Чтение онлайн

Через три дня навигатора срочно вызвали в СБК, сообщили официальную версию случившегося. Об «облучении», о том, что все его товарищи погибли. Допрашивали дотошно, но он мало что мог рассказать. В конце концов его отпустили.

Хоронили погибших тоже странно. С одной стороны — со всеми почестями, как героев. С дугой — никто их мёртвыми не видел, лишь урны, и что за прах в тех урнах, неизвестно. Вскоре Буланов ушёл в следующую экспедицию на «Колумбе», с новым командиром, новым экипажем. Шлюпку, оборудование, скафандры, комплекты жизнеобеспечения — всё, побывавшее на Горгоне — заменили. Мол, «опасность остаточного облучения». Но одну промашку допустили: комплект пилота остался прежний, как и комплект навигатора. А ведь в официальном некрологе сообщили, что и Медведева облучилась. Буланов сначала удивился такому несоответствию, потом задумался, принялся сопоставлять. Получалось, исчезло всё, участвовавшее в последней высадке — и люди, и вещи. А заодно — Ярослава, в высадке не участвовавшая, но наверняка слишком много знавшая. И если у СБК хоть тень сомнения появится, то и навигатор «Колумба» ту же участь разделит. Поэтому, вернувшись из экспедиции, Буланов подал рапорт на увольнение и перебрался на Новую Европу. У СБК руки длинные, но, возможно, фабрикант игрушек им будет неинтересен?

Елена сидела потрясённая. Такого она не ожидала. Маленькое недоразумение с отчётом неожиданно выросло в огромную, тщательно охраняемую тайну. Облизнув пересохшие губы, она спросила осторожно:

— Скажите, фамилия Танемото вам ни о чём не говорит?

— Нет. А кто это? — Буланов посмотрел на неё удивлённо.

— Цуеси Танемото, командир звездолёта «Сёгун». Я встретила его случайно. Он сказал...

— Не надо! Не рассказывайте мне ничего. Не желаю знать! Для меня эта история закончилась двадцать восемь лет назад. Если вы решили в ней покопаться — ваше право. Я — не хочу. Я знаю не много, но и о том, что сейчас вам рассказал, никому раньше не рассказывал. Даже жене, хотя мы с ней прожили сорок два года, и у нас никогда тайн друг от друга не было. Кроме этой. Когда вы вчера позвонили, я испугался. Хотел отказаться от встречи, но подумал, что так получится только хуже. Вдруг вы из СБК, проверяете, в самом ли деле старик ничего не знает? На маму-то свою вы не очень похожи. Решил наговорить гадостей, чтобы посмотреть на вашу реакцию. В СБК агенты толстокожие, и не такое проглотят.

— И как моя реакция? — Елена удивлёно приподняла брови.

— Хорошая, правильная. Поэтому я сегодня здесь. Но это всё, что мне известно о той истории. Я думаю, лишь один человек мог бы рассказать вам больше. Если он тоже не исчез.

Пристинская насторожилась.

— Кто?

— Следователь из СБК, который вёл внутреннее расследование. Как же его... ага, помню, — инспектор Берг. Он наверняка кое-что знает о случившемся с ребятами на Земле. А может, и на Горгоне. И с вашей мамой, в том числе. А я пойду, пожалуй.

Буланов поднялся и, буркнув напоследок «до свиданья!», быстро направился к стоянке мобилей внизу у набережной. А Елена осталась сидеть на лавочке под громадным фикусом Гелиополя. Ниточка в прошлое не обрывалась. Она уходила в страшную чёрную бездну.

Найти инспектора Берга — первое, чем Пристинская хотела заняться после возвращения с Новой Европы. Но между «хотеть» и «сделать» расстояние зачастую очень большое. Непреодолимое.

Елена понимала, что персональные данные сотрудников службы безопасности не хранятся в свободном доступе Информатория. Более того, запрос к таким данным мог автоматически отслеживаться, и человек, его отправивший, сам оказывался под наблюдением. Это был как раз тот случай, когда безопаснее лезть напролом. В конце концов, она «блондинка», пусть и космическая, что с неё взять? Она набрала на визифоне номер отдела персонала Космофлота.

— Здравствуйте, Елена. Чем могу помочь? — девушка на экране узнала её, заулыбалась. Разумеется, кто в Управлении не знает Елену Прекрасную?

— Добрый день. Подскажите, пожалуйста, как связаться с инспектором Бергом из нашей службы безопасности?

Улыбка застыла на лице собеседницы.

— Подождите минутку, я выясню и перезвоню...

«Минутка» растянулась почти на десять. Слишком долго. У Елены появилось нехорошее предчувствие. И когда экран вновь зажёгся, оно подтвердилось:

— Инспектор Берг вышел в отставку много лет назад. А по какому вопросу вы хотели с ним поговорить?

