Чтение онлайн

— Госпожа Гермия сказала, что всех, кто вместе с нами любовался на ваши прекрасные драгоценности, ваше высочество, уже обыскали, — пока Силла переводила дух, пролепетала Ника, застенчиво теребя пояс.

Придворные возмущённо заохали.

"Выходит, остальные её дамы не в курсе, — с удовлетворением подумала девушка. — Значит, в провокации участвовала только кухонная рабыня и Гермия. Тогда я правильно сделала, прилюдно её опозорив".

— Так вы ещё и лгунья! — лицо супруги наследника престола перекосила гримаса отвращения. — Подите прочь, ни на что не способная бездарность! Я больше не хочу вас видеть. Отныне вход в Палатин вам закрыт навсегда!

— Ваше высочество! — раненым зайцем заверещала женщина, растянувшись на камнях и крепко вцепившись в сандалии первой принцессы. — Пощадите, не губите! Во имя всех богов, не лишайте меня своей милости! Я умру, если не смогу вас видеть! Накажите за мою ошибку, только позвольте остаться подле вас, ваше высочество!

Содрогаясь в конвульсиях и воя, словно от невыносимой муки, Гермия целовала белые ремешки сандалий Силлы Тарквины Посты, поливая их слезами, выделениями из носа и слюной.

За время пребывания в этом мире попаданка не раз видела смерть, проливала свою и чужую кровь, испытывала и причиняла боль, страдала и видела чужое горе. Но почему-то именно эта сцена показалась ей особенно мерзкой и отвратительной. Как будто она, приоткрыв прекрасную золотую шкатулку из золота и слоновой кости, обнаружила внутри кусок кишащего червями мяса.

"Не иначе Гермия как-то неразрывно связана с принцессой, — подумала она, стараясь не отводить глаз. — Может быть, без заступничества Силлы её ждут какие-то неприятности или даже смерть? Иначе зачем так унижаться? Это совсем непохоже на радлан… Либо я их ещё плохо знаю?"

— Вам следует просить прощения не у меня, а у госпожи Септисы, — с каменным лицом проговорила будущая императрица, не глядя на извивавшуюся у своих ног незадачливую наперсницу.

"Кажется, избавиться от Гермии не получится, — с сожалением поняла Ника. — Значит, эта "шестёрка" ей тоже нужна. Не иначе как незаменима для особо грязных дел. Ох, и нажила же я себе врагов! Да что же всё так плохо-то?!"

Всхлипнув, бывшая придворная встала на четвереньки и, подвывая, как побитая собака, поползла к замершей, словно статуя, супруге регистора Трениума, оставляя на камнях мокрые пятна слёз.

— Вы готовы сжалиться над этой женщиной, госпожа Септиса? — прищурившись, спросила первая принцесса. — Как видите, она раскаивается в необдуманном поступке.

Уткнувшись лбом в плиты возле ног Пласды Септисы Денсы, незадачливая наперсница супруги наследника престола торопливо заговорила всхлипывая и проглатывая слова:

— Умоляю, простите меня, госпожа! Не знаю, что на меня нашло?! Не иначе как сама Исми помутила мой разум и завладела языком?! Молю вас о милости, госпожа Септиса! От вас зависит: жить мне или умереть, останусь я возле её высочества или погибну без неё? Клянусь Ноной, Артедой и Фиолой, я никогда больше не подумаю о вас ничего дурного, а буду вечно почитать и благодарить за доброту!

— Ну, что же вы молчите, госпожа Септиса? — нахмурилась первая принцесса.

Тётушка растерянно огляделась, задержав взгляд на племяннице. Не задумываясь, та чуть заметно кивнула головой, посетовав про себя: "А что ещё остаётся делать? Намёк более чем прозрачен. Силла твёрдо решила "свою" не сдавать. Просто наказала за проваленную провокацию, и всё. Нет у нас силы с принцессами бодаться. Официально я даже ещё не невеста".

— Разумеется, я готова простить госпожу Гермию, — залепетала Пласда Септиса Денса. — Она просто неправильно вас поняла, проявив чрезмерное усердие.

— О, благодарю, великодушная госпожа! — вскричала придворная, приподнявшись на коленях и воздев руки к небу. — Пусть боги щедро вознаградят вас за доброту, а я никогда не забуду вашего милосердия! Вы вернули мне жизнь, позволив остаться подле её высочества.

— Да, да, — торопливо закивала супруга регистора Трениума. — Конечно оставайтесь, а нам пора домой, ваше высочество.

— Встаньте, госпожа Гермия, — процедила сквозь зубы Силла Тарквина Поста.

Всхлипнув, прощённая придворная отползла в сторону и только после этого поднялась на ноги, не осмеливаясь даже отряхнуть налипший на платье сор.

— Подождите ещё немного, госпожа Септиса, — предложила будущая государыня. — Я прикажу прислать вам свой паланкин.

— Нет, нет, ваше высочество, — энергично запротестовала гостья.

— Но я настаиваю, — нахмурилась первая принцесса.

— При всём нашем почтении, ваше высочество, — низко поклонилась супруга регистора Трениума. — Это слишком большая честь…

Она с беспомощной растерянностью обернулась к племяннице, и та поняла, что тётушка нуждается в помощи.

— Вы, ваше высочество, и так явились сюда лично, чтобы предотвратить вопиющую несправедливость и избавить нас от незаслуженного позора, — отвесила поклон девушка. — Мы безмерно благодарны, но с нашей стороны будет бестактно и дальше злоупотреблять вашей добротой и благосклонностью.

— Мы просто не можем себе такое позволить, ваше высочество, — с радостью поддержала её родственница. — Это будет уже совсем непозволительная дерзость.

Силла Тарквина Поста выглядела явно растерянной, видимо, не зная, что возразить на столь верноподданнический аргумент собеседниц.

Не без удовольствия наблюдая за её замешательством, Ника поняла, что наступил самый удобный момент наконец-то удрать из Палатина. Обернувшись к носильщикам, она поймала взгляд Финара, и кивнув на валявшиеся подушки, обернувшись, выразительно посмотрела на супругу регистора Трениума.

На сей раз та поняла её правильно.

— До свидания, ваше высочество, — поклонилась она. — Да хранят вас небожители. Для нас было величайшим счастьем увидеться с вашим высочеством. А это недоразумение… О нём надо просто забыть… Просто досадная мелочь, не способная омрачить для нас этот замечательный день…

Видимо, невольникам Септисов тоже не терпелось поскорее покинуть императорскую резиденцию, потому что они с похвальной резвостью привели паланкин в более-менее пристойное состояние и поднесли к госпожам.

Не дожидаясь, когда тётушка закончит свою путанную прощальную речь, племянница торопливо забралась внутрь и аккуратно разложила подушки.

— До свидания, госпожа Септиса, — не выдержав, прервала говорливую гостью старшая невестка императора. — Надеюсь, мы с вами встретимся и очень скоро.

— С нетерпением жду, ваше высочество, — кланяясь, Пласда Септиса Денса забралась паланкин.

Выпрямившись, как солдат по стойке "смирно", она горящими от нетерпения глазами проводила удалявшуюся принцессу Силлу и её приближённых.

Но едва рабы вынесли носилки за ворота Палатина, женщина, охнув, откинулась на подушки, прошептав побелевшими губами:

— Хвала богам!

Какое-то время она тяжело дышала, хватаясь рукой за грудь. Племянница уже начала беспокоиться, как бы тётушку не хватил какой-нибудь инфаркт. Но вот лицо супруги регистора Трениума понемногу начало приобретать нормальный оттенок.