Чтение онлайн

– Рэндалл, – неуверенно позвала она и, стараясь не шуметь, прошла к камину.

Пламя почти угасло, и в комнате царил холод, но Рэндалл, казалось, даже не замечал его. Он обернулся к ней, скользнул взглядом по ее щеке, и между нахмуренными бровями появилась глубокая морщина.

Они толком не говорили после событий у Сентроуского леса, и Аврора не знала, какие мысли наводнили его голову и украли блеск его прекрасных глаз. Не знала, как вернуть прежнего Рэндалла, который лучился внутренним светом даже после двух лет рабства.

– Иди ко мне, – бесцветным тоном позвал он, и Аврора опустилась на ковер рядом. Рэндалл обнял ее, продолжая смотреть на огонь. – Я заставлю страдать каждого, кто причинил тебе вред, – угрюмо промолвил он, зарываясь пальцами в короткие волосы, прижимаясь щекой к ее макушке.

– Рэндалл…

Аврора хотела сказать, что желает не мести, а мира и покоя для себя и своей семьи. Что готова забыть все беды, которые приключились с ней за последние недели, только бы увидеть его искреннюю улыбку. Но слова так и повисли у нее на языке, потому что она услышала странный звук, доносящийся из-за книжного шкафа у противоположной стены.

– Что это? – удивленно спросила она, глядя на Рэндалла, который уже поднялся на ноги.

Стук повторился.

Рэндалл подошел к шкафу и, отсчитав книги, надавил на корешок старого потрепанного томика. Послышался тихий щелчок, и Рэндалл без особых усилий толкнул громоздкий высокий шкаф в сторону. Аврора так и осталась сидеть с открытым от изумления ртом. В стене за шкафом оказалась маленькая дверь.

– Наши покои связаны подземным ходом с комнатой, некогда принадлежавшей моей матушке, – спокойно ответил Рэндалл. – Туда я заселил гостя и рассказал ему про ход, чтобы можно было поговорить без свидетелей и не попасться людям Артура.

Он вытащил из-за книг ключ и стал отпирать дверь.

– И кто же это?

Сама Аврора не занималась размещением гостей на время похорон, поручив это дело Николасу, кастеляну замка.

Рэндалл дернул за дверную ручку, и она увидела Тристана. Его глаза лихорадочно блестели, а щеки побагровели, будто он долго бежал без передышки.

– Вы должны узнать кое-что важное! – возбужденно воскликнул Тристан и, подойдя впритык к Рэндаллу, встряхнул его за плечи.

Аврора не могла понять, напуган он или, напротив, очень рад.

– Что случилось, Тристан? – настороженно спросил Рэндалл.

– Это полностью изменит ход событий в конфликте с Артуром!

Аврора надеялась, что принесенная Тристаном новость вернет им с Рэндаллом то, что они почти утратили.

Надежду.

Часом ранее

Вязкая весенняя грязь чавкала под ногами, а слепившее глаза солнце отражалось на лакированной крышке черного гроба, который опускался в вырытую могилу, пачкаясь в сырой земле. Всегда добрый и солнечный Уилл запятнал свою душу горем, злобой и обидой на всех, но в последние минуты жизни свет его сердца очистил пятно совершенных им грехов.

Все, что смог выдавить Тристан вместо прощальной речи, – это несмелое, сказанное глухим шепотом признание:

– Я прощаю тебя, братец, прости и ты меня. И найди там Анну, она наверняка тоскует.

После похорон и теплого общения с братьями, во время которого они были в шаге от того, чтобы обнажить мечи и поубивать друг друга, Тристан отправился в гостевые покои. Он хотел отдохнуть до поминального ужина. Бок до сих пор саднил, и он отодвинул полы сюртука, чтобы посмотреть, не появилось ли на черной рубашке мокрое пятно. Боль была такой, словно недавно полученная рана открылась вновь.

По дороге в Арден на его карету напали разбойники. И прежде чем полоснуть его ножом, один из наемников сказал: «Смерть “Черной розе”». Люди Тристана смогли отбиться, а несостоявшегося убийцу он прирезал лично. Многие недооценивали Порочного принца, доверившись слухам, что он не способен даже держать меч в руке. Мечом он, может быть, и не владел так мастерски, как старшие братья или Рэндалл, зато в уличных драках и грязных боях на ножах ему не было равных. К сожалению, рана, которую он нанес убийце, оказалась смертельной. И ему не удалось его допросить.

Тристан долго гадал, кто объявил на него охоту. Потом Рэндалл передал ему последние слова Уилла, и картина немного прояснилась: Уилл откуда-то узнал о причастности Тристана к гильдии и в отместку за Анну выдал его секрет. Осталось только узнать, кому именно. Ясно было одно: этому злоумышленнику «Черная роза» явно подпортила жизнь, вытащив на свет все грязное белье. А таких в списке Тристана было немало.

Но сегодня он не хотел думать о нависшей угрозе и делах «Черной розы». Не хотел думать и о войне между Югом и Арденом, вероятность которой была все выше. Тристан хотел лишь покоя. Он безумно устал от политических игр, дел гильдии и постоянной тревоги о будущем, но больше – хоронить и оплакивать близких.

Толкнув дверь комнаты, он с трудом сдержал крепкое словцо, которое так и застряло на кончике языка. На кресле возле камина сидела фигура в траурном черном платье. Королева Мари.

– Я сегодня не настроен на разговор по душам, матушка, – грубо бросил он, на ходу снимая сюртук и сдерживая гримасу боли от раны в боку. – У меня больше не осталось секретов, которые ты могла бы выдать своему золотому сыночку.

Еще одна черта скверного характера Тристана – злопамятность. Прошло уже столько времени, а он до сих пор не простил мать. Ее поступок стоил ему свободы. Не узнай Артур о гильдии, то так и продолжал бы не замечать «бесполезного» брата-пьяницу. Сейчас же…

– Сынок, нужно поговорить прямо сейчас. Прошу, выслушай меня. Каждая минута моего нахождения здесь опасна для нас обоих.

Тень тревоги подкралась к Тристану и ужалила затылок морозным дыханием. Что или кто угрожает его матери? Он замер посреди комнаты и повернулся к ней. В свете камина ее смуглая кожа отдавала бронзой, а глаза блестели от невыплаканных слез. Краше женщины Тристан не знал. Он обожал ее, считал эталоном женственности, мудрости, стойкости и терпения и даже после ее предательства продолжал любить ее преданной сыновьей любовью.

– О чем ты хотела поговорить? – небрежным тоном спросил он, откинув волосы с лица.

Мари быстро подошла к нему и потянула за руку к ближайшему дивану. В ее темных ониксовых глазах плескались скорбь и страх. Неподдельный ужас, которого Тристан никогда не замечал во взгляде сильной непоколебимой матери.

– Тристан, ты должен мне помочь. Грядет нечто очень страшное. Опасность грозит всем вам. – Она шептала нервно и сбивчиво, отчего у Тристана зашевелились волосы на затылке.

– О чем ты, матушка? Кому грозит опасность?