Чтение онлайн

Анжи в пять лет смог сдать курс образования досрочно, тогда это сочли удачным стечением обстоятельств. Сразу после прошлого теста мальчик сдал еще один курс обучения, а потом в течение года еще три годовых теста. На данный момент мальчик отошел от общего направления и начал собирать информацию по разным специальностям. Логи учебного центра детдома показывали, что Анжи собирал информацию по кораблестроению, инженерии, электрификации, гидропонных сооружениях, силовых полях и во многих других областях. В свои тринадцать с половиной лет он почти выучил базовую программу.

Огромное количество информации он просто сохранял, а потом использовал виртуальное пространство для ее усвоения, не желая привлекать лишнее внимание в учебном центре детдома. В тринадцать лет Анжи Ганет спокойно относился к скорости своего обучения. Он считал это нормой, а на тестах в этом учебном центре чуть ли не смеялся над потугами других детей. Тогда, два года назад, он подрался прямо во время теста с мальчиком, сидящим за соседним столом. Именно после этого случая он перестал разговаривать с детьми.

Драка произошла вне стен детдома, поэтому Элиза смогла получить информацию об этом случае всего пару недель назад, когда задумалась над репликой мальчика: «Вы создали ситуацию, вредящую мне, сознательно или нет». Фраза была неправильно сформулирована, но имела глубокое смысловое значение. Дети так не могут думать. Анжи не подобрал слова точнее и выразился так, как смог. Такое мышление не могли не заметить, вот потому она и настояла на более глубоком изучении умственных способностей мальчика и выделила ему отдельную комнату в центре. Ваалси одобрил эту затею, так как тоже был заинтересован в этих исследованиях.

Анжи остановился и посмотрел прямо в зеркальное окно, за которым стояла Элиза. Хмурый, злой взгляд был направлен именно в то место, где она стояла. А потом Анжи сказал:

— Мисс Донован, дети не знают принципов работы стационарных генераторов силовых полей. Но они хорошо чувствуют электромагнитные волны, испускаемые телом любого живого существа. Чем существо напряженней, тем сильнее волны.

Мальчик бросил тест и вышел из комнаты.

Все, чего я хотел, — это тихо и спокойно уйти из этого детдома! Я не провоцировал драк, не шумел и не говорил, в общем, делал все, чтобы не привлекать к себе внимания. Я презирал этих идиотов за их глупость и нежелание к чему-либо стремиться. За желание уничтожить все, что лучше них, или то, что недоступно их пониманию… И тогда я замолчал. Меня как раз перевели в другой сектор детдома, где все сначала складывалось удачно.

Так ведь нет! Есть гады, которым все неймется. Они додумались подсунуть тесты по специальностям для проверки моих знаний в разных областях. Я специально не сдавал модули за последний учебный год, чтобы не привлекать внимания. Последние пару месяцев я искал способы переправить себя в частный детдом на Арпе. Если бы я сдал тесты на получение базового образования, меня бы не отпустили, мотивируя тем, что станция нуждается в перспективном гражданине. Был закон, опираясь на который Ваалси мог не дать разрешение на перевод.

Только ради этого и я старался сдерживаться и не демонстрировал свои интеллектуальные способности. Качество мышления с приобретением потоков сознания резко увеличилось. Даже если я работал с внешними данными хотя бы в два потока сознания, они давали сильный мультипликативный эффект. Без угрозы для здоровья мог использовать до четырех потоков, дальше происходил перегруз, и начиналось кровотечение. Поэтому все остальные потоки сознания работали внутри разума, производя расчеты по планам и задачам. Два месяца ушло на такое изменение в процессе мышления. При всех вариантах работы со столькими потоками сознания наносился ущерб здоровью, но в этом случае поддавался контролю и был сильно снижен. Сейчас я превосходил обычного человека в интеллектуальном плане, но не хотел привлекать лишнего внимания, потому что меня могли использовать все кто ни попадя.

И снова надо форсировать события. Ваалси узнал от Элизы о том, что я собирал информацию о кораблестроении, и теперь будет следить за своей золотой коровой, то есть мной, на которую ему выделяли специальные дотации из бюджета.

У меня было свободное время до конца дня. Наказаний нет. Так что я мог заняться вопросом своего освобождения от опеки. То, что я планировал осуществить только через год, придется начать реализовывать уже сейчас.

Два месяца я собирал информацию о способах выхода из-под опеки Ваалси и Элизы. Для этого мне нужен опекун, которого я мог контролировать, чтобы аргументировано отказать любому, пожелавшему получить информацию обо мне или моих делах. Той же Элизе с ее ограничениями я мог бы ответить отказом и больше не волноваться. Ради этого мне надо самому создать частный детдом для перспективных детей. Звучало бредово, но только так я мог инициировать протокол передачи детей «в детдом с более комфортными условиями для их дальнейшего развития на благо человечества». Такая практика была распространена среди космических колоний. Государство создавало все возможные условия для перспективных граждан, позволяя детям развиваться.

Я был детдомовцем и не представлял для колонии ценности, пока не получил хотя бы базового образования, и потому такой протокол передачи под опеку детдома другого государства должны были одобрить. Сейчас я на станции числился балластом, от которого можно избавиться. Приходилось уходить в другие сектора станции и там под анонимной учетной записью собирать информацию через обычные терминалы — те же капсулы, только общественного пользования. Всю собранную информацию хранил на анонимных учетных записях. Анонимный счет у меня был, но денег на нем уже не осталось. Они пошли на мелкие подкупы через виртуальное пространство.

Нужно было очень много средств для реализации такого плана! Недвижимость в Арпе стоила намного дороже, чем у нас в колонии, и нужна не просто комната для ребенка. Потребуется небольшое здание, подставные люди-организаторы, другие дети-участники. План уже продуман, и надо лишь запустить процесс его реализации. Я нашел человека в Арпе, который организует весь процесс создания детдома и поиска перспективных детей.

Малколм Шульц занимался решением всех вопросов от моего имени. Главное достоинство анонимных учетных записей — это выбор любого аватара для виртуального пространства. Сейчас для всех обитателей вирта я был мужчиной около сорока пяти лет, в строгом деловом костюме, с большой лысиной и в классических круглых очках. Черты лица интеллектуала и подходящая обстановка завершали образ делового, успешного бизнесмена из Лунара. А вот и мой собеседник.

— Здравствуй, Малколм.

— Здравствуйте, мистер Борк.

Мой образ был связан с выходцем из Лунара, Дэвидом Борком. Именно им я и пользовался в виртуальном пространстве. Это открывало многие двери, которые были недоступны обычным гражданам.

— Что сделано? Возникли какие-то проблемы?

— Нет, все отлично, мистер Борк. Мы получили согласие на создание детдома для одаренных детей. Приведенные доводы позволили получить дотацию от государства и большую скидку на приобретение здания. В руководстве будущего детдома ваше имя нигде фигурировать не будет. С персоналом проблем не возникнет, мы сможем подобрать его, как только будут деньги на все остальное. Нужен список перспективных детей, в него мы и включим вашего протеже. Есть только два вопроса, которые требуют решения. Первое — это деньги, семь миллионов кредитов. Сумма немаленькая, и я понимаю, что вам потребуется время на ее сбор. Вторая — это список детей, к нему мы получим доступ, как только у нас будет здание и оборудование.

— Понятно. Деньги будут через три месяца в полном объеме. К этому времени у вас должны быть решены все прочие вопросы. В течение двух недель с момента получения перевода все должно быть завершено. В том числе подготовлен список детей для детдома, его мы оговорим отдельно, по факту приобретения помещения.

— Хорошо, это осуществимо.

— Сколько детей будет жить в детдоме?

— Пятьдесят. Это минимальное количество по местным законам.

— Кто будет директором и каков размер ежемесячных выплат на содержание детдома?