Чтение онлайн

Скорее бы закончились сегодняшние испытания! Запрыгнуть в машину, включить кондиционер и домой! Флаер за считанные минуты донесет наблюдателей до военного городка. Там на окраине жилого комплекса, в небольшом домике, построенном специально для полковника Ростислава Зинина, постоянно работает установка микроклимата, в баре великолепный выбор напитков, а на веранде увитой черным плюшем хорошо сидеть вечером с кружкой пива в руке и смотреть на звезды. А самое главное - в домике установлена земная привычная атмосфера. В догонском воздухе слишком много кислорода, от этого постоянно кружится голова.

Первым делом принять душ, смыть с себя пот и грязь. Затем можно будет пообедать. А вечером, когда спадет жара, пригласить в гости Дарка-Зенга, Ирвинга Стинвица жизнерадостного, круглолицего весельчака из североамериканской миссии и командира полигона Тогн-Лурт-Дара. Настроить климат и воздух на оптимальные для людей и догонов параметры, а затем пить легкое вино, травить байки, играть в шахматы и покер. Ирвинг опять придет с гитарой, и после второй рюмки примется музицировать.

Помнится неделю назад после удачного завершения работы над тестированием североамериканского легкого танка «Клерк» они вшестером, были еще двое офицеров из ЕС, на всю улицу орали «Дойче зольдатен», причем европейцы на немецком, Ростислав и Ирвинг по-английски, а догоны на своем языке. И ни чего, получилось! После темного полусладкого Торширского, разумные удивительно легко находят общий язык, даже без транслятора.

Ростислав вытер мокрые от пота брови и скосил глаза на напарника. Тот спокойно сидел прямо на земле, не мало не заботясь о сохранности своего комбинезона. До начала демонстрации оставалось четыре минуты. Скоро можно будет воочию оценить ходовые и маневренные качества новой техники. Ростислав опустил на глаза тактические очки. Мир моментально обрел неестественную яркость и четкость. Хитрая оптика и электроника прибора позволяли рассмотреть каждый камень на равнине в мельчайших подробностях, и в то же время, не размывалась и не нарушалась общая картина.

Все-таки интересные ребята эти догоны. Выделить под полигон половину пригодной для жизни планеты, это в глазах Ростислава было немыслимым расточительством. Люди обычно использовали для таких целей безжизненные, непригодные к терраформированию миры. И не жалко, испахабить планету, и суровые природные условия позволяют обкатать новинки в условиях наиболее приближенных к боевым. Союзники пошли другим путем. Или это люди выбрали свой вариант? Как было известно, догоны на этой планете уже пятьсот стандартных лет как испытывали свою боевую технику, стрелковое оружие, индивидуальные боевые комплексы и проводили масштабные учения. Земляне в то время только мечтали о летательных аппаратах тяжелее воздуха, не говоря уже о межзвездных полетах.

Хотя, о чем думали планетологи, начиная работы на этой планете, остается неизвестным. Слишком много суши. Три огромных континента занимали почти всю поверхность. Узкие полоски океанов и морей между ними испаряли слишком мало влаги, да и общий запас воды на планете недопустимо мал. Почти вертикальная ось вращения планеты обеспечивала стабильный ровный климат без смены времен года. Что ухудшало и без того далекий от оптимального климатический баланс.

Будь здесь больше воды, получился бы прекрасный курорт, как Аквилония. Но бескрайние внутренние области материков оказались начисто лишены влаги. И естественно, жизни. Особенно в этом отношении выделялись субтропические и приполярные районы. Или вечный лед и холод, или вечная тропическая жара, и дождь выпадает пару раз за столетие.

Так и получилась планета-полуфабрикат. Ростислав пытался выяснить, на самом ли деле планета изначально конструировалась, как полигон, или это результат просчета планетологов? Ответ он пока не получил, у всех, встреченных им догонов, были свои версии происшедшего. В результате он больше склонялся к своей собственной версии – ошибка проектировщиков. В этом его убеждало и наличие у союзников еще как минимум тройки нормальных планет-полигонов. Полностью лишенных жизни и кислорода, каменных шаров, с подземными комплексами обеспечения и специально подготовленными аренами для испытаний и маневров.

Наконец, подошло время «Ч». Ростислав к этому моменту уже устал ждать и грешным делом примерялся опустошить флягу. В небе появилась четверка тяжелых десантных гравилетов. Первая пара тяжелых машин опустилась на сравнительно ровную площадку в трех километрах от наблюдателей. Сразу после приземления опустились пандусы, и из чрева транспортников выползли тяжелые танки «Минотавр МД». «Модернизированный, догонский, посмотрим: что они могут» - усмехнулся про себя Ростислав, впиваясь глазами в силуэты бронированных машин.

Широкие приземистые корпуса танков удивительно напоминали прижавшихся к земле саблезубых тигров, могучих зверей, сжавшихся в тугую пружину перед прыжком на добычу. Обтекаемой формы корпуса, по две широкие гусеницы с каждой стороны корпуса, большие приплюснутые башни с тяжелыми электромагнитными орудиями и штурмовыми плазмоганами. На крышах башен по два зенитных автомата спаренных с боевыми лазерами с телемеханическим приводом. В кормовой части машин между энергетическим и боевым отделениями под броню убраны контейнеры с зенитными ракетами. Произведенное на человека впечатление усиливали короткие стволики мортирок противоснарядной обороны пупырышками покрывавшие башню и корпус. «Минотавр» - настоящий, тяжелый танк прорыва.

Ростислав вспомнил характеристики базовой модели. Масса 98 тонн инерции, значит, здесь на Ургенаре танки тянут почти на 130 тонн, повышенная гравитация, как ни как. Три человека экипажа, многослойное противоснарядное бронирование, система невидимости «Навь», активный противоснарядный комплекс, 85-мм пушка, мощное орудие с уникальными баллистическими характеристиками и высочайшей точностью стрельбы.

Ростислав помнил, как сам четыре года в бою на безымянной планетке тремя снарядами меньше чем за минуту уничтожил три гномьих танка на дистанции в пять километров. Прекрасная пушка! Самое лучшее, что влезает в башню и удовлетворяется мощностью танковой энергоустановки. А энергетика у «Минотавра» несравненная – конструктора ядерный реактор втиснули вместе со всей защитой и системами управления.

Кроме пушки «Минотавру» полагался плазмаган «Смерч», незаменимое оружие ближнего боя. Защиты от него не существовало в принципе. Именно благодаря плазмоганам были выиграны многие сражения на десятках планет в этой войне. Противник пока не освоил производство такого оружия, видимо, сказывалась слабость технологической базы. Кроме того, группа «Минотавров» могла отразить воздушный удар противника. Зенитные автоматы с наведением от бортового компа, по дюжине зенитных ракет на каждой машине гарантировали создание надежного зонтика ПВО радиусом 10-12 километров.

Компы на танках тоже были хорошие, равно как и системы стабилизации и наведения оружия, надежные прицелы и сенсоры. Двигатели и четырехгусеничная ходовая часть позволяли этим монстрам, гордости руссколанского танкостроения разгоняться до пятидесяти километров в час по пересеченной местности и философски относиться к понятию «бездорожье». Для экипажей «Минотавров» и слова то такого не существовало. А компактные ядерные реакторы позволяли обеспечивать все это дело энергией и по году обходиться без дозаправки. Единственный атомный танк союзников, если не считать устаревший североамериканский «Лексингтон».