Чтение онлайн

— Возможно, прежде чем говорить, вам стоит сначала выслушать государя, ваше величество? — вновь рискнул прервать разошедшуюся собеседницу Акций. — И узнать, зачем он решил с вами встретиться?

Докэста Тарквина Домнита насупилась.

— Конечно, у супруги его высочества принца Гания весьма влиятельные родственники, а сама она в прекрасных отношениях с Сариной Госгулой…

— Не произноси при мне этого имени! — вспылила императрица. — Эта меретта настолько обнаглела, что не таясь, появляется с чужим мужем на ипподроме и… в других общественных местах!

— Но тем не менее, ваше величество, — смело проигнорировал резкое замечание царственной пациентки врачеватель. — Государь в последнее время всё больше ценит покой.

— Ещё бы! — презрительно фыркнула женщина. — В его возрасте надо внуков нянчить или философские трактаты писать, а не таскаться повсюду с молодой любовницей, выставляя себя в дурацком положении.

— А появление в императорский семье ещё одной представительницы восточных родов, как вы сами только что сказали, способно подогреть недовольство значительной части аристократии, которая и без того раздражена непомерной алчностью Пула Септия Варяга. Вряд ли это то, что нужно сейчас его величеству? Ваш супруг очень не любит менять свои решения. Но вдруг вы правы, и он ещё не определился с кандидатурой невесты Вилита? Тогда, возможно, есть способ как-то напомнить государю о последствиях необдуманного поступка?

— Да услышат тебя небожители, Бар, — тяжело вздохнула собеседница. — Но если он прикажет Вилиту жениться на Аполии Комена, клянусь Ноной, я покину столицу уже по собственной воле и живой сюда ни за что не вернусь!

— Умоляю вас не спешить и всё как следует обдумать, ваше величество, — счёл своим долгом предостеречь царственную пациентку лекарь.

— Благодарю вас, господин Акций, — кивнула императрица уже со своей обычной благосклонностью, явно давая понять, что пришла в себя и в утешении больше не нуждается.

— До свидания, ваше величество, да хранят вас небожители, — поклонился врачеватель, а когда шёл по галерее, услышал, как она приказывает принести перьев.

Судя по тому, что не упоминался ни секретарь, ни кто-то из писцов, Докэста Тарквина Домнита намеревалась кому-то написать собственноручно.

Визит Константа Тарквина Лаврия Великого к царственной супруге был обставлен скромно, по-семейному. Дабы государя ничего в дороге не задерживало, на всём протяжении улиц от Палатина до Цветочного дворца выстроившиеся в две шеренги легионеры оттеснили горожан к стенам домов.

Вызванное этим неудобство с лихвой компенсировалось красочностью зрелища. Впереди процессии, громко бухая по каменной мостовой подкованными железом башмаками и нестерпимо сверкая ярко начищенными доспехами, вышагивали полтысячи отборных телохранителей императора. За ними, оглашая воздух свирепым рёвом боевых труб, которые тоже слепили глаза своим блеском, двигались пятьдесят музыкантов. Далее два десятка мускулистых чернокожих невольников несли роскошный паланкин, щедро украшенный золотом, слоновой костью и самоцветами.

Одетый в шёлковую, багрового цвета тунику и такого же цвета расшитый золотыми узорами плащ, Констант Тарквин Лаврий с мягкой отеческой улыбкой на покрытом морщинами мужественном лице снисходительно взирал на добрых подданных, приветствовавших его громкими криками и цветами, заранее розданными императорскими рабами.

Следом за носилками государя, сохраняя приличествующую своему положению солидность, торжественно ступали придворные. Человек тридцать или сорок. Те, чьи услуги могли вдруг срочно понадобиться его величеству.

И замыкали шествие ещё полтысячи телохранителей.

Как умный человек и опытный царедворец Бар Акций Новум счёл за благо не появляться в поле зрения царственного супруга своей любовницы и, понаблюдав из-за угла за прибытием процессии, спустился в мастерскую. А вот Крис, ещё не успевший насмотреться на подобные представления полдня проболтался в саду и на кухне, выпытывая у знакомых рабов подробности встречи императорской четы.

Полюбовавшись на распустившиеся цветы, государь с супругой и сопровождавшие их лица изволили отобедать в летней столовой, где их слух услаждал известный певец Виталис Элифский, получивший от императора за своё несравненное искусство перстень с сапфиром.

Подкрепившись, супруги удалились в личные покои государыни, проведя там не менее двух часов. Затем его величество Констант Тарквин Лаврий Великий отбыл из Цветочного дворца.

Рассказывая, ученик, улыбаясь, смотрел на лекаря, явно ожидая похвалы, но тот только спросил:

— Государыня выходила его провожать?

— Да, наставник, — с плохо скрытой усмешкой кивнул молодой человек. — И выглядела она очень довольной.

— Вот как? — впервые за всё время его повествования проявил интерес Акций. — Сам видел?

— Сам, наставник, — подтвердил Крис. — Государыня проводила мужа до носилок и даже помахала ему вслед.

Последнее обстоятельство удивило и озадачило врачевателя больше всего.

Примерно через час императрица потребовала его к себе.

Одетая в просторное лёгкое платье, без парика и с распущенными по подушке волосами она лежала на кровати, полузакрыв глаза. На усталом, лишённом косметики лице застыло выражение отрешённости.

— У меня что-то ноги разболелись, господин Акций, — проговорила женщина, глянув на него из-под полуприкрытых век.

Внимательно послушав пульс, заглянув в глаза и в рот, лекарь с облегчением убедился, что пациентка просто очень устала. Видимо, разговор с супругом получился далеко непростым.

Успокоив государыню, охранитель её здоровья предложил:

— Если желаете, я сделаю вам массаж, ваше величество.

— Это будет совсем нелишним, — оживилась та.

Растерев в ладонях капельку душистого масла, он принялся осторожно разминать ей ступни.

Довольно улыбнувшись, Докэста Тарквина Домнита блаженно прикрыла глаза.

— А он и в самом деле ещё не выбрал невесту для нашего сына. И от Аполии Комены тоже, кажется, не в восторге. Но почему-то очень хочет женить Вилита. Говорил об этих гадких слухах, которые позорят нашу семью.

Она возмущённо фыркнула:

— На себя бы посмотрел! Шляется повсюду со своей мереттой!

— Когда женили их высочеств принцев Гания и Сельвия, государь сразу назвал семьи, с которыми желал породниться, — попробовал вернуть мысли собеседницы в конструктивное русло врачеватель.