Чтение онлайн

Маршал выглядел скверно. Бледное, с зеленоватым оттенком лицо, трясущиеся руки и блуждающий взгляд. Будь это в будущем, я подумал бы, что передо мной наркоман во время ломки. Сейчас же в голову пришло только одно. Скорее всего, у него последствия какой-нибудь контузии. Помня, как анальгин помог служанке жены во время сотрясения мозга, я решил скормить ему одну таблетку. А потом плюнул на экономию и дал ещё и антибиотик.

Тот, похоже, даже не понял, что ему что-то влили в пасть. Реально, хреново было человеку.

Накормив его лекарствами, я захватил свою сумку с медикаментами и отправился к импровизированному лазарету, куда стаскивали всех раненых. Там активно суетились чуть ли не все женщины селения. Рассудил:

— Хрен с ним, с этим маршалом. Я сделал всё, что мог, а сейчас мне моих бойцов спасать надо. Слишком дорого нам далась последняя битва. Сколько погибло, пока не знаю, командиры ещё не докладывали. А вот раненых даже на первый взгляд было до фига и больше, как-бы не половина состава.

Казак, так и державшийся рядом, с интересом осматривающийся вокруг, произнес:

— Поговорить бы надо.

Я оглянулся, посмотрел ему в глаза и произнес в ответ:

— Извини, друг, не сейчас. Бойцам помочь надо, срочно.

Дальше был ад.

Как заправский хирург, я шил, чистил, резал и складывал кости. Страсть страшная, не завидую я врачам, но восхищаюсь их трудом. Нервы у людей с подобными профессиями — железные.

Ближе к вечеру сил не осталось, и я свалился, в прямом смысле этого слова. Присел отдохнуть на секунду и вырубился. Даже не очнулся тогда, когда меня перетаскивали в мой дом и раздевали. Вот уж действительно, спал мертвецким сном.

Проснулся я на другой день сам, рядом обнаружил вчерашнего казака, который весь день не отходил от меня ни на шаг, и даже помогал в переносе раненых. Сейчас он смотрел на меня каким-то немигающим взглядом. Аж жутковато стало. Я не удержался и спросил:

— Похож?

Тот вздрогнул, часто-часто заморгал и спросил:

— Простите, что вы сказали?

Сука, да он спал с открытым глазами. Вот, блин, умелец. Напугал напрочь.

— Говорю, просыпаться, наверное, надо. Дел по горло.

Он ухмыльнулся и философски ответил:

— Дел всегда много, все не переделать.

Тем не менее, я поднялся на ноги, потянулся, как сытый кот, а он сказал:

— Позвольте представиться, полковник Решетов Александр Иванович.

Пришлось вставать и представляться в свою очередь.

Только отбарабанил все, как положено, сразу обратил внимание на побагровевшего полковника, который изо всех сил пытался не рассмеяться. Я осмотрел себя и сам не удержался от смеха. Стою с гордым видом, абсолютно голый, да ещё и с восставшим хозяйством. Смеялись долго. Комичная получилась ситуация.

Поговорить с этим казаком получилось уже после завтрака. Сначала не дали утренние дела, потом командиры подошли с докладом, а напоследок голодный желудок взбунтовался.

Оказывается, спасла нас, по сути, моя жена, которая встретила казачий отряд, направлявшийся щипать французов. Она уговорила полковника, не мешкая, отправиться нам на помощь. Умница она у меня, повезло мне с ней.

Сейчас полковника, главным образом, интересовал раздел трофеев. Как выяснилось, не дали мои интенданты казакам порезвиться, как те привыкли. Чуть до стычки не дошло. Хорошо, что полковник оказался адекватным и смог обуздать своих людей, а так и до беды было недалеко. Пронесло, не позволил он случится непоправимому. А мне в тот момент было не до разборок.

Я пообещал ему отнестись к дележу по совести и никого не обидеть. Да и не жалко, если честно. Спасли они нас. Поэтому, отблагодарим, обиженными не будут.

С потерями у нас была грустная ситуация. Без малого погибло две сотни бойцов, ещё человек пятьдесят останутся калеками. Больше половины ранены. Страшный бой пережили, чудом выстояли. По сути, сейчас в строю из тех, кого можно использовать, одна полноценная артиллерийская рота и сотня кирасир. Остальные временно не боеспособны. Плохо это. Я рассчитывал ещё пощупать бегущих французов. Самое время было вылавливать отстающих. Придётся маленько умерить аппетит. Совсем от своих планов не откажусь, но и размаха, как хотел, не будет.

Трофеи я приказал своим людям разделить пополам с казаками. На замечание, что мы уничтожили на порядок больше, чем они, я ответил коротко:

— Мёртвым деньги не нужны, а они нас спасли.

Единственное, о чём попросил полковника, отдать мне все десять захваченных гаубиц. А ему достанутся все пушки, за исключением четырёх. Хочу добавить в роты по паре этих орудий, чтобы усилить и так запредельную для этого времени огневую мощь. Теперь, благодаря захваченным трофеям, получится полностью укомплектовать орудиями свой отряд, как я и планировал изначально.

Плохо, много людей выбыло из строя. Но и эта проблема решаемая. Главное, костяк есть. Набрать и обучить дополнительных бойцов смогу без проблем. Есть желающие, которые не успели вступить в отряд прошлый раз, вот из них и наберем пополнение.

Когда разделили трофеи, казаки охренели от добычи. Это мои люди были уже привычные к такому исходу, казакам так подфартило впервые.

Полковник, у которого в планах было возвращаться обратно и доложиться о результатах рейда, узнав о моих планах немного пограбить французов, уходящих из Смоленска, почему-то передумал уходить. Начал виться вокруг да около, задавая множество вопросов.

В итоге, мне это надоело, и я задал ему конкретный вопрос:

— Чего надо?

Тот, немного помявшись, спросил:

— Ваши люди рассказали много историй о делах отряда. Так вот, вы собираетесь сходить за добычей?

— Тут тайны нет, собираюсь, и пойду. Кончилась в Смоленске у французов армия, в сброд превратилась, грех не воспользоваться случаем.

Полковник, выслушав ответ, задал очередной вопрос:

— Может, вместе сходим?

Спросил, и как-то заторопившись, продолжил говорить:

— Вы тут все знаете. Наверняка и план есть, а у меня боеспособных людей больше. Вот и объединимся в этом благом деле.

Лишними они мне не будут, но и не так, чтобы сильно нужны. Не знают они нашей тактики, к другому привыкли. Всё это полковнику сказал, а потом добавил:

— Есть несколько условий, которые должны соблюдаться неукоснительно. Тогда можно и вместе сходить.

Первое — командую походом я, и это не обсуждается. Второе — все трофеи идут в общий котёл, и по окончании операции делятся пополам между отрядами. Если устраивают такие условия, рад буду взаимодействию. Если нет, значит, каждый пойдет своим путем.