Чтение онлайн

— Андрей, я в тебя влюблена, — произнесла девушка.

— Эм…

Нет, я, конечно, подозревал об этом, но… менее неожиданной новость поэтому не стала. Тем более слышать подобное в день помолвки с Екатериной.

— Долго из-за этого мучалась, страдала, плакала по ночам… — и без того румяные щёчки Вари покраснели ещё сильнее. Алкоголь ударил ей в голову, и она пыталась выложить мне всё, пока может. — Но до меня, наконец-то, дошло, что я полная идиотка. Мы с тобой друзья, а я занимаюсь всякой ерундой. Уже поздно что-то менять, и ты любишь другую, поэтому… я решила, что хватит от тебя отдаляться. Это ни к чему хорошему не приведёт. Как говорится, лучше клин клином. Я рада, что вы с Екатериной женитесь и всё-такое… надеюсь, что и я вскоре успокоюсь, и эта… болезнь пройдёт. Так что будьте счастливы!

Глаза Романовой блестели от солнечного света, проникающего сквозь витражные окна, и она смотрела на меня с печальной улыбкой. Хотя изо всех сил пыталась показать, как счастлива.

Я приобнял девушку, отчего мне стало тепло и приятно. Поблагодарил её за устроенный праздник. Пообещал, что в случае чего всегда приду к ней на помощь. Варя лишь неловко кивала.

— Ой, а чем вы тут заняты? — неожиданно подплыла Екатерина и с ехидной улыбкой тронула меня за плечо.

— Да так, учёбу обсуждаем… — грустно произнесла Варя и отшагнула назад.

Екатерина вдруг подскочила к Романовой и звучно поцеловала её в щёку. Ц-ц-ц-м-м-м-о-к!

— Спасибо, дорогая, за такой подарок! — произнесла она. — У меня и так сегодня настроение прекрасное, а ты сделала его ещё лучше!

Варя смутилась и стала теребить себя за воротник платья.

— Да не за что…

— Ну что, пойдёмте танцевать?

— А? Чего? А-а-а…

Екатерина схватила нас с Варей за руки и утянула в центр помещения, на широкую пустую площадку. Танцевать. Оркестр сейчас как раз играл что-то чрезмерно весёлое.

Не танцевал я… если не соврать, лет так тридцать, если не больше. Даже и позабыл, как это делается. Но как только тело подхватило нужный ритм, да и Екатерина действовала подбадривающе, я пустился в безудержный пляс. Очень быстро к нам присоединились и многие другие.

Мама, Анна, Настя, здоровяк Иван. Даже Наше Величество, Император Российской Империи — Николай, не постеснялся отжечь у всех на виду.

Когда дыхание начало сбоить, а тело моё прогрелось как следует, я вынырнул из толпы. Решил подкрепиться порцией свежего шампанского. Добрался до ближайшего столика и выпил содержимое единственного наполненного бокала.

Смотреть на танцующих со стороны оказалось ещё интереснее, чем принимать в этом участие. Особенно забавно смотрелся Иван в окружении по-детски выглядящих по сравнению с ним людей. Хотя, танцевал он отменно. При таком огромном теле как следует чувствовал ритм и управлялся с конечностями.

— Отлично танцуют, не правда ли? — раздался низкий голос сбоку от меня. Он показался знакомым, так что я даже не обернулся посмотреть, кому он принадлежит.

— Ещё бы, — усмехнулся я. — Особенно здоровяк. Он, кстати, мой брат. А вы… — всё-таки, обернулся.

— А я Степан Андреевич, приятно познакомиться.

Но…

Мог бы и не представляться. Я своими глазами вижу, что передо мной — Степан Андреевич Гречихин. Почти один в один выглядящий, как охранник из «Шестёрочки», с которым я встречался сегодня утром.

Правда вот…

Огонь в глазах выдавал эту версию Гречихина с потрохами. Если смотреть со стороны — то не видно никакой разницы. Но у того Степана, что сейчас стоит передо мной — совершенной иной взгляд. Иная энергетика.

Энергетика жизни, покорения, в хорошем смысле — безрассудства. Но добавилось и что-то ещё с нашей прошлой встречи.

Пока не могу понять, что именно.

— Я Андрей Воронцов. А вас как по фамилии?

— Гречин. Степан Андреевич Гречин, — спокойно ответил мужчина и почесал щетинистую щёку.

Кхм… чего?

Забавно. Фамилия отличается всего несколькими буквами. Её, как будто, изменил коренной петербуржец. Гречихин вдруг превратился в Гречина. Интересно, намеренно ли?

— Поздравляю вас, — Степан Андреевич схватил меня за руку и крепко её сжал. Знакомое рукопожатие. Так же не контролирует свою силу, те же шершавые и пухлые ладони. — Брак — это довольно серьёзное решение, но необходимое. Только в крепком союзе и раскрывается весь потенциал мужчины. Любимая женщина — каждодневная радость… — голос его вдруг понизился и заскрипел.

Кажется, теперь я понял, что изменилось в Гречихине. Тьфу ты, в Гречине. Короче, в Степане Андреевиче. Помимо неиссякаемого жизнелюбия внутри него засело что-то глубоко печальное. Почти депрессивное. И он никак не мог этого скрыть. А после слов о жене так вообще, казалось, был на грани того, чтобы впасть в отчаяние.

Он безумно любил Роксану, свою жену. И неоднократно говорил мне примерно то же, что сказал сейчас. Что благодаря внимательной и понимающей жене он добился того, чего добился. И подсказывал, что мне тоже не мешает обзавестись семьёй.

Но мне было не до этого…

Ладно, вернёмся к Степану Андреевичу. Теперь-то я точно встретил настоящего. Того, кто попал из нашего прошлого мира в этот. Сомнений быть не может.

И он стоит передо мной. Мало того, что стоит, так ещё и разговаривает. И даже не подозревает, что я догадываюсь о том, кто он на самом деле. Не знает, что и я из старого мира…

— Полностью согласен с вами, — я глядел на крупного, одетого в коричневый махровый костюм мужчину. Он с печальной улыбкой смотрел то на танцующих, то на меня. — Хотя не стоит забывать и о друзьях. Без них тоже тяжело. По себе знаю.

— Эх… и друзья, да. Вы правы, молодой человек, — Степан Андреевич опустил лицо. — Без друзей порой очень одиноко.

И снова по больному?

Чёрт. Судя по всему, он единственный — кто сумел перенестись в новый мир. Что друзья, что жена, теперь не с ним. Лишь он и я — последние осколки сгинувшего мира.

И хотя звучит это до жути печально, всё же, стоит удостовериться в своих догадках, поговорив с нашим бывшим министром обороны. Я должен перед ним раскрыться и узнать всю правду.

Другого выхода не вижу.

А разговаривать в подобной обстановке о важных вещах не совсем к месту. Нужно как-то увести Степана Андреевича туда, где будет потише, и где нам никто не помешает. Но для начала нужно получше установить с ним контакт.

— Извините за такой вопрос, но… не могу его не задать. Как вы считаете, возможна ли жизнь после смерти?

Степан Андреевич повернулся ко мне все телом и задумчиво посмотрел в глаза. Почесал затылок.

— Ну, разумеется. Мы ведь с вами люди православные, и точно знаем, что после жизни на Земле попадём на тот свет. В рай. Если, конечно, сильно не нагрешим, — загадочно улыбнулся. — Иначе придётся вариться в адском котле, в окружении таких же грешников. А почему вы спрашиваете?