Чтение онлайн

Он рассказал о взаимосвязи общей массы тела и выносливости организма, мышечной массы и кислородной недостаточности. Когда я задавал слишком много вопросов, он начинал забывать, что я всего лишь ребенок без медицинского образования, и переходил на сплошные медицинские термины. Мне едва удавалось понимать четверть от сказанного. Такие лекции о теле давали мне более глубокое понимание работы моего организма.

В санатории меня держали вдали от других детей. В один из дней, когда я шел с физиотерапии, мне удалось найти выход на крышу санатория. Тут был отличный вид, светило солнце, и можно было смотреть на облака. Теплый ветер дул с океана, принося с собой запахи деревьев и шум волн. Хотелось побольше узнать о санатории, куда меня поместили, и я начал искать информацию в инфосети. Нашел историю самого лечебного комплекса и его планы зданий. В радиусе ста сорока километров не было ни единого островка суши. За последние десять дней в океане, на самой границе видимости, я замечал что-то другое. Оно то пропадало, то появлялось — и всегда в разных направлениях от острова. Возможно, это сторожевой корабль или спасательная шлюпка на случай аварии в санатории. Но когда я рассказал об этом Клоду, он сказал, что ничего рядом нет и быть не может.

— Это закрытое территориальное пространство. Любой корабль, вошедший в воздушное или водное пространство острова, будет уничтожен огнем с орбиты планеты. Ты еще не до конца оправился. Сходи к доктору, возможно, у тебя повреждения сетчатки глаза.

— Но я видел это уже шесть раз.

— И оно двигалось вокруг острова? Ты сам-то в это веришь? Тут не бывает патрульных кораблей. На всей планете нет ни единого дрона, корабля или судна. Чистильщики удалили все остатки машин и любой техники еще сто лет назад, сразу после великого переселения. Я сам иногда смотрю на море, но никогда за три года работы тут не видел ни единого корабля.

Я не ходил к врачу, так как галлюцинации прекратились. Когда убийство призраков надоедало, я либо плавал, либо читал, либо смотрел в небо, поглядывая в океан. В столовой кормили на убой: за две недели я набрал три килограмма, но Клод говорил, что для моего возраста и состояния это даже хорошо. Все больше беспокоило то, что меня могут выселить отсюда в любой момент. И ведь денег почти не осталось.

Вход.

Сегодня Фемида достигла тысяча пятисотого уровня при зачистке склепа мертвого города. После случившегося потопа в прошлой эпохе много трупов смыло в склепы. Под воздействием некротической энергии они начали превращаться в самых разных представителей нежити. Ужасы плоти 2500-го уровня сновали по проходам пыльного склепа, оставляя следы на прахе, которым был усыпан весь пол. Баньши, души мертвых, просто злые духи были самыми слабыми представителями этого места. В одной из комнат мы нашли сразу трех рейд-боссов — священников — и едва не разрушили весь склеп. Это были личи, и, несмотря на свой святой сан, они с большим удовольствием поливали нас темной магией. Узкий проход, в котором мы приняли бой, давал нам лучшие оборонительные позиции, но Фемида не могла вступить в прямой бой. В итоге я продавил щитом их оборону и оттеснил одного лича, освобождая Фемиде площадку для боя. У этих гадов был беспредельный запас маны, который напрямую завязан на магическом щите, мана есть — щит цел. Вот и приходилось искать способ биться сразу с тремя РБ в замкнутом пространстве.

Все закончилось потерей пяти миллионов маны и продавливанием щитом. Фемида срубала головы, нанося смертельный удар. По сути, это был самый эффективный способ убийства личей любых видов.

Прошел еще месяц непрерывного кача в Городе Мертвых. Фемида достигла 2000 уровня, а я 2138. Разница в уровнях между нами и населением города призраков начала сокращаться, и это сильно повлияло на количество получаемого опыта. Последние три недели мы убивали мобов в огромных количествах, стараясь компенсировать разницу в получаемом опыте.

Фемида раскидывала очки характеристик между силой и ловкостью и совсем чуть-чуть в выносливость. А я все очки характеристик вкладывал только в интеллект. Параметр «Мудрость» пропал, а вкладывать очки в выносливость было бы верхом расточительства.

Боги, архимаг, озверевшие толпы охотников за головами — мне нужно абсолютное преимущество в любом бою. Огромный урон за счет прокачанного параметра интеллекта и море маны от астрального источника.

Мы выходили на улицу только для покупки еды, которая с нашими возросшими аппетитами уходила за пару дней. Чем интенсивнее были бои, тем сильнее был последующий голод. Порой день начинался с обильного завтрака, и уже к обеду были дебафы на истощение. С точки зрения обычного игрока у нас проходило не шесть часов с момент приема пищи, а пятьдесят-шестьдесят. Все дело в навыках охотника — усилении и манипуляции. Фемида могла продержаться дольше, а у меня постоянно был такой вид, словно я месяц еды не видел. Лицо интеллектуала и тело дистрофика на последней стадии голода.

Фемида никогда не снимала доспех во время дебафа истощения. Хоть она этого и не говорила, но причина в том, что с потерей веса у девушек в первую очередь уменьшается грудь и только потом все остальное. С набором веса ситуация аналогичная, с некоторыми нюансами, но сейчас они не важны. Главное то, что Фемида, и без того мало похожая на обычную девушку, под дебафом истощения сильно походила на мальчика. Голодная Фемида страшнее рейд-босса 2799-го уровня. Его хоть убить можно, а эту голодную фурию трогать не хочется.

Город Мертвых — уникальная локация для прокачки. Для выживания в его экстремальных условиях требовалась колоссальная выдержка, сноровка, хорошая тактика защиты и нападения. Тут не выпадал лут, и мобы респавнились очень быстро. Мой навык восприятия за время активной прокачки поднялся почти до тысячи. Из-за постоянного напряжения в ожидании атаки уставал быстрее, на сон уходило около десяти часов в сутки. Полубожественный класс-ранг — это читерство! Само понятие изжило себя с открытием вирта, но по-другому нельзя описать такое боевое преимущество. Аура огня, света, тьмы, грозовых пиков — навык манипуляции магической энергией и масштабирование заклинаний росли с огромной скоростью. В последнее время Фемида вынуждена была охотиться в другом районе мертвого города, чтобы не попасть под действие ауры или особо убойного заклинания. К примеру, Ветер смерти бил конусом на десять метров. А если в него вложить шестикратный заряд и увеличить площадь поражения в семь раз, то в пыль стирался целый кусок района. Хорошо, что эти изменения откатывались с респавном мобов. По сравнению с обычным игроком скорость восстановления маны у меня бешеная, но даже этого не хватало при полном использовании навыка манипуляции магической энергией.

Я начинал переосмысливать магию, ее законы и принципы взаимодействия с различными видами магии. Они все взаимосвязаны, некое подобие системы или доктрины. Суть в том, что у типов магии есть иерархия и она сильно влияет на то, что можно получить в итоге. К примеру, мое дерево в Курзе — это результат сочетания разных типов магии. Да, я использовал только магию жизни, но куклы духов, появившиеся в последний день дерева, магопространственный вихрь и создание обособленной территории с повышенным магофоном — все это связано. Бог, астрал, дух, жизнь, пространство — все это подпадало под магические навыки, но не заклинания! Как их правильно использовать и как выглядит иерархия, непонятно.

С самого начала этой безумной прокачки у нас была конкретная цель и условия достижения. Как только первый из нас достигнет 2500-го уровня, мы приступим к следующей части плана. И вот спустя еще месяц сплошного геноцида для обитателей мертвого города я смог достигнуть поставленной цели. Мой 2500-й уровень против 2398-го Фемиды. О да!

Глаз радовали цифры в навыках. В прошлый раз активной прокачки у меня за полгода навык магии пространства едва поднялся до пятисот. А сейчас даже с возросшими требованиями смог поднять за сотню. Хм, что уж говорить о других магических навыках! Интересно, а что будет, если я сейчас создам метеор максимальной силы и мощи? Базовые сто тысяч урона будут раздуты до пятидесяти миллионов плюс увеличенная площадь поражения и сила взрывной волны. М-да, лучше не пробовать это в подземелье. Умереть под завалом, вызванным собственным заклинанием, — что может быть глупее? А вот и новый способ убить противника, неуязвимого к урону. С той же Аккароне можно справиться таким образом. И никакое тело Петбе не спасет.

Фемида ничего не говорила о том, какие навыки качала. Я уже много лет знал ее, но не то, как она думала. На что делает упор человек, постоянно анализирующий бой?! Какие навыки, приемы, личностное развитие, направление в мастерстве меча… для меня она по-прежнему загадка. Возможно, она из Лунара, тогда ее личностные качества соответствовали тому, что я слышал о гражданах этой страны. Мы покинули Город Мертвых с его призрачным светом и сейчас наслаждались мясной похлебкой на рынке квартала бедняков. Шел снег, еда была горячей, а земля — холодной и мокрой. Мы сидели в грязи, накрывшись одной грязной тряпкой, как два бездомных ребенка, что греются под одним одеялом в холодный зимний день, и наслаждались едой. Фемида смотрела на людей изучающим взглядом, и ей было хорошо, я это чувствовал.

— Я поняла, почему тебе нравится тут находиться. Есть, пить, жить, качаться именно в таких условиях.

— О ужас! Я стал жертвой твоего анализа!

— Молчи! А то на опыты пущу! — Фемида съела еще одну ложку густой мясной похлебки. — Тебе тут комфортно. По сравнению с обычным человеком ты безумно восприимчив. Ждешь подставы, удара в спину, хамства, уловки, даже того, что тебя могут банально отравить. Но тут, среди бедняков, ты в безопасности. Они слишком простые и недальновидные люди, в них нет двуличия и скрытых мотивов, нет жажды наживы. Все, чего они хотят, — это выжить. Единственное, чего они опасаются, — это гнева своих богов. А ты этого не боишься.