Чтение онлайн

Не торгуясь, девушка достала ещё одну монету. Надсмотрщик тяжело вздохнул, но сказать ничего так и не успел. На помощь опять пришёл Нер Навт Опус, рявкнув так, что Ника вздрогнула:

— Бери деньги и заткнись, крысюк помойный!

Амбал вновь как-то сжался, и торопливо кивая, протянул широченную, как чугунная сковорода, и такую же чёрную ладонь.

Очень скоро кто-то из его подчинённых прикатил небольшой плетёный короб на двух сплошных деревянных колёсах. От тележки нестерпимо воняло рыбой. Но выбирать не приходилось. Рабы кое-как уложили бесчувственное тело Орри. Дербан взялся за ручки и попёр её к воротам под тонкий, надоедливый скрип. Поскольку он не мог одновременно толкать тележку и нести факел, его отдали Уртексу, чему тот совсем не обрадовался.

Нер Навт Опус сопровождал их до Нижних ворот. По пути Ника лихорадочно размышляла, если она заплатила надсмотрщику за тележку, то стоит ли предлагать деньги ещё и десятнику? У неё не так много серебра. С другой стороны, старый вояка оказал неоценимую помощь. Без него вырвать ганта из загребущих лап приспешников Привла Ларга сегодня вряд ли бы получилось. А до завтра парень мог и не дожить.

Вот батман! Пришлось обратиться к авторитету Наставника. Тот неоднократно повторял, что настоящие аристократы всегда платят за оказанные услуги. Но сколько давать? Если меньше, чем Баттеру, ещё обидится. Жаба безмолвно взвыла дурным голосом. Но девушка со всей решительностью придавила горластое земноводное, и прощаясь, протянула десятнику городской стражи четыре серебряные монеты.

— Спасибо за хлопоты, господин Навт, вы мне очень помогли.

— Ну, что вы, госпожа Юлиса, — старый служака даже немного смутился. — Это моя обязанность — следить за порядком в порту.

Но денежки взял.

— Понадобится ещё что-нибудь, обращайтесь, — добавил он, понизив голос. — Если смогу, помогу.

— Я хотела бы вас попросить об одной услуге, — тут же схватилась за его предложение собеседница. — Если вдруг в ближайшие дни где-нибудь выловят труп молодой женщины, сообщите мне пожалуйста.

— Думаете, вашу служанку тоже утопили? — понимающе кивнул десятник.

— Всё может быть, — пожала она плечами.

— Хорошо, — кивнул Нер Навт Опус.

Назад пришлось подниматься в гору. Бедный Дербан пыхтел, кряхтел, но, несмотря на крики и тычки Уртекса, двигался всё медленнее.

Стараясь скорее попасть в дом Картена, путешественница, наплевав на условности, и к ужасу сопровождавших её мужчин стала помогать рабу толкать тележку. Видимо, устыдившись просто так вышагивать рядом, к Нике присоединился и Румс. А сын морехода шёл впереди, освещая дорогу.

Сам консул, не дождавшись их возвращения, пал в неравной битве со свалившимися на его голову неприятностями и разведённым вином. Так что госпожа Картен ждала возвращения сына в компании с Тренцем Фарком.

Разумеется, первым делом она заботливо осмотрела Уртекса со всех сторон, и только убедившись в его целостности и сохранности, недовольно фыркнула:

— Что это ещё такое?

— Орри, госпожа Картен, — отдуваясь, ответила гостья, в изнеможении привалившись к воротам. — Тот самый варвар, который отправился провожать мою служанку.

— Могли бы похоронить его и в море, — продолжала ворчать женщина. — Зачем привезли сюда смердящий труп?

— Воняет тележка, — просветила собеседницу Ника. — Нам пришлось взять её в рыбных сараях Привла Ларга. А Орри ещё жив.

Хозяйка дома сурово поджала губы. Тем временем, выслушав сына, консул Фарк озабоченно заявил:

— Этот парень вполне мог быть свидетелем похищения вашей дочери, госпожа Тервия. Надо обязательно спасти ему жизнь. Если хотите, завтра я сам приведу лекаря.

— Зачем? — несколько наигранно удивилась женщина. — Варвар когда-то помог моему мужу, и мы сами о нём позаботимся.

Вполне удовлетворённые такими словами гости ушли, сославшись на поздний час. Едва Терет задвинул за ними засов, супруга морехода сварливо пробурчала:

— Почему он голый?

— Наверное, одежду с него рабы Привла Ларга сняли, — пожала плечами путешественница. — Мы нашли Орри у них в сарае.

— Ты ходил в то ужасное место! — вскричала Тервия, прижав руки к груди и с тревогой глядя на сына.

— Нет, госпожа Картен, — поспешила успокоить её девушка. — Мы с Уртексом ждали снаружи.

— Хвала бессмертным богам! — облегчённо выдохнула хозяйка дома, тут же начав отдавать распоряжения. — Несите его в конюшню…

— Но там…, — встрепенулась Ника.

— Там всё давно убрали! — повысила голос женщина и прикрикнула на замерших рабов. — Чего встали? Шевелитесь!

— Госпожа Картен, — вкрадчиво обратилась к ней путешественница. — Вы сегодня очень устали. Я со своей рабыней устрою Орри. А вы отдыхайте.

Какое-то время супруга консула размышляла над её предложением, потом величественно кивнула, соглашаясь.

— Хорошо, только не забудьте его вымыть.

— Первым делом, госпожа Картен, — пообещала девушка, и отыскав взглядом свою невольницу приказала. — Принеси воды, светильник из моей комнаты и полотенца, те, что в корзине справа от окна.

Всё же хозяйка дома не решилась оставить гостью без присмотра. Вместе с Риатой из ванны пришла Мышь и, потупив взор, сообщила, что её прислала госпожа.

Втроём они утащили бесчувственное тело ганта в конюшню. Пока невольницы мыли его тёплой водой, шёпотом обмениваясь впечатлениями от анатомических особенностей молодого человека, Ника осторожно обрезала кинжалом слипшиеся от крови волосы, предварительно прокалив его в пламени светильника. Какая ни какая, а дезинфекция.

К сожалению, тусклый огонёк давал слишком слабое освещение. Промахнувшись, она сорвала присохшую к ране корку. Парень вздрогнул, потекла кровь. Шипя и матерясь сквозь зубы, самодеятельная медсестра схватила припасённые на всякий случай полоски ткани. Кое-как забинтовав голову Орри, перевела дух. Нет, тут нужен лекарь-профессионал. Хотя бы из местных. Может, мазь целебную на рану наложит? Или отваром напоит?

Рабыни насухо вытерли юношу. Потом Риата принесла постель Паули. Опять втроём ганта уложили на расстеленные шкуры и прикрыли меховым одеялом.

— Тебе придётся спать возле него, — сказала путешественница своей рабыне. — Вдруг пить захочет или ещё чего?

— Да, госпожа, — без особого энтузиазма поклонилась Риата.

Внезапно раненый издал глухой, протяжный стон. У Ники который раз за день сжалось сердце. Неужели умер? Но юноша медленно разлепив веки, уставился в никуда мутными от боли глазами.