Чтение онлайн

— Привет, мам! — бодро здоровается Лаки, устроившийся на краю стола со стаканом молока в руках.

— Со стола слезь, — бросаю автоматически, а может, чтобы скрыть смущение. Никак не могу отделаться от этого чувства, когда он называет меня так.

Я усыновила Лаки, когда ему было пять, и до восемнадцати он звал меня «Миранда» или «Морган», как все. Это было привычно и полностью меня устраивало. А потом случился его неудачный побег с планеты, плен, встреча с биологической матерью-рабовладелицей и наркоторговкой — и что-то в голове моего приемного сына перещелкнуло, и он стал звать меня мамой и никак иначе. Не скажу, что мне это неприятно, но прошел год, а я так и не привыкла.

— Доброе утро, — вежливо здоровается Гай.

Младший брат Лаки — образец хорошо воспитанного ребенка. Только диву даюсь, как такое золото могло вырасти у бешеной психопатки, которой была мать этих мальчишек.

— Доброе утро, — отвечаю с улыбкой.

Кто знал, что мне достанутся на воспитание оба сына Изабеллы? До сих пор снится, как я сжигаю ей лицо выстрелом из плазменного пистолета.

— Все, мам, я побежал! — Лаки, естественно, и не думал обращать внимание на мое замечание и продолжал восседать на столе, пока не допил молоко. Только теперь спрыгивает на пол и подхватывает сумку, брошенную на стуле рядом.

Гай вскидывает на старшего брата глаза, но не дергается, продолжает размеренно жевать свой бутерброд. Говорю же, чудо, а не ребенок.

Смотрю на часы.

— Куда ты? Билли Боб еще не приехал.

Билли Боб — телохранитель Лаки, точнее, Александра Тайлера-младшего, сына много лет назад погибшего народного героя и племянника нынешнего премьер-министра Лондора. Искренне считаю, что то, что за последний год на Лаки не было совершено ни одного покушения, личная заслуга Билли Боба. Надо бы замолвить за него словечко, чтобы парню выплатили премию.

— Приехал, приехал, — Лаки перекидывает сумку через плечо и отвечает, уже обернувшись вполоборота. — Я ему звякнул и попросил забрать меня пораньше.

Закатываю глаза, но не спорю. И так понимаю, куда он спешит — его девушка сегодня сдает у меня экзамен, волнуется. Куда же ей без рыцаря в сверкающих доспехах… прошу прощения, в синей форме Лондорской летной академии.

И эта форма Лаки безумно идет. Провожаю взглядом и невольно любуюсь своим мальчиком. Возмужал, стал еще больше походить на своего отца. Если бы не светлые волосы и глаза, был бы его полной копией.

— Миранда, а ты почему не торопишься? — бесхитростно окликает меня Гай.

А вот младший брат Лаки совсем на него не похож — смуглый и темноволосый. Должно быть, он тоже походит на своего отца, с которым я никогда не была знакома. Ну не на мать же, в самом-то деле. Уж что-что, но то, как выглядела Изабелла Вальдос, я не забуду до конца своих дней.

Лукаво улыбаясь, пожимаю плечом, плетусь к кофемашине.

— А куда мне торопиться? Без меня экзамен не начнут.

Я, как-никак, старший инструктор и глава приемной комиссии. Могу позволить себе выспаться. Впереди меня ждет недельный дурдом с туда-сюда мельтешащими и дрожащими от страха абитуриентами. Так что кофе не блажь, а жизненная необходимость.

Гай хихикает, будто я сказала веселую шутку.

Здорово, что у мальчика хорошее настроение в первый учебный день. В прошлом году школа далась ему нелегко. Насколько я поняла из вскользь брошенных Лаки фраз, были там и драки, и попытки запугивания и унижения. Но прямо мне никто ничего не рассказывал, а я не вмешивалась. Опекуном Гая является Лаки, а не я, и для него это очень важно и ответственно. Знаю только, что он сам несколько раз ходил в школу младшего брата… Значит, устаканилось. Хорошо.

Делаю себе кофе и бутерброд. Сажусь, откидываю со лба упавшие на него кудряшки. Подстричься, что ли?

У Гая пиликает коммуникатор на запястье. Он аккуратно вытирает губы салфеткой и встает.

— За мной Дерек приехал.

Дерек — это уже его телохранитель. Учитывая, сколько покушений было совершено на Лаки в прежние годы, с Гаем рисковать не стали и сразу же с момента его появления на Лондоре обеспечили личной охраной. Жаль, что телохранитель может защитить от бандитов, а не от жестоких сверстников.

Киваю с улыбкой.

— Беги. Хорошего дня.

Мальчик закидывает школьный рюкзак себе на плечи, делает шаг в сторону выхода, а потом вдруг разворачивается и порывисто обнимает меня.

— Спасибо, Миранда, — выдает. — Ты лучшая.

Улыбка на моих губах каменеет. Слава богу, что в этот момент Гай не смотрит на мое лицо. Похлопываю его по спине, а потом торопливо прячусь за чашкой с кофе и за волосами. Мне больше не хочется стричься: копна моих непослушных кудрей — идеальная ширма.

Но мальчик не замечает, какой эффект произвели на меня его поступок и слова, бодро спешит к двери и уже через секунду покидает дом.

Выдыхаю, только когда щелкает дверной замок. Отставляю чашку с дымящимся кофе и опускаю лоб на руки.

Если Гай однажды узнает, кто именно снес своим выстрелом голову его матери, это будет катастрофой…

***

Вожу я резко и быстро. Все охранники, которыми пытался наградить меня Рикардо (дядюшка Лаки, по совместительству великий и ужасный бывший президент Лондора, ныне — не менее пугающий окружающих премьер-министр), поувольнялись, заявив, что готовы прикрыть объект наблюдения грудью в случае опасности, но не собираются умирать из-за его, то есть моей, манеры вождения. Трусишки, я первоклассный пилот.

Мой флайер с ревом идет на снижение на посадочную площадку возле ЛЛА, заставив зазевавшихся абитуриентов кинуться врассыпную. А чего они хотели? Вся площадка вдоль и поперек утыкана знаками, на которых черным по белому, вернее, белым по красному написано, что за ограждение заходить не рекомендуется из-за посадки транспортных средств.

Глушу двигатель и выбираюсь наружу. Будущие новобранцы, так и не отошедшие на достаточное расстояние, глядят на меня, поразевав рты. Будь прокляты СМИ, сделавшие из меня публичное лицо. Мне теперь даже нет необходимости представляться — Миранду Морган знают все.

Дарю сбившейся в группку молодежи в неприятно бежевой форме абитуриентов устрашающую (как надеюсь) улыбку и быстро поднимаюсь по ступеням крыльца академии. Знаю, что мою спину сверлят десятки взглядов. Не оборачиваюсь. Ни к чему это.

С Лаки и его девушкой сталкиваюсь почти сразу — прямо в холле. Дилайла сегодня тоже в бежевом. Непривычно, и ей совершенно не идет. Цвет формы делает ее кожу визуально бледнее. Или нет? Не боится же она экзаменов, в самом-то деле?

Ди уже поступала в ЛЛА, в прошлом году. Тогда еще график был другой, и будущих студентов определяли летом, а не как сейчас — в начале учебного года. Дилайла растерялась и с треском провалилась, после чего год отработала моим личным секретарем. И вот пришла попытать удачу во второй раз. Хотя об удаче тут не может идти и речи. Я лично натаскивала ее в пилотировании. Ди и раньше была сильна в теории, но, если и в этом году завалит практику, задушу собственными руками.