Чтение онлайн

— Горе не всегда делает из людей святых страдальцев, — ответил я. — Кто-то ожесточается и становится невыносимым. Та же Анька Грасс тоже та еще стерва. Но душа у нее добрая.

— Не, Грасс просто бунтует. Она и сейчас простая. А вот Марианна словно и вовсе стала другим человеком. Признаюсь, даже жаль.

Я вытащил из сумочки Перовской проявленные пленки. Бочонки были промаркированы красными наклейками — так в ателье обозначили, что открывать пленки безопасно.

— Как бы то ни было, сейчас узнаем, насколько низко могла пасть твоя старая подружка, — отозвался я и развернул пленку.

Денисов привалился в мою сторону, силясь разглядеть на маленьких картинках сюжеты, и присвистнул.

— Да ее можно записать в твои поклонницы…

Вот я возле дворцового моста, вот иду мимо особняка Штоффов на Вознесенском. А вот самые свежие… Я стою у машины возле бизнес-центра, где общался с Андрюшиным.

— Боюсь, Марианна не дождется извинений, — сказал я и спрятал пленку в бочонок. — Ты говорил, у тебя где-то в центре квартирка есть.

Денисов замялся.

— Ну… Так себе берлога. Я там отсыпаюсь после попоек, чтобы кривым не приезжать домой.

— Нужно тихое место, чтобы с ней поговорить, — сказал я и кивнул на спящую Перовскую. — И куда можно будет вызвать Тайное отделение.

Денисов вытаращился на меня как на убийцу.

— Какое еще отделение? Ты чего?

— Это будет зависеть от того, что она расскажет. Я предупреждал тебя, Константин. Это опасная игра. Один раз тебе уже повезло получить амнезию и выйти из-под прицела. Но сейчас все серьезнее. Я не хочу тебя в это втягивать.

Однокурсник решительно мотнул головой.

— Ты меня ни во что не втягиваешь, Михаил. Я сам в это лезу. Потому что иначе не могу.

Нет, их точно нужно познакомит с Корфом. Этот крендель еще упрямее меня.

— Ты, Михаил, меня понять не можешь. Ты — наследник рода. Опустим детали про герб и Осколок. Но ты — наследник. А я — как у собаки пятая нога. Все между собой поделят старшие, а я, в общем-то и не нужен оказался. После первого курса у меня был разговор с отцом, и до меня доходчиво донесли, что обеспечили подготовку к Аудиториуму и будут содержать, пока учусь. А дальше я должен буду пробиваться сам. Целиком сам, понимаешь? Как разночинец какой.

— Только с Благодатью и знаменитой фамилией. Ты слегка перегибаешь, Костя.

— Тем не менее, — давил свое однокурсник. — А тут еще и этот ментальный изъян вылез. Короче, у меня на самом деле социального капитала не сильно-то больше, чем у тебя. Я просто великолепно умею делать хорошую мину при скверной игре. Да только все это театральщина. Мне нужны подвиги, нужно зарабатывать себе имя. А коли погибну, так пусть героически.

Я фыркнул. Ох уж эти молодые аристократы. Лишь бы погеройствовать да пафоса нагнать побольше.

— Ты мне упаднические мысли брось. Хочешь вписаться в эту историю — давай. Заодно на Перовской и проверим, чего ты стоишь. Работенка не из приятных. Гуманизма там мало. Я предупредил.

— А я услышал, — кивнул Денисов. — Квартира у меня на углу Полтавской и Гончарной. Доходный дом Гешвенда.

***

— Просыпайся, красавица, — я приставил стул к дивану, на котором Денисов уложил Перовскую, и уселся напротив девушки.

Одного прикосновения к ее разуму хватило, чтобы снять сонное заклинание. Менталка у Перовской, к слову, обладала неплохой природной защитой. И долбанул я по ней неслабо — в спешке и суете было не до нежностей.

Красотка лениво открыла глаза, пару раз моргнула… И подпрыгнула на месте, словно напуганная кошка.

— Спокойно, милая, — сказал я, доставая из-за уха одолженную у Константина сигарету. — Пока что мы просто поговорим.

Перовская метнула полный ненависти взгляд на Денисова.

— Так ты теперь с ним спелся? С этим слабокровкой?

— С ним интересно, — пожал плечами одногруппник. — Да и с тобой, выходит, тоже…

Мы договорились, что Денисов не будет вмешиваться без пущей нужды. Пока наша пленница спала, подготовились основательно: повесили мощный непроницаемый купол такой толщины, что даже Корфу было бы трудно через него пробиться. Костя как раз поддерживал купол, а я сосредоточился на допросе. Перед этим, правда, все же успел докричаться до Пистолетыча и сообщить о своих подозрениях.

Теперь оставалось выяснить самое важное: была ли эта слежка личной инициативой Перовской или кто-то дал ей это задание?

Я повертел одну из баночек с проявленной пленкой в руке.

— Фотограф из тебя, прямо скажем, так себе. Скажи, милая, на кой черт тебе за мной следить?

Перовская скорчила презрительную гримасу и отвернулась, продемонстрировав нам точеный профиль.

— По-хорошему, значит, говорить не хочешь. Ладно. Альтернативный вариант — я лезу тебе в голову и вытаскиваю все, что сочту интересным. И ты даже пожаловаться не сможешь, потому что потом ни черта не вспомнишь. Или так или начинаешь говорить сама.

Девица подтянула колени к груди и расхохоталась.

— О да, память ты стирать горазд! — процедила она, отсмеявшись. — Костя, вон, после твоих манипуляций сколько… Полгода в себя приходил?

Улыбка медленно сползла с моего лица. Откуда эта сучка знала про мои манипуляции над разумом Денисова? Ее не было в палате, да и об этом знали всего несколько человек.

Быть может, я не зря дернул Корфа. Должно быть, Перовская знала куда больше, чем показывала. Только один большой вопрос — откуда, черт возьми?

— Михаил, о чем она говорит? — с тревогой и непониманием спросил Денисов.

Перовская улыбнулась еще шире и вдвойне гаже.

— А, так он не знает? — Промурлыкала она. — Какой же ты скверный и ненадежный друг, Соколов, раз пользуешься наивным пареньком, не посвящая его в подробности ваших былых совместных похождений! Перед тобой, Костенька, Михаил Соколов — шпион Тайного отделения, засланный в Аудиториум. Друг революционеров из Ордена Надежды и большая угроза для каждого уважающего себя аристократа!

Перовская умолкла и триумфально улыбнулась, наслаждаясь произведенным эффектом. Денисов поднялся со своего места и, недобро сверкнув глазами, шагнул ко мне.

— Это… Все, что она сказала, правда?

— Сейчас не до этого, Кость, — не оглядываясь на него, ответил я. — Потом все объясню.

— Боюсь, мне придется просить тебя объяснить немедленно.

Марианна снова рассмеялась. Расслабленно откинулась спиной к стене, раскинула длинные стройные босые ноги и готовилась наслаждаться представлением. Разве что миски с попкорном не хватало для пущего эффекта.