Пристинская куснула щеку.

— По личному. Вы подскажите, как его найти?

— Сожалею, но это конфиденциальные данные.

— Хоть что-то о нём можно узнать? Как его зовут, например?

Девушка опять улыбнулась. Но эта улыбка искренней не выглядела.

— Инспектора Берга зовут Рихард. Извините, это единственное, что я могу вам сообщить.

— Спасибо. Вы мне сильно помогли! — не удержавшись, съязвила Елена и отключила связь.

Она всё же отправила запрос в Информаторий. Очень короткий: «Рихард Берг». Потому получила очень длинный список и следующие два часа вынуждена была изучать его. Ясное дело, ни один из Бергов не имел отношения ни к космофлоту, ни к службе безопасности. Возможно, нужного ей человека среди них, и правда, не было, или официальная биография его составлена так тщательно, что не придерёшься. Естественно, она могла бы потратить ещё две недели, пытаясь разыскать всех этих Бергов и поговорить с ними лично. Или два месяца. Или два года. Или всю жизнь — с весьма призрачной надеждой на успех.

Елена стёрла список. Итак, Буланов сообщил всё, что знал, Берг недоступен. Существуют ли другие очевидцы? С кем могли встречаться члены экипажа «Христофора Колумба» после возвращения из экспедиции?

Она взялась за домашний архив, пытаясь освежить, что помнила — большей частью по рассказам дедушки и бабушки — о событиях тех давних дней. Мама как обычно прямо с космовокзала примчалась домой, и они все дни провели вместе — до её внезапного отъезда в Крым. В Крыму проводили отпуск Медведева и Круминь. Общались ли они с кем-то, кроме товарищей по экипажу? Неизвестно. И о том, чем могли заниматься в отпуске бортинженер Маслов и кибернетик Коновалец, Елена понятия не имела. Она мало что знала о маминых коллегах, кроме тёти Лены. Зато о Коцюбе кое-что известно по маминой переписке с ней и дневника. Например, что у неё был жених, Андрей Лесовской, писатель. Писателя найти проще, чем инспектора СБК.

Елена не ошиблась, информаторий радостно вывалил подробную биографическую справку писателя Лесовского. Фотографии, список произведений... и лаконичная фраза в конце: «Пропал без вести летом 2211 года». Противный липкий пот выступил на ладонях. Да что это за тайна такая, от прикосновения к которой люди исчезают бесследно?! «Мышонок, а тебе не кажется, что ты слишком близко подошла к краю бездны? Несколько неосторожных шагов, и от тебя тоже следов не останется», — трусливо запищал предательский голосок в голове. — «Ещё не поздно! Пока не сделано ничего необратимого, нужно остановиться и обо всём забыть!» Пристинская зубами скрипнула. Невозможно терпеть собственное бессилие перед бездушной, безжалостной системой!

Она встала и подошла к окну. Деревья в саду стояли в золотисто-пурпурном наряде, землю укрывал ковёр из опавшей листвы. А когда уезжала на космовокзал, было всё зелено. Чему удивляться? Три с половиной недели прошло: одна туда, вторая обратно и на Новой Европе трое суток. Вдобавок временной разрыв — до сих пор необъяснимый с точки зрения Теории Гиперпереходов феномен. Каждый раз, когда информационный пакет пробивает пространство, изрядный кусок времени исчезает бесследно.

Бесследно исчезнувшее время, бесследно исчезнувшие люди... Мысли опять вернулись к событиям двадцативосьмилетней давности. Но ведь уцелело хоть что-то? Уцелело. Дом Медведевой, где мама провела последние дни, немой свидетель случившегося. Иногда и немые свидетели могут многое рассказать. Во всяком случае, стоит попробовать, до Крыма рукой подать, это не Новая Европа!

Пристинская подошла к шкафу и вынула брошенную сюда накануне вечером дорожную сумку. «Стой, что ты делаешь?» — испуганно пискнул кто-то в уголке сознания. Елена презрительно скривила губы. «Женщина захочет — сквозь скалу пройдёт», — было написано в бортовом журнале «Сёгуна». А такая женщина как Елена Прекрасная — и подавно!

Дом Медведевой находился вблизи какого-то богом забытого посёлка — Елена с трудом разыскала его название на карте. Добраться туда от симферопольского аэровокзала на воздушном такси было нетрудно. А дальше? Где этот дом искать? Водитель высадил её на площади у заброшенной гостиницы. Парадная дверь заперта, заведение не работает, судя по внешнему виду, не первый год. На другой стороне площади — автовокзал. Дверь в зал ожидания нараспашку, внутри полное запустение, понятно, что рейсовые бусы сюда не заходят. Дикое место, безлюдное. Если это центр, то что на окраинах творится? Волки гуляют?