ведь только я его так называл.

— Зарецкий? — Степан Андреевич глубоко вздохнул, убрал руку с груди, обернулся и, увидев лавочку, поспешно присел на неё. — Как ты здесь оказался? И почему ты… выглядишь так? И ведь назвался Воронцовым Андреем. Я ничего не понимаю, — он схватился за лысеющую голову. — Всё это какой-то бред.

Я присел рядом с ним и тоже вздохнул. От облегчения.

— Много чего нужно тебе рассказать… но ты, чур, первый. — улыбнулся, разглядывая старого друга.

С другого конца парка раздался мужской смех. Через деревья увидел, как там веселятся охранники.

Чёрт с ними.

Степан Андреевич всё не мог собраться с мыслями и выдать хоть одно слово. Он несколько раз открывал рот, пытаясь начать рассказ, но переставал. Наверное, не мог подобрать слов. Хорошо, я ему помогу.

— Кто-то кроме тебя сумел спастись? — спросил я.

— Нет, — ответил Степан Андреевич и сжал челюсти. Напрягся всем телом, а потом резко расслабился, опустив голову на грудь. — Я единственный, кому это удалось.

Я оказался прав, но от этого ни секунды не чувствую себя счастливым.

— Выходит, не единственный.

Он вдруг вперился в меня взглядом, а потом подскочил и сжал в объятиях.

— Сашка…! — одновременно с радостью и грустью произнёс он. — Неужели я здесь теперь не один… значит, у тебя тоже получилось. — Гречихин рассмеялся. — Вот история-то. Ты меня принимал за идиота, не верил, что из моих исканий что-то получится, а я не верил, что твоей буквенной магии хватит для такого. Но у нас получилось… подожди, а как ты меня нашёл?

— Случайно вышло. Романова Варвара — моя одногруппница, а также и подруга. Позвала отмечать к себе домой. Но впервые я увидел тебя ещё раньше.

— Где?

— Да здесь же. Снова от Вари возвращался, а ты мимо проходил.

— А, понятно… — косился на меня Степан Андреевич. — Нет, не верю я в случайности. Разве может такое быть случайным? Не зря я всю жизнь верил во всякие странности, ох не зря…

— Кстати, а почему ты Гречин теперь? Если мне память напрочь не отшибло, то ты всегда Гречихиным был. А теперь…

Степан Андреевич покашлял в кулак и огляделся. Смеющиеся охранники были уже неподалёку.

— Давай о подробностях как-нибудь позже. Хорошо? — Гречихин перешёл на шёпот.

Хм…

— Ну, как скажешь.

— Встретимся с тобой на днях. Оставь свой номер, я позвоню, и скажу, куда подъехать. Там и поговорим обо всём сразу.

Степан Андреевич записал мой телефон в свой, а когда убрал устройство в карман, ещё раз огляделся.

— Давай-ка уже вернёмся обратно.

Странно. Чего же он боится? Должно быть, это как-то связано с тем, что Гречихин имеет дела с императором и Скуратовыми. Всё это завязано на Первобуквах, и любые препятствия могут иметь большие последствия.