Чтение онлайн

Ну, хотя бы становилось чуть яснее.

– И ты решил их найти, так? – предположил я.

– Да, – кивнул Ронцов. – Знал, что они второкурсники. Подумал, если поднимусь на их этаж и пойду по общим коридорам, то никто меня не тронет. Это же не гетто какое… Но кое-чего не учел.

– Что случилось? – торопил Малыш.

– Меня обманули. Я начал ходить по этажу, спрашивал, как найти Васю Плахова и Тимофея Стрешнева – это те самые, с кем я общался. Просто шел по этажу и искал, вопросы задавал. Вежливо, прошу заметить! Не нарывался. Всего-то хотел выяснить, в каких комнатах они живут или на какие факультативы ходят. Ну, чтобы потом подойти, если что.

– И?

– Подошел к Гордееву. Ну, к тому, которого ты потом ослепил… Спросил. Он сперва пытался выяснить, что мне от них нужно. Я наплел, что учились вместе – и не солгал. А вот в чем облажался, так это в том, что имел неосторожность представиться. Назвался полным именем… Правда, в тот момент гордеев никак не проявил ненависти. Сказал, что они пошли в кладовые в конце корпуса, где старые душевые. Уборка у них, дескать. Ну вот здесь-то я и не догадался, что это была ловушка. Это была моя вторая ошибка.

Малыш хлопнул себя ладонью по лбу.

– Ну Серег… Ну как так-то…

– Значит, они отправили тебя в безлюдную часть этажа и там зажали? – Продолжал я импровизированный допрос. Мустафин в такие детали не вдавался, а вот мне было интересно.

– Ага, – кивнул Ронцов. – Я от них бежать бросился. Припомнил, что черный ход недалеко был, заскочил туда. Хотел скрыться в служебных ходах, потом бы вылез. Но отбежать далеко не успел – огрели они меня в спину чем-то вроде «Косы» – хорошо хоть, что по привычке «Берегиню» нацепил. Шарахнуло сильно. Ну я и покатился с лестницы. Не поломался, но они меня догнали. А дальше вы знаете.

– Дерьмо, – вздохнул я и покрепче сжал плечо бастарда, и он скривился – видать, я случайно задел больное место. – Это тебе, Сереж, наука. Одному не ходить, никому из незнакомцев не доверять. Да и эти твои знакомые вполне могут повести себя не так, как в гимназии. Кто знает, как их этот Аудиториум перемолол…

– Ну теперь-то я это понимаю. И все равно обидно, что так наивно попался. И было еще кое-что. Почему я решился.

– М?

– Я устал бояться, парни. Устал, понимаете? Сколько лет уже трясся за свою шкуру и получал затрещины. У меня это уже вот где сидит! – Он приставил ладонь к горлу. – А тут еще на вас посмотрел, с Головой пообщался… И решил, пусть поначалу будет сложно, пусть у меня вообще, может, ничего и не получится. Но я хотя бы попытаюсь. И я дал отпор. Их там просто оказалось больше. Но я больше не стану трястись, как осиновый лист. Мне НА-ДО-Е-ЛО!

Было сейчас в глазах Ронцова что-то, что заставило меня ему поверить. Вроде и прилетело ему не хило, и закончилось бы все много хуже, не подоспей я вовремя. Но парень не был сломлен. Да, смущался, испытывал неловкость за то, что подвел меня под наказание… Но он не жалел.

Малыш широко улыбнулся.

– А вот такой разговор мне уже гораздо больше нравится.

– Научите меня драться, – попросил Ронцов. – Прошу, ребят. Помогите стать другим. Если Голова была права, из меня может получиться сносный боевик. Я просто об этом не задумывался до той церемонии. Даже помыслить боялся, что придется именно сражаться… Но сейчас я чувствую, что готов.

– Легко не будет, – предупредил Рахманинов.

– Знаю. Но не боюсь.

– Значит, научим, – пообещал я. – И не только Благодатью работать, но и кулаками махать. Но сперва, Сережа, идем в лазарет. Заштопаем твою фотогеничную мордашку.

Адский будильник Афанасьева снова поднял всех, кроме самого менталиста, ровно в шесть. Утренние метания по комнате у нас уже были слаженными: пока один мылся, второй чистил зубы, а третий возился с кроватью и расталкивал Гришу. Лучше всего это удавалось Сперанскому – трюк с брызгами воды имел неизменный успех.

Но в это утро все пошло иначе, едва мы переступили порог нашей 507 обители.

– Это он!

– Слышал, это Соколов вчера раскидал троих второкурсников.

Шепотки гуляли по коридору, преследовали меня на лестнице, а уж в столовой мне и вовсе было не спрятаться от взглядов. Слухи разлетелись слишком быстро и не без помощи куратора – объявление о дисциплинарном взыскании еще до завтрака повесили на стенд внизу.

– Ну и каково тебе быть популярным? – Кто-то толкнул меня в бок, и я едва не уронил поднос с омлетом и бутербродами.

Ирка скалилась во все зубы, но я знал эту ее улыбочку. Ничего хорошего она не сулила. Я был готов поклясться, что вскоре она примется меня отчитывать за неблагоразумное поведение.

– Нормально, – отозвался я и подхватил пару кусков ветчины. – Я так понял, уже вообще все в курсе?

– Это ж Аудиториум, та еще деревня. Надо же людям как-то развлекаться.

Хорошо бы, чтобы это проходило без моего участия. Но, увы, план требовал именно таких действий. Если хочешь, чтобы тебя заметили, изволь светиться.

Но мне это было не по нутру. Не любил я все это внимание.

Ирэн тем временем согнала каких-то девиц с нашего излюбленного стола и водрузила поднос. Вскоре собралась вся наша группа, за исключением Денисова и княжеской троицы – эти обедали поодаль, но то и дело поглядывали на нас.

– Ну что, герой, пробирки мыть будешь? – усмехнулась Грасс. Впрочем, смотрела она на меня уже теплее. Видать, любила хулиганов.

Жуя, я кивнул.

– Легко отделался, – заключил Афанасьев. – Могли и от занятий отстранить.

– Могли, – согласилась Ирина. – Но, видимо, повезло с куратором.

– Не без этого. Нормальный мужик.

Я потянулся к чашке с кофе, но в этот момент чья-то рука легла мне на плечо. Судя по тому, как поползли вверх брови Ирэн, это был кто-то неожиданный.

Я медленно обернулся.

Передо мной, обворожительно улыбаясь, стояла рыжеволосая девица в короткой не по уставу юбке, едва прикрывавшей задницу, зато открывавшей головокружительной длины ноги. На шевроне кителя красовалась нашивка третьего курса.

– Здравствуйте, Михаил Николаевич, – еще шире улыбнулась девушка. – Ядвига Хруцкая, третий курс, артефактор.

Я обернулся к ней всем корпусом и даже перекинул ноги через лавку. Да и вообще неплохо было бы уважить даму и подняться.

– Чем могу помочь? – спросил я, игнорируя безмолвные многозначительные взгляды одногруппников.

– Судя по расписанию, первой пары у вас сегодня нет, и занятия начнутся со второй. А поскольку с сегодняшнего дня все свободное время вы обязаны проводить на работах в Лабораториуме, то я явилась по вашу душу. Буду сегодня вашей наставницей. Или надзирательницей – это от вас зависит.