Чтение онлайн

– Я уже говорил, что подземный ход сохранился со времён правления царя всея Руси Алексея Михайловича, - начал своё повествование Игнат Степанович, - по всей видимости, это одна из кладовых боярского терема, каким-то чудом сохранившаяся с тех пор. Явно, здесь должен быть выход в другое помещение. Следует посмотреть, и я уверен, что найдём дверь. Кажется, вон там что-то виднеется – указал на противоположную стену мужчина.

Все подбежали к двери, украшенной затейливым узором. Внезапно с обратной стороны раздался стук. Как не вовремя!

– Светлана, - услышала я голос, - пора вставать, скоро прибываем. Раненых уже доставили на полустанок, где-то человек сорок. Есть тяжёлые.

Разочарованная тем, что не удалось досмотреть сон, потянувшись, стала собираться. За дверью меня ждала девушка в белом халате.

– Идёмте, нас уже ждут. Я буду помогать во время операций. Нас тут шестеро. Мы только что окончили курсы медсестёр. Ой, извините, я не представилась. Меня зовут Викой, Викторией. А про вас мне рассказывали, что вы чудеса творите.

Что-то я не поняла, о каких таких чудесах говорила девушка. И ещё мне хотелось узнать, где я нахожусь, но как это сделать, чтобы не приняли за сумасшедшую.

– Вика, - начала я претворять в жизнь свой план по уточнению местоположения, - где мы сейчас находимся?

– Скоро подъедем к Узловой, где заберём раненых.

– А какое сегодня число?

– Так, – задумалась Виктория, - вроде бы двадцатое, - и поспешила вперёд.

Называется, узнала.

Вскоре состав остановился на небольшом полустанке. Виднелось небольшое ветхое здание деревянного вокзала. По перрону, вообще-то земляную насыпь с трудом можно было назвать перроном, сновали военные. Невдалеке расположилась колонна автомобилей. Вскоре первый из грузовиков подъехал к нашему вагону. Оттуда выпрыгнули два солдата, откинули борт, и я увидела, что кузов до отказа был забит носилками с лежавшими на них людьми.

– Давай, снимай, - крикнул офицер, вылезший из кабины, - поторопись!

Началась разгрузка. Раненых на носилках сгружали прямо на землю, и располагали неподалёку от вагонов.

– Чего уставились?
– услышала я за спиной, - давайте, пошевеливайтесь. Помогать будем.

Пожилая женщина подтолкнула нас с Викой к выходу. Спустившись, заметили на перроне несколько медицинских сестёр, которые стали заносить раненых в вагоны. Вскоре и мы включилась в работу. В нашем вагоне разместили самых тяжёлых, которых необходимо было немедленно прооперировать и к тому же, как можно скорее. Женщина, направившая меня к раненым, сидела на стуле, опустив голову на грудь, тихонько посапывая.

– Что смотришь?
– услышала я хриплый мужской голос, - устала Тимофеевна. Трое суток не спала. Пущай поспит, потом к вам на помощь придёт. Мужчина в телогрейке, мазнув меня взглядом, прошёл мимо и спустился вниз. Вскоре появился и первый пациент, приготовленный к операции. В купе, отделённоё от остального вагона белой простынёй, внесли молодого парня, обнажённого по пояс. Правая сторона груди была залита кровью.

– Ранение в грудь, пуля застряла где-то в лёгком, - прокомментировал увиденное мной мужчина - хирург.

– Помогите, пулю необходимо как можно быстрее извлечь, иначе, будет лёгочное кровотечение.

Мне протянули резиновые перчатки. Вот и пригодятся навыки, полученные на курсах сестёр милосердия.

Раненому дали выпить полкружки спирта. Хирург пояснил, что наркоза нет, а так легче будет перенести боль.

Операция длилась около часа.

– Будет жить, - спасибо, Светлана. Теперь посмотрим остальных. Мы вышли в общее помещение и стали осматривать и перевязывать вновь поступивших раненых. Внезапно один из солдат привлёк моё внимание. Я поняла, что видела его раньше. Это же Слава из той моей далёкой жизни, где остались Серафима, Катя и Ольга.

– Слава, - прошептала я, - Слава, это вы?

Солдат открыл глаза и, внимательно посмотрев на меня, едва слышно произнёс:

– Это вы, Светлана? Не может быть. Я вас искал, а тут, вдруг, вы!

Я поправила ему одеяло и, обещав вскоре вернуться, ушла к другим страждущим. Мне сказали, что моего знакомого готовят к операции, у него серьёзное осколочное ранение в ногу и есть опасность развития гангрены.

Тимофеевна, отдохнув, уже хлопотала, помогая раненым. Снаружи послышался неясный гул, который с каждой минутой становился всё более отчётливым.

Тимофеевна подошла ко мне и. положив руку на плечо, попыталась, видя моё беспокойство, успокоить:

– Спасибо за помощь. Первый раз, когда я тебя увидела, подумала, что очередную фифу к нам прислали. Была тут у нас одна. Всё по мужикам бегала. Вот я и подумала, что ты из этих полевых жён.

Я не совсем понимала, о чём мне говорят и кто такие полевые жёны.

– Да ты не волнуйся, - кивнула Тимофеевна на окно, - пролетят ироды мимо, может, пару бомб скинут, а там опять на операцию. Говорят, знакомый тут у тебя. Откуда его знаешь? Может, жених?

– Да нет, встречались ещё там, в мирной жизни, в Москве.

В это время, словно подтверждая слова моей собеседницы, за окном раздался взрыв, состав дёрнулся. Я, не удержавшись, ударилась о полку, но меня поддержали, и я не упала. Помнится, что в своём прошлом сне после столкновения с полкой я вновь оказалась в своём номере в гостинице, и Бетси поинтересовалась, что со мной произошло.

– У вас всё в порядке? – возникла за спиной Тимофеевна, - вы не сильно ударились?

– Вроде бы нет, - ответила я, потирая ушибленное место.

– Говорила же, пролетят ироды, а ты не верила. Сбросили, чай, пару бомб, и улетели. Пойдём, что ли? Твоего уже подготовили. Михалыч ждёт.

Мы прошли в операционную, и всё пошло по накатанному пути. Вячеславу дали выпить спирта. Я едва не вскрикнула, увидев ногу своего знакомого.

– Как бы ни пришлось ампутировать, - задумчиво произнёс хирург, натягивая маску на лицо.

– Всё так серьёзно?
– обеспокоенно поинтересовалась я, - может быть, попытаемся спасти.

– Попытаться-то попытаемся. Ладно, давай зови Тимофеевну. Потребуется помощь. А тебе, дочка, придётся выложиться по полной. Как, осилишь?

Грустно улыбнувшись, ответила, сделаю всё, что в моих силах. Появилась Тимофеевна, взглянув на меня, надела резиновые перчатки.

– Не дрейфь, прорвёмся!

Началась операция. Скальпель, зажим, тампон. Вячеслав тихо стонал, с силой сжав простыню руками. Были удалены мелкие осколки костей, соединены порванные сухожилия, остановлена кровь.

– Кажется, удалось! – провёл рукой по мокрому лбу Михалыч, - теперь только уход.

Вячеслав был без сознания. Вошли два санитара и унесли носилки в вагон.