Чтение онлайн

Послышалось громкое, судорожное всхлипывание. Выронив ложку, Тервия рыдала, закрыв лицо руками.

— Мышь! — крикнул консул, поморщившись. — Проводи госпожу в спальню!

— Прочь! — женщина резко ударила по протянутой руке рабыни. — Я сама дойду!

Злобно зыркнув на мужа, супруга, медленно поднявшись, на миг замерла, будто размышляя, говорить или нет? Но, так ничего и не сказав, направилась к двери, по-старушечьи шаркая сандалиями по полу.

«Похоже, он не сильно озабочен тем, как теперь искать Вестакию? — недоумевала Ника, глядя на морехода. — Надеется, что утихнут разговоры о побеге дочери с любовником? Или просто рад, что сумел хотя бы это выяснить? Непонятно».

— И что же вы теперь собираетесь делать? — спросила она, снедаемая любопытством.

— Я отправил письмо в городской совет Готонима, — с апломбом заявил Картен. — Пусть они обыщут корабль Меченого и узнают, почему он так спешно покинул Канакерн!

«Ну да! — насмешливо фыркнула про себя девушка. — Так капитан и будет ждать, пока твой донос дойдёт до тамошних консулов?»

Видимо, у неё ещё не получалось, слушая глупости, сохранять на лице безмятежное выражение, потому что, нахмурившись, мореход едко осведомился:

— Вы хотите что-то сказать, госпожа Юлиса?

— Только то, что судно Меченого уже давно в море, — не стала скрывать та своего скепсиса. — Или у вас есть корабль, способный его обогнать?

— Моё письмо не поплывёт морем, госпожа Юлиса, — явно наслаждаясь каждым словом, отвечал Картен. — И не поскачет по земле в седле быстрого скакуна. Оно полетит, привязанное к лапке голубя!

— В Канакерне есть учёные голуби из Готонима? — вскинула брови путешественница. Собеседнику всё же удалось её удивить.

— Не много, — поморщился консул. — Но я всё же член городского совета. Поэтому верховный жрец Нутпена почтенный Ахрилех позволил мне воспользоваться их голубятней.

— Тогда вы поступили мудро, господин Картен, — Ника чуть склонила голову в лёгком полупоклоне.

Она помнила рассказы Наставника о голубиной почте в Империи, но не могла подумать, что подобная существует в Канакерне. Видимо, этот город не зря считается ну очень цивилизованным.

А мужчина продолжал, быть может, не столько для неё — сколько для сына. Забыв про еду, Уртекс слушал отца с горевшими от обожания глазами.

— Я знаю, что ворам помогал кто-то из горожан! — допив вино, мужчина со стуком поставил бокал на стол. — Завтра утром на площади народных собраний от моего имени объявят награду в пять тысяч империалов за поимку этих мерзавцев! Пять тысяч империалов!

— Щедро, — покачала головой девушка, подумав, что мореход всё же воспользовался её идеей, но как всегда по-своему.

— Клянусь Нутпеном, именно столько получит тот…, — уже порядком опьяневший консул воздел палец к потолку. — Кто доставит на суд пособников похитителей моей дочери!

— А те, кто освободят Вестакию в Готониме, останутся без награды? — не смогла удержаться от вопроса гостья, когда хозяин дома стал потихоньку выбираться из-за стола.

— Почему? — остановился мореход, вскинув кустистые брови. — Я обещал внести в их городскую казну тысячу империалов, если моя дочь окажется на корабле Меченого Рнеха. Только об этом…

Он покачал взлохмаченной головой.

— Не надо говорить за стенами этого дома.

— Можете не беспокоиться, господин Картен, — заверила Ника, тоже поднимаясь на ноги. — Всё, что я вижу и слышу здесь, умирает в моей памяти.

— Хорошо сказано, госпожа Юлиса, — пьяно улыбнулся консул. — Я знал, что вы очень умная девушка, хотя и дура.

Уртекс прыснул, но под взглядами взрослых опустил глаза и стал торопливо забрасывать в рот остывшие бобы. Видимо, в отличие от гостьи, он отсутствием аппетита не страдал.

«Сам дурак! — возмущённо фыркала про себя путешественница, пока Риата вытирала волосы госпожи полотенцем. — С чего-то решил, что дочку вывезли, вот и расщедрился. А не подумал, что её на корабле Меченного может и не быть?»

Ника хихикнула, забираясь в ночную рубашку.

«Вот будет прикол, когда он об этом узнает? А ещё интереснее, если кто-то найдёт этих уродов и представит Вестакию с похитителями пред светлые папины очи! Ох и хотела бы я видеть его рожу в этот момент!»

И замерла с продетой в пройму рукой.

Удивлённая рабыня нерешительно попятилась, не понимая, что случилось с хозяйкой?

— Вот батман! — только и смогла пробормотать та, торопливо оправляя сорочку.

«Так в чём же дело?! — лихорадочно думала девушка. — Можно попробовать. Как бы Румс теперь не относился к Вестакии, он не должен отказаться от таких денег. Или я плохо знаю канакернцев?»

Поднимаясь по лестнице на второй этаж, путешественница пришла к выводу, что готонимский мореход не имеет никакого отношения к исчезновении дочки консула. Вот только сам Картен, видимо, очень хочет верить в его виновность, а значит, вполне может прекратить поиски в городе, надеясь, что за тысячу империалов власти Готонима подсуетятся и отыщут ему Вестакию. А вот Тервия, судя по её поведению, такую уверенность не испытывает, вот и злится на мужа.

Весьма довольная своим умом и проницательностью, начинающая детектив нырнула под одеяло, где тут же заснула с чувством не зря прожитого дня, уверенная, что теперь Румс Фарк не откажется помочь ей отыскать Паули, а она ему Вестакию. Ну, в общем, обоих найдут.

Разумеется, после таких мыслей он просто не мог ей не присниться! Десятник неторопливо ехал навстречу по знакомому тротуару. Панцирь со знакомым рисунком, повторявшим узоры мышц живота тускло поблёскивал в свете реклам и уличных фонарей. Вороной конь под ним, пофыркивая, тряс гривой, тревожно косясь на редкие, проносившиеся мимо автомобили.

«Как? — лихорадочно думала Ника, застыв на месте соляным столбом. — Откуда он здесь взялся?»

По мере приближения на его лице возникало выражение недоумения, растерянности и, наконец, узнавания. Звякнула уздечка, послушный конь быстро оказался возле всё ещё ничего не понимавшей девушки.

— Госпожа Юлиса? Как я рад вас видеть! Что это за место? Где я?

— Проспект Мира, — только и смогла пробормотать та непослушными губами.

Внезапно по физиономии Румса словно провели мокрой губкой, стирая неуверенную улыбку и обнажая проступившую на ней гримасу отвращения.

— Так это всё обман, мираж, морок…? Да ты ведьма!!!

Спазм страха сжал горло Ники, а десятник стремительным движением выхватил откуда-то длинный, хищно изогнутый меч. Словно парализованная, девушка стояла не в силах пошевелить ни рукой, ни ногой и только в ужасе зажмурила глаза. А когда открыла, увидела погруженную во мрак комнату.