Чтение онлайн

** имам — может быть переведено с арабского как «руководитель» или «глава». Для большинства шиитов имам является непогрешимым посредником между человеком и Богом. Они верят, что власть имаму дана самим Богом, а значит, не нуждается в иных источниках легитимности.

Для суннитов имам — это просто избираемый авторитетный духовный лидер. С другой стороны, «Всё по воле Бога», — и какой верующий рискнёт противиться Гласу Божьему, услышанному лично? Тем более в то время.

(примечание автора)

После возвращения с миссии в мир альвов нам было объявлено о создании особой, признаваемой Системой, организации, под прямым покровительством Гавриила, — Братства Грааля, куда может вступить любой, посвятивший себя служению Господу и сумевший накопить с ним пятьсот баллов репутации. Великая честь, но и не меньшая ответственность. Ну и заработать такую репутацию, разумеется, крайне не просто. Так что пока наши ряды весьма скудны. Обычные рыцари находятся на положении кандидатов в члены братства, что-то вроде послушников. Вступить в наши ряды может даже простой оруженосец. Хотя эта возможность и иллюзорна, я сознательно настоял при обсуждении на том, чтобы она оставалась, и Гавриил меня поддержал. Мы были бы готовы принять и воина, но отсутствие системного имени не позволяет включить человека куда-либо, даже посвятить в адепты. Впрочем, тот, кто сможет накопить пятьсот баллов репутации с Гавриилом, сумеет накопить и на получение Имени. А скорее, заслужит его в процессе, как это уже произошло с некоторыми.

Иерархия нашего «системного клана» проста. Главой и основателем является Мария, как избранная Господом и отмеченная знаком его покровительства. Следующим иду я, как отвечающий за боевую подготовку и любые военные действия. Но и она, и я, по большому счёту, лишь исполняем волю Гавриила, доводя её до остальных. Во всех непринципиальных вопросах решение принимает капитул — общее собрание всех членов братства. Нас немного, поэтому ограничивать численность совета не имеет смысла. Возможно, в будущем это изменится.

Изначальное вероисповедание рыцарей Грааля, со слов Гавриила, не имеет значения, ведь Бог избирает для служения людей со всех концов земли, даже тех, где о нём никогда не слышали. Значение над всем имеют лишь посвящение Богу, заповеди (правила) Системы и то, что лично заявил Гавриил. Всё остальное остаётся в силе, но имеет второстепенное значение, как Ветхий Завет в сравнении с Новым. Архангел сказал, что посвящённые имеют право знать и уметь больше прочих, но и отвечают перед Богом не так, как простые люди. «Вы живёте в особом свете Господа»*** — сказал Ангел.

*** Здесь я делаю отсылку к знаменитой цитате Микеланджело: «Я живу и творю в особом свете Господа».

(примечание автора)

Что до братства, то оно получило при создании первый — самый низший — ранг из десяти возможных. Никаких делений на уровни внутри этих рангов нет, а повышение зависит от отдельной репутационной шкалы, учёт которой ведёт сама Система, кропотливо взвешивая на весах каждое деяние как всего братства в целом, так и отдельных его членов в частности. Любые наши действия (и бездействие) отныне добавляют или уменьшают эту шкалу. Чем выше ранг «системного клана» — тем больше преимуществ, которыми Система одаряет его членов, и тем они весомее. Возможно, есть что-то ещё, чего мы просто не знаем. Спросить не у кого, если только у альвов. Но кормить их жрицу мороженым я пока не готов. Дело даже не в неумении его готовить, это-то как раз решаемая проблема. Дело в отсутствии свободного времени и ингредиентах. Не из одного же снега его делают? А никаких съестных припасов у меня нет, и я не уверен, что они найдутся у Гавриила. В Небесном Граде еда вкусная и сытная, но без изысков.

Тихо скрипнула дверь, и проскользнувший в неё стражник-ассасин молча кивнул, протягивая мне вытертый нож. Я отрицательно мотнул головой, дозволяя оставить священное оружие**** у себя, и, обернувшись за спину, бросил: «Начинаем!»

**** Священным называется оружие Системы с посвящением тому или иному системному богу, которому отходит указанный в свойства оружия процент поглощенной духовной и жизненной силы жертв. Данный нож получен главным героем в ходе выполнения миссии «Священное оружие» вскоре после возвращения из мира альвов и имеет ранг E.

(примечание автора)

Как выглядит штурм замка изнутри? Если честно, то это первый случай в моей практике, но ожидания полностью оправдались, — абсолютно незрелищно. Кричать воинственные кличи было бы неуместо, по крайней мере, на первом этапе, да и среди прибывших на миссию никто не имел такой привычки. Были охотники, но те и в обычной жизни предпочитают «работать» молча, ведь дичь пугается и бежит от шума. Большинство миссий наглядно доказали, что привлекать к себе внимание слишком рано может быть смертельно опасно. Так что мы просто прошли внутренние помещения, миновали распростёртый в расплывающейся лужице крови труп, зарезанный со спины, и вывалились во двор. Откуда и разбежались во все стороны. На юге темнеет рано, а местный день уже завершился, и нас никто не заметил.

Мимо меня пробежала Мария с Хехехчин, в окружении незнакомых воинов с овальными щитами, полуобнаженные мускулистые тела которых покрывали татуировки. В отличие от соплеменников Рока Римая, эти были готовы воевать вообще за одну еду, деревянную доску или бронзовый нож. Желающих послужить Господу за немыслимые по их меркам сокровища хватало, и мы могли выбирать лучших, лишь бы кандидаты имели системный статус. Некоторые рыцари взяли себе навык, позволяющий проводить на миссию «группу поддержки», размер которой зависел от конкретной способности и её уровня, но помощников можно проносить и в «бездонной котомке». И мы не собирались отказываться от подобных возможностей. Небольшой отряд оруженосцев и воинов лишь на днях заступил на постоянное дежурство в Небесном Граде, в ожидании могущей случиться миссии или рыцаря, которому потребуется помощь.

— Нам туда, — указал направление ассасин, выступающий в роли проводника. Назиф в окружении рыцарей побежал к казармам, в надежде предотвратить лишнее кровопролитие. И многое сейчас зависело именно от нашей группы, которая должна была обезглавить руководство гарнизона, убив эмира.

Римай обернулся и вскинул над головой меч, указывая направление следующим за нами. Сбоку раздался встревоженный крик, какой-то караульный всё-таки нас заметил, но вместо того, чтобы поднять тревогу — испуганно заорал, увидев фигуры в звериных шкурах и пришитыми к ним перьями. Это он их ещё при свете дня не видел, там есть на что посмотреть. Крик резко оборвался, но это уже ничего не решало, — внимание он в любом случае привлёк.

Мы ускорились и ворвались в дверь, сходу зарубив какого-то стражника и ещё двоих, помеченных Системой розовой аурой потенциальных противников.

— Туда! Наверх!.. — указывал проводник, и мы ломились в нужную сторону, устилая коридоры телами придворных и редких охранников. Ничего странного — это центр крепости, дворец её правителя, нападения на который изнутри никто не ждёт. Тревога уже звучит, отовсюду несутся испуганные и яростные крики, лязг оружия, но для прибытия подмоги из казарм нужно время. Опять же, вечер и в коридорах уже стемнело, что лишь увеличивает хаос и неуверенность защитников крепости.

Навстречу, озарённая светом факелов, вываливается целая группа одетых в доспехи воинов, без щитов и копий, за спинами которых маячат женские фигуры. Среди них мелькает жирная багрово-алая аура основной цели, которую замечаю не только я. Не имеющий доспеха проводник отшатывается за наши спины, а мы с рёвом накатываемся на толпу врагов. Коридор узкий, не развернуться. Большая часть моих навыков фехтования обесценивается в этой узости и толчее, а длинным мечом приходиться работать как копьём, нанося уколы, так как в коридоре не размахнуться. Великое счастье, что как мастер меча я обладаю навыками сражения даже в таких условиях. Колющий удар длинного меча, почти неразличимый в сумраке и неверном свете факелов, страшен и практически неотразим. Зато в полной мере проявляет себя щит, алый крест на котором мгновенно приковывает внимание врагов, заставляя их кричать от ярости. Но им так же неудобно, как и нам, а кольчуги альвов превосходят доспехи телохранителей эмира, у нас есть щиты и наши навыки владения оружием в целом выше. Сарацины попытались сбить в узости стен строй, чтобы переиграть нас хотя бы в этом, и оказываются в положении пробки в узком горлышке бутылки. Зарубить их всех быстро невозможно, как и обогнуть. Но и сбившим строй уже не сбежать. И пока мы сражаемся, арабы из задних шеренг обращаются в бегство, в том направлении, откуда выбежали